Хроники ада - Константин Кривчиков

Август 2016 г. Четверг. Искитим

Секунд через десять их негромко окликнул Стеблов:

– Парни, вы живы?

– Живы! – отозвался Варнаков.

– А Нагаев?

– Тут я, – прохрипел старик. И закашлялся.

– Давайте ко мне, – велел Стеблов. – Только по-пластунски!

– А что с тем придурком? – спросил Колян.

– Похоже, удрал. Но вы не высовывайтесь раньше времени. Черт его знает.

Варнаков на четвереньках выполз из пределов оградки и отправился на поиск Михаила. По пути наткнулся на тело «спортсмена» и быстро обшарил его. Но пистолета не обнаружил.

Стеблов, присев на корточках, прятался между двумя оградками за смородиновым кустом. Рядом притаился Нагаев.

– Там бандит валяется, – сообщил Варнаков. – Но оружия нет. Михалыч, ты забрал?

– Я, – сказал старик. – «ТТ». Я такого давно не видел.

– С бандитами надо чаще общаться, Равиль Салихович. Они и не такое покажут.

– А это точно бандиты, Колян? – спросил Михаил.

– Зуб не даю, но типа того. Менты себя так не ведут. Тем более – спецслужбы. Михалыч, а ты как тут очутился? Я думал, ты в машине сидишь.

– Стреляли, однако. – Стеблов хмыкнул. – Да почти случайно, если серьезно. Я вдруг подумал, что вы без шанцевого инструмента ушли. Вдруг, думаю, понадобится? Ну вытащил из багажника и потопал за вами. – Он сунул под куст руку и продемонстрировал саперную лопатку. – А тут такое…

– Зря тащил, – сказал Варнаков. – Без нее обошлись. Дай мне. Лопатка, конечно, не пистолет, но в рукопашной не помешает.

– Хотелось бы без рукопашной обойтись, – заметил Нагаев. – Меня и так чуть инфаркт не хватил.

– Нашли что искали? – после паузы спросил Стеблов.

– Нет, мимо кассы, – ответил Колян. – Нет там ни тайника, ни карты. Напутали мы что-то. Так что зря ты рисковал – вдруг бы на «зомби» напоролся?

Ему неожиданно стало смешно, и он тихонько захихикал.

– Чего смешного? – с недоумением спросил Михаил. – Не вижу повода для юмора.

– Это у него от нервов, – сказал Нагаев. – Пройдет. А про «зомби» лучше лишний раз не упоминать. Зона трепа не любит.

– Значит, с кладбищем пустой билет?

– Пустой, – сказал Варнаков. – Своими руками все перерыл.

– Жаль. Тогда давайте сваливать. Вдруг у тех парней где-то подкрепление поблизости?

Пригибаясь, они направились в сторону забора.

– Не пойму, Михалыч, – сказал Колян, – как они на нас вышли? Неужели в засаде сидели?

– Почему бы и нет?

– Но откуда им знать, что Нагаев отправится на кладбище? Да еще ночью! Днем – куда ни шло. Ну, например, могилку навестить. Но чтобы ночью! Они конкретно Равиля Салиховича искали, это точно. Или ждали. Непонятно.

– Мне тоже непонятно, – сказал Стеблов. – Может, просто выследили?

– Но как? Запеленговать мобильник Нагаева они не могли – он остался в доме. А если они сели нам на хвост и двигались за машиной, они должны были сначала тебя отключить, а потом уже браться за нас. Но они о тебе, похоже, вовсе не знали. Не стыкуется.

– Да, не стыкуется. Надо посоображать.

– Парни, – очень странным голосом произнес Нагаев. – Мне кажется, мы здесь не одни.

Варнаков и Стеблов замерли на месте. Они уже почти дошли до конца кладбища – Колян отчетливо различал за высоким кустом рябины верхнюю часть ограды. И вдруг откуда-то сбоку, шагах в пяти от них, на узкой дорожке появился высокий человек. Скособоченный, с опущенными вниз длинными руками незнакомец напоминал обезьяну. Не успел Колян набрать в легкие воздуха, как рядом из темноты материализовался второй человек – приземистый, с длинными волосами и широкими бедрами. Он медленно поднял руки с растопыренными пальцами и негромко, но протяжно завыл:

– У-у-у-у…

– Это муляжи, парни, – хрипло прошептал Нагаев.

Но Колян уже сам понял, с кем имеет дело. На него пахнуло ЗАПАХОМ – вязким, сырым и гнетущим запахом могилы и забвения: именно могилы, а не просто земли. Эти муляжи вылезли из своих убежищ совсем недавно – день или два назад. Варнаков неоднократно встречал раньше оживших мертвецов и знал, что через несколько дней запах сырой земли улетучивался. Но сейчас запах ощущался явственно, и дело было не в том, что события происходили на кладбище. Пахло от этих существ, порожденных чудовищной фантазией Зоны.