Пустошь, что зовется миром - Аркади Мартин

Махит протянула руку над столом и прикоснулась кончиками пальцев к коже над правым локтем Три Саргасс. Теплыми кончиками пальцев.

– Травинка, – сказала она, и Три Саргасс показалось, что шип вонзился ей в горло, никто больше не называл ее так, да и Махит не делала этого прежде, но ах. Ах… – Травинка, ты попала в какую-то плохую историю и пришлось бежать?

Хотелось бы ей, чтобы дела обстояли так. Тогда следующая часть этой истории рассказывала бы, как агент империи и варвар похитили малый истребитель и вместе переправились через ближайшие гиперврата в черноту. Ей всегда нравились поэмы такого рода, хотя конец у них почти неизбежно был трагическим.

Она своей рукой накрыла руку Махит.

– Нет. У меня все в порядке. Я даже не знаю замминистра Одиннадцать Лавра. Просто я должна направляться на войну, только и всего. И разговаривать с инородцами. Полетели вместе? Из тех, кого я знаю, ты лучше всех умеешь разговаривать с инородцами.

– Это потому что вы, тейкскалаанцы, считаете инородцем меня, – очень осторожно сказала Махит. Три Саргасс не думала, что ее поведение требует от собеседника осторожности – тем более от Махит Дзмаре. Впрочем, она не могла быть уверена, Махит все время удивляла ее. Именно по этой причине Три Саргасс и хотела взять ее на войну.

– Ты всего лишь почти инородец, – твердо сказала она Махит. – Не хочешь познакомиться с настоящими? Попытаться понять их раньше, чем министерство войны успеет их прикончить?

Махит не ответила на ее вопрос, не сказала «да» и даже «нет» не сказала.

– Сначала объясни, почему тебя отправили на войну. И в таком одеянии.

Хорошо еще, что не выдернула руку из-под руки Три Саргасс.

– Это очень дорогой комбинезон, – сказала она.

– Так ты под прикрытием?

– В настоящий момент нет.

Махит рассмеялась, и Три Саргасс поймала себя на том, что, глядя на нее, ухмыляется. Вот, вот чего ей не хватало. Этой головокружительной смены событий, уморительных и нелепых вопросов, которые, тем не менее, нужно было задать. В министерском офисе такого бы точно никогда не было.

– Мне просто нужно попасть туда как можно скорее, – объяснила она. – Поэтому я и выбрала другие гиперврата. Несколько остановок, что я сделала по пути, прошли без осложнений, потому что я была не я – на короткое время. Но ты должна увидеть мои одеяния специального уполномоченного. Я могла бы и для тебя заказать, если бы ты не была такой высокой.

Три Саргасс замолчала. Сжала руку Махит, прекрасно понимая, что пускает разговор в нужное ей русло, предлагает и соблазняет, манипулирует, хотя едва ли стоит так делать по отношению к тому, кому хочешь доверять и от кого ждешь того же. Но помимо всего прочего она хотела, чтобы Махит ответила согласием. Ей была нужна Махит – ради нее она и проделала этот путь.

– Нет, серьезно. Хочешь снова стать послом и специальным правительственным агентом, приписанным к Десятому легиону и в штате министерства информации? – спросила она.

– Ты попала в переделку, верно? – сказала Махит. – Или Империя? Это плохая война.

– Насколько широко на Лселе трактуется понятие «переделка»? – спросила Три Саргасс.

Она не произнесла этих слов, но они, конечно, висели в воздухе. Да, это плохая война. Мы не знаем природы нашего врага, мы потеряли несколько горнодобывающих колоний, ты сама сообщила нам, что ситуация значительно ухудшится, если мы позволим этим всепожирающим инородцам продвинуться еще дальше на нашу территорию. Понадобился бы Флоту из кучи боевых кораблей дипломат, не будь эта война плохой?

Половину рта Махит перекосила гримаса, близкая к выражению смеха, только подавленного.

– Не слишком широко, – сказала она, и на мгновение Три Саргасс показалось, что с ней говорит не Махит, а кто-то другой. Во всяком случае, не та Махит, которую она помнила. Три Саргасс хотелось спросить, почему она пришла в окружении высоких правительственных чиновников. Хотя это в духе Махит. Если Три Саргасс хоть немного знает ее, Махит наверняка погрязла по самые уши в грязной и опасной политике и занята этим все свободное время.

На самом деле они были вместе в Городе чуть более недели. Неделя – недостаточный срок, чтобы узнать человека. Но та неделя казалась длиннее других. Такое обычно случается в поворотные моменты. До той недели Три Саргасс была молодым честолюбивым агентом министерства информации и имела привычку проводить вечера в придворных поэтических салонах, в компании ее лучшего друга в Городе, которого она знала со времени их учебы кадетами. А потом наступило «после», когда Три Саргасс стала третьим заместителем министра информации, ее друг умер, а она совсем перестала писать стихи и, конечно, ничего не читала при дворе уже два с лишним месяца.

– Ты попала в передрягу? – спросила она Махит.

– А когда я в них не попадала? – ответила та и со вздохом откинулась назад, отпустив запястье Три Саргасс. По ощущениям это было сродни чрезмерному увеличению расстояния между электродами – при таком искра не проходит.

– По-видимому, ты была примерной ученицей, – сказала Три Саргасс.

– Ну да, – согласилась Махит. – Если я не попадала в передряги, то лишь в короткие промежутки времени, например, когда сидела взаперти в экзаменационном зале.

– А теперь?

– Вообще-то я бы вернулась в Город, – сказала Махит после мучительной паузы. – Я думаю, что улетела бы отсюда. Когда поняла бы, что время пришло.

Три Саргасс ждала. Она подумала, что Махит уже приняла решение, но будет лучше, если Три Саргасс не станет ее торопить – пусть уж она сама придет к тому решению, которое сможет выразить словесно. Она и без того уже надавила на Махит, и та может не простить ей этого, припомнить позднее, если это плохо для них закончится, и особенно если закончится хорошо. Разве она не убежала, когда Город и тейкскалаанцы наконец-то оставили попытки ее убить и, казалось, поняли, сколько пользы может принести посол Лсела, будь она хоть сто раз варвар? Она вполне может поступить так снова: добиться успеха, а потом стереть свое имя из тейкскалаанской памяти и истории, превратиться в призрака, сосланного в собственный дом.

Махит закрыла глаза, крепко сжала веки. Она прижала кончики пальцев к морщинкам, которые собрались на ее лбу, к этим парным признакам волнения.

– Тебе придется перевести это в строго официальную плоскость, – сказала она голосом, приглушенным собственной ладонью. – Типа «министерство информации по распоряжению Ее Великолепия императора требует». Блеск Ножа через уполномоченного Три Саргасс требует немедленного присутствия посла Махит Дзмаре на Флагманском-Корабле-Того-Легиона-Который Будет Назван.

Она имела до раздражения точное представление о грамматических особенностях тейкскалаанского официоза. Несправедливо было считать ее варваром – она стала блестящим агентом министерства информации.