Жнец Смерти - Алексей Любушкин

В очередной раз автобус остановился, и мы вылезли на конечной остановке. Вокзал города Эрзерум не производил сильного впечатления, но зато полиции мы пока еще не видели. Тоже хорошо.

— Нам необходима помощь, Вардан. Где мы можем переждать некоторое время и собрать информацию о ситуации в городе?

— Есть одно хорошее место в конце города. Там мой дальний родственник хозяин. Он вам поможет в сборе информации за небольшую сумму и заодно укроет от возможных поисков. Здесь совсем недалеко пройдемте за мной, — позвал за собой Вардан.

Восточный город отличался своим колоритом и очень узкими улицами старого города. Рядом со старым городом, который активно сносился строился новый с просторными улицами и высотными зданиями. Технический прогресс шагает по всему миру зачастую уничтожая культурное наследие.

— Лучшее гезлеме на всем белом свете. Покупай пока горячий, — перекрыл нам дорогу уличный торговец и нашел меня взглядом. — Наталья Карпова лучшая девушка на всем белом свете.

Если торговец хотел привлечь мое внимание у него это прекрасно получилось и возможно скоро мы получим всю необходимую нам помощь или большие проблемы. Правда точно есть одна плохая новость. Наша маскировка явно оставляет желать лучшего.

* * *

— Быстрее шевелитесь, еще быстрее, как беременные ишаки передвигаетесь, — надрывался бегущий сзади подростков усатый османский сержант. — Вы каждый день должны радоваться тому, что еще живы и не кормите червей за стенами этого лагеря! Быстрее я сказал!

Толпа одинаково одетых подростков бежала по вытоптанной тренировочной полосе под присмотром хмурых воинов. Все бы ничего и даже слова сержанта вполне подходят для некоторых армий мира… только в глаза бросалось одно резкое отличие. Русоволосые подростки явно были представителями другого народа.

Лагерь подготовки десятого полка гвардии султана под Эрзурумом вновь, как и встарь наполнили юноши из представителей соседних народов Оттоманской империи. Древний налог кровью был восстановлен в новом обличии.

Долгие годы юноши не смогут покинуть стены лагеря. Даже после нескольких лет ломки и изматывающих тренировок для большинства жизнь будет проходить в закрытой казарме или на полях сражений. Все это необходимо для избавления от прошлых привязанностей и облегчения работы менталиста.

Выковать из сырой заготовки смертельный клинок задача инструкторов через два-три года, когда все надежды на возвращения прошлой жизни уйдут, а менталист сделает оканчательную привязку на верность Оттоманской империи.

— Северные варвары никогда не будут достойны звания личной гвардии султана! Бесполезные ишаки, — скривил губы от бессильной ярости усатый сержант.

Турок бесился от того, что через несколько десятков лет эти варвары займут высокое положение при дворе султана, а он так и останется обычным сержантом. Сто лет назад султаны Оттоманской империи вернули полки янычар в форму первоисточника, когда отряды формировались из детей покоренных народов, либо бывших рабов. «Нововведение» резко увеличило боеспособность полков янычар.

— Полчаса отдыха, жалкие ничтожества, — выплюнул османский сержант и отправился в здание для офицеров.

Стоит признать, что «тренеров» с подобными взглядами на будущих янычар было не так много, но они составляли важную часть обучения. В основном преподаватели состояли из евнухов. Они обучали языку османов, истории и этикету. Остальное время было посвящено послушанию с бесконечными физическими занятиям и подкрепленные психологическим давлением. За несколько лет юноши превратятся в идеальную заготовку.

— Больше нет никаких сил терпеть этого урода, — сквозь зубы прошипел молодой парень с синяком под глазом.

Трое молодых ребят прислонились к стене склада в поисках спасительной тени от палящего солнца. Небольшой отдых перед новыми бессмысленными физическими истязаниями юноши хотели использовать до последней секунды.

— Всем тяжело, Серый, а этот гад точно когда-нибудь получит по заслугам. Сбежать отсюда все равно нет никакой возможности. Парни из третей роты пробовали… ты помнишь, что с ними стало, — с трудом переводил дыхание высокий парень.

— Может не все так плохо, Шпала? Говорят, янычары потом в почете служат у самого султана, а на родине нас ждет улица или банда…

— Я хочу сам выбирать кем мне быть в будущем. И не все как ты, Аист, готовы были идти после детдома в банды! — спокойно ответил Шпала.

Ребята по привычке общались прозвищами, полученными еще в детских домах или городских бандах. Старые друзья поменялись на новых, так как найти знакомых в рамках одного полка, разделенного на множество рот, было очень трудно.

— Да ладно вам, — встал на ноги Серый. — Я верю мы выберемся из… Эй, смотри куда идешь!

Прошедший рядом слуга случайно наткнулся на широкоплечего парня и в руке у Серого неожиданно оказался небольшой бумажный комок. Стояло повернуться, как от слуги и след простыл.

— Смотри какая-то бумажка! — воскликнул парень, разжав руку.

— Молчи! — быстро забрал ее Шпала. — Прикройте меня от взгляда караульных.

Понятливые ребята быстро закрыли друга от любопытных взглядов и застыли в ожидании, когда он наконец развернет бумагу. Любопытство прямо раздирало на части от причастности к некой тайне.

«Через два дня быть готовыми к побегу.» Всего лишь одна строчка вселила надежду на скорое освобождение в сердца юношей, а на лица впервые наползла робкая улыбка. Лишь один Шпала нахмурил лоб и серьезно задумался, что им с этим всем делать.

— Надо прямо сейчас ребят предупредить! — произнес резкий Аист.

— И тогда кто-нибудь точно стуканет евнухам и жди плетей или еще что-нибудь похуже. Интересно, кто решил нам помочь, если все это, конечно, не жесткий розыгрыш…

— Надо все равно ребят подготовить. Хотя бы тех, в ком мы точно уверены, — уверенно заявил Серый.

— Тогда действуем. Времени у нас не так много, — поднялся со своего места Шпала. — Я думаю мы начнем с пятой роты…

Глаза ребят горели отчаянной решимостью и желанием бороться за свою свободу до конца. До этого они держались только на злости к своим похитителям, но это не могло продолжаться вечно. Самое важное, что Российская империя не забыла про своих детей.