Коммутация - Леонид Каганов

— Спасибо. Еще вопрос — планируется строительство территорий других государств?

— Да, по проекту через пять лет после пуска первой территории начнется ее расширение за счет строительства японского, английского, американского, австралийского и китайского секторов.

— «Радио Москва». Солнце будет включено постоянно?

— Нет, мы установим двенадцатичасовой световой день, каждую ночь по московскому времени солнце будет отключаться.

— Визоканал «Новости со всего света» Не растопятся ли льды и не поднимется ли уровень океана?

— Сразу видно, что вы дилетант. Нет, этого не произойдет.

— Журнал «Аналитик». Чем вызвана задержка запуска солнца?

«Так. Начинается», — подумал Дмитрий Борисович. Но ответ у него был готов.

— В целях обеспечения стопроцентной безопасности, мы, так сказать, не можем пустить в эксплуатацию солнце если есть хоть э-э-э… мизерная возможность сбоя. Сейчас заканчивается отладка системы конфигурации и защиты. У нас есть четыре слабых места в защите — это расчетная цифра для комплекса из пяти конфигураторов. Однако где они локализованы мы заранее не знаем — это зависит от размещения магнитных полей ландшафта. Чем на большую мощность включается солнце, тем более вероятен пробой. Три точки мы уже обнаружили и укрепили — вот они на карте — поиск четвертой продолжается.

— Когда она будет найдена?

— Я думаю в течении трех недель она точно проявится. Когда она проявится, система управления поставит на нее защиту и солнце автоматически будет включено на полную мощность.

— Еженедельник «Ведомости неведомого». Скажите, а где может быть эта точка и как она проявится? Может воспользоваться услугами экстрасенсов?

Журналисты захихикали и оживились.

— Э… Видите ли в чем дело. Пробой может быть в любом месте, хоть над вашей головой. Но экстрасенсам мы предпочитаем академиков, все-таки это надежнее.

Журналист испуганно взглянул вверх, задрав смешную козлиную бородку. «Кто его пустил в правительственную группу журналистов?» — подумал Дмитрий Борисович и улыбнулся:

— Не волнуйтесь, пока солнце не включено. Сейчас мы его включим в демонстрационном режиме на одну сотую мощности. Это не опасно.

Он театрально взмахнул рукой — в этот же миг включилось солнце — в рубке ждали этой команды. В небе развернулось тусклое алое облако — прямо высоко-высоко над головой, немного на запад и к востоку — сколько хватало глаз. Стало чуть светлее. Журналист «Ведомостей неведомого» испуганно задергался и незаметно перекрестился.

— Агенство «Кэнеди Ньюс». Скажите, вы планируете как-то изменить проект когда станете Президентом?

— Об этом рано еще говорить.

— «Час новостей». Какие у вас отношения с кандидатом Кучковым?

Дожили. При чем тут? Тут же в ухе заработал микрозвучок и раздался голос агента аналитического отдела — вопрос был провокационный и тут отвечать самостоятельно было опасно. Дмитрий Борисович выслушал аналитика и повторил за ним:

— Отношения со всеми кандидатами позволяют надеяться что может быть достигнут конструктивный диалог.

— «Канада-таймс». Вы имеете образ крупнейшего ученого и благотворителя в средствах массовой информации, какова ваша реальная работа в области благотворительности?

Дмитрий Борисович удовлетворенно кивнул.

— Я являюсь организатором «Фонда детей-инвалидов».

— Спасибо. Не связано ли это с тем, что ваш сын с рождения болен церебральным параличом?

Дмитрий Борисович опешил. Вот сволочь! В ухе заговорил аналитик.

— Вероятно в данном случае это не имеет значения, — повторил Дмитрий Борисович.

— Визоканал «Опти-файв». Наши аналитики пришли к выводу, что у вас недавно начались проблемы с сердцем, как вы это прокомментируете?

Дмитрий Борисович мысленно выругался. Так. Я говорил что-нибудь сегодня Ниночке из своего чупа? Вроде нет. За сердце хватался? Кажется да. И скорость сбросил — они могли это фиксировать. Наша служба охраны зафиксировала, значит и они могли. Или в чупе видеожучок? Обыскать чуп? Не сегодня, если обыскивание чупа кто-нибудь заметит, это воспримут как подтверждение. Кому нужен Президент с больным сердцем? В ухе заговорил аналитик: «Нет, это неправда. Смените штат аналитиков». И сразу другим тоном: «Пора закругляться. Положенные полчаса на правительственное интервью истекли». Да ты-то откуда знаешь что у меня с сердцем?

— Нет, неправда. Смените штат аналитиков. Ну, я вижу вопросы пошли уже малоаргументированные, дайте на этом наше интервью закончим.

«Зря так резко!» — с досадой сказал аналитик. Но Дмитрий Борисович уже махнул рукой и журналистов увели.

Крыша снова опустела. Аналитик сообщил, что отдел переключается на экспресс-анализ. Дмитрий Борисович вызвал по мобилю заместителя и попросил оставить его одного на крыше — поразмышлять. Он подошел к краю и посмотрел вокруг. Багровая туча солнца не светила, а тлела, словно дно гигантского костра. Интересно что скажет журналистам Кучков? Ему ведь тоже предстоит такой допрос, только журналистов будет раз в десять больше (тут все-таки академгородок со спецдопуском, можно было ограничить до сорока), и вопросов будет больше — тут две трети интервью речь шла о солнце.

— Здравствуй, Димка, — раздался за спиной до боли знакомый голос.

Дмитрий Борисович резко обернулся и обомлел — перед ним стоял Сергей Кучков. Рослый, постаревший, но все еще крепкий и как всегда решительный. Рука Дмитрия Борисовича невольно дернулась к мобилю, но он быстро овладел собой.

— Как вы сюда попали, Кучков?

— Аккредитовался как журналист. — Кучков помахал карточкой. — Ты же не хочешь со мной встречаться и разговаривать?

Дмитрий Борисович взвесил свои силы. Один на один на крыше с убийцей, одним из главных мафиози страны. Охрана непонятно где, жучки аналитиков конечно работают, но что с них толку? Они все бездельники, если останусь жив — разгоню к чертовой матери. Впрочем я и сам велел никого не пускать на крышу, оставить меня одного. Они и наблюдение сняли наверняка…

— О чем мне с тобой разговаривать, Сергей? Ты большой человек, у тебя свой бизнес. У меня свое дело, вот оно. — Он обвел рукой багровый ландшафт вокруг и алую тучу.

— Ты тоже не маленький человек. Это небывалый проект по финансированию, и ты его пробил. Почему ты не хочешь со мной говорить? И почему ты не хочешь сотрудничать со мной? Ты меня боишься?

— Боюсь, — честно ответил Дмитрий Борисович и сам разозлился на себя за этот страх.

— Почему?

Внезапно еле слышно заработал все еще воткнутый в ухо незаметный волосок-звучок. Только вместо аналитика говорил начальник охраны. Гусев произнес: «Ситуация под контролем, установлен электронный наблюдатель, при любой попытке Кучкова поднять руку с кукишем он будет расстрелян прицельным выстрелом в голову». Значит они не сняли наблюдение! Сволочи. Молодцы. Быстро сориентировались — не зря они были тщательно проинструктированы насчет Кучкова и кукиша. И Гусев молодец, не счел кукиш бредом босса.