Кровавая плата - Таня Хафф

Если было еще что спасать.

Они заняли крыло во Дворце дожей, которые были только рады сотрудничать с Римом. Аромат смерти клубился в залах, словно туман, а запах крови почувствовал бы даже смертный.

Она висела там, где инквизиторы ее оставили. Там он ее и обнаружил. Руки были крепко связаны за спиной, грубый канат проходил сквозь путы и подвешивал ее к потолку. Тяжелые железные гири свисали с обожженных щиколоток. Они явно начали с бичевания, после чего прибегли к более болезненным способам убеждения. Она умерла всего несколько часов назад.

– …Призналась в сношениях с дьяволом, получила прощение и отдала Богу душу. – Он потер пальцами бороду. – Удовлетворительно по всем фронтам. Вернем ее тело сестрам или семье?

Старший доминиканец пожал плечами:

– Не думаю, что есть какая-то разница, она… Кто вы?

Генри улыбнулся.

– Месть, – сказал он, запирая за собой дверь.

* * *

– Месть.

Генри вздохнул и вытер влажные ладони о джинсы. Папские ищейки умерли в ужасе, умоляя пощадить их, но Джиневру это не вернуло. Ничто не могло, до тех пор, пока Вики не разворошила воспоминания. Как и Джиневра, Вики была очень искренней и непосредственной, и если Генри не будет осторожен, то она станет очень реальной и в его мире.

Разве он не этого хотел? Чтобы в его жизни был кто-то, кому он мог доверять. Кто-то, кто смог бы заглянуть под его маски.

Он повернулся и снова взглянул на свое отражение. Ни один мужчина или женщина, что вошли в его жизнь после Джиневры, не коснулись его столь глубоко.

– Держи дистанцию, – предупредил он себя. – По крайней мере, до тех пор, пока вы не победите демона. – Отражение посмотрело на него с сомнением, и Генри вздохнул. – Я надеюсь, что справлюсь.

* * *

Девушка метнулась за массивный стол, ее сапфировые глаза блеснули.

– Я думала, вы джентльмен, сэр!

– Вы совершенно правы, Смит. – Капитан поклонился с кошачьей грацией, не спуская насмешливого взгляда со своей добычи. – Или я должен обращаться к вам «мисс Смит»? Неважно. Как вы заметили, я был джентльменом. Но вы обнаружите, что я отказался от титула какое-то время назад.

Он бросился вперед, но она ловко увернулась.

– Если вы сделаете еще шаг, я закричу.

– Кричите, сколько вам вздумается. – Роксборо присел на стол одним узким бедром. – Не стану вас останавливать. Хотя мне бы очень не хотелось делить такой приз с остальными членами команды.

– Фицрой, что это за хрень?

– Пожалуйста, Генри, не Фицрой. – Он сохранил файл и выключил компьютер. – А эта хрень, – сказал он, выпрямившись, – моя новая книга.

– Твоя что? – Вики поправила очки на носу.

Она проследовала за ним через квартиру в крохотный кабинет, хотя он и попросил ее подождать минутку в гостиной. Если он собирался закрыть свой гроб, она должна была это увидеть.

– Ты что же, читаешь это?

Генри вздохнул, взял с полки над письменным столом книгу и передал ей.

– Нет, но я это пишу.

– Оу.

На обложке наполовину обнаженную женщину страстно, хоть и осторожно, обнимал полностью обнаженный мужчина. Аннотация гласила, что действие в романе происходит в конце девятнадцатого века, но прически и макияж обоих героев никак не соответствовали эпохе. Витиеватым шрифтом лавандового цвета шло название и имя автора: «Хозяин судьбы», Элизабет Фицрой.

– Элизабет Фицрой? – уточнила Вики, возвращая ему книгу.

Генри поставил ее на полку, крутанулся на стуле и встал, сардонически улыбаясь.

– А что не так с Элизабет Фицрой? У нее ровно такие же права, как и у меня.

Приставка «Фиц» использовалась в именах бастардов и давалась признанным внебрачным отпрыскам. «Рой» означало, что отцом был король.

– Ты был не согласен с разводом?

Улыбка стала еще шире.

– Я всегда был верным подданным короля, моего отца. – Он сделал паузу и нахмурился, как будто старался вспомнить. Когда он заговорил вновь, в его голосе уже не слышалось столько сарказма. – Мне нравилась ее любезное высочество королева Екатерина. Она была добра к потерянному маленькому мальчику, который оказался в ситуации, которую не понимал и до которой ему никогда не было дела. Принцесса Мэри, старшая дочь короля, могла бы проигнорировать меня, а то и хуже, но она приняла меня как брата. – Его голос прозвучал тверже. – Мне не нравилась мать Елизаветы, и чувство определенно было взаимным. Учитывая, что все участники событий давно почили, то да, я был не согласен с разводом.

Вики снова взглянула на полку с книгами, пока Генри вежливо, но настойчиво выпроваживал ее из кабинета.

– Пожалуй, материала для романов у тебя полно, – неуверенно пробормотала она.

– Да, – согласился Генри, гадая, почему некоторым людям проще смириться с мыслью о том, что ты вампир, чем с идеей, что ты пишешь любовные романы.

– Полагаю, таким образом ты можешь свести счеты с людьми из своего прошлого.

Из всех странных сценариев для встречи с четырехсотлетним вампиром и бастардом Генриха VIII, которые Вики могла вообразить, она ни разу не представляла, что тот окажется писателем, да еще каким – автором эротических романов.

Он широко улыбнулся и покачал головой.

– Если ты думаешь о моих родственниках, я почти со всеми ними поквитался. Я все еще жив. Но пишу я не поэтому. Просто у меня хорошо получается, и по большей части мне нравится процесс. – Он указал ей на диван и присел на другом конце. – Я мог бы существовать от кормежки до кормежки – и я так и делал, – но я предпочитаю жить с комфортом, а не в каком-нибудь склепе, полном крыс.

– Но если ты живешь так долго, почему не разбогател? – поинтересовалась Вики, усаживаясь в углу, который она занимала сегодня утром.

– Разбогател?

Вики сочла его гортанный смешок очень привлекательным и поняла, что размышляет… Она мысленно дала себе пощечину, возвращаясь к насущным делам.

– О, конечно, – продолжил он. – Я мог бы купить акции IBM за гроши в тысяча девятьсот… каком там? Но кто ж знал? Я вампир, а не прорицатель. А теперь, – он принялся дергать ниточку на джинсах, – могу я задать тебе вопрос?

– Пожалуйста.

– Почему ты поверила тому, что я тебе рассказал?

– Потому что я видела демона и у тебя не было причин лгать мне.

Не было необходимости рассказывать ему о своем сне – или видении – в церкви. К ее решению оно все равно не имело отношения.

– И все?

– Я довольно простой человек. А теперь, – она спародировала его тон, – хватит говорить о нас. Как мы поймаем демона?