Блицкриг Берии. СССР наносит ответный удар - Анатолий Логинов

Конев с военной прямотой потребовал, чтобы Королевское норвежское правительство выдворило со своей территории войска англичан и подписало с СССР договор о дружбе и взаимопомощи. Норвежец, старый опытный дипломат, настолько опешил, что даже не сразу нашелся, что сказать. Ситуацию удалось разрулить специальному посланнику советского МИДа А. Ф. Богомолову. В результате долгих и трудных переговоров было решено, что английские и русские войска будут выведены из Норвегии одновременно. До завершения вывода они останутся на тех позициях, которые занимают сейчас, при этом они не могут вмешиваться во внутренние дела Норвежского королевства, не могут увеличивать численность более, чем было согласовано сторонами в данном соглашении. После завершения вывода войск Норвегия обязуется принять на себя статус нейтрального государства, гарантами чего выступят СССР, Швеция и Великобритания. Договоренность по этому поводу с Великобританией норвежское правительство берет на себя. В результате в Бергене, Ставангере и Лиллехамере появились английские гарнизоны численностью по пехотной бригаде каждый, а в Нарвике, Тромсё и Вадсё гарнизонами встали полки 77-й гвардейской стрелковой дивизии.

САСШ. Канада. Бухта Арджентия

Третьего августа 1941 года, в воскресенье, поезд президента САСШ покинул Вашингтон и отправился в сторону Нью-Лондона. Согласно официальным сообщениям в газетах, президент вместе с группой друзей отправился на рыбалку. Пересев в Нью-Лондоне на яхту «Потомак», президент вышел в море. Полученное сообщение о начале русско-японской войны не повлияло на его планы. На следующее утро у Саут-Дартмута на борт яхты приняли норвежскую принцессу Марту с двумя дочерьми и шведского принца Карла со свитой. Оттуда под приветственные крики собравшихся на берегу зевак яхта отправилась в залив Баззардс. Там президент и его гости весело проводили время, удя рыбу с кормы яхты. Вечером яхта вернулась в Саут-Дартмут, президент, лично управляя лодкой, отвез своих гостей к яхт-клубу. На следующий день зеваки, следящие за яхтой, видели, как она с президентом на борту ушла на север. Они были бы очень удивлены, узнав правду. На самом деле президента на борту яхты не было. Он и его советники еще вчера вечером, пока яхта крейсировала у берегов острова Мартас-Виньяра, пересели на борт тяжелого крейсера «Августа», который в сопровождении шести эсминцев на всех парах спешил к побережью Ньюфаундленда. Через два дня отряд кораблей вошел в небольшую бухту Арджентия, где на борту линкора «Принс оф Уэллс» Рузвельта ожидал Уинстон Черчилль.

Секретность, на которой настаивал Рузвельт, привела к тому, что подготовка к встрече была скомкана и настолько поспешна, что не была даже согласована повестка дня. Военных известили в последний момент, даже секретарша президента Грейс Талли не имела никаких сведений о предстоящей встрече.

Ранним утром сэр Уинстон поднялся на борт крейсера, где его уже ждал Рузвельт, а оркестр играл гимн «Боже, храни короля».

– Наконец-то мы встретились, – первое, что сказал Рузвельт.

– Я не менее вашего счастлив встретиться, – ответил Черчилль, вручая Рузвельту послание от короля. После обмена приветствиями и взаимного представления участников, проведения ряда протокольных мероприятий, в числе которых было и торжественное богослужение на борту линкора «Принс оф Уэллс», участники приступили к делу.

Обсуждения и беседы в течение трех дней велись как непосредственно между первыми лицами, так и между военными делегациями параллельно.

Новости с полей русско-японской войны не радовали. Становилось понятно, что русские настолько сильны, что могли громить одновременно и Германию и Японию. А такой расклад сил требовал дополнительного осмысления, особенно учитывая невозможность для Рузвельта проявить инициативу в развязывании войны. Усиление сторонников изоляционизма и пацифизма в САСШ требовало от него очень осторожной политики в этом вопросе. Хотя недавно ему и удалось провести через конгресс и сенат законы об усилении вооруженных сил и разрешение на ввод войск в Южный Вьетнам, но дальнейшая эскалация военных действий могла быть заблокирована его противниками. Черчилль же настаивал на ведении жесткого курса по отношению к России. Он предлагал президенту подписать совместную декларацию с предупреждением Москве, что дальнейшие территориальные притязания России и продвижение ее войск в Европе и Азии приведут к ситуации, когда Англия и САСШ будут вынуждены принять ответные меры, даже чреватые осложнениями между ними и СССР. Было заметно, что Черчилль опасается серьезного конфликта, в котором ослабленная предыдущей войной Англия останется один на один с русскими, захватившими Европу. Рузвельт отнесся к этому сдержанно. Он отметил большое военное превосходство Советов и внутриполитические причины, затрудняющие его действия. Он не меньше, чем Черчилль, желал ограничения влияния русских, но если премьер-министр предлагал простой и эффектный способ конфронтации, то президент предпочитал тактику затягивания времени, переговоров, сдерживания русских. Рузвельт предполагал отодвинуть любой прямой конфликт до момента, когда армия и флот САСШ станут сильнее, а общественное мнение – более восприимчивым к его аргументам.

В поисках непрямого воздействия на СССР в расчет было принято мнение экспертов о том, что при переносе СССР должен понести серьезные потери в сельском хозяйстве, так как для него лето сильно сократилось, а также к значительным трудностям должен был привести разрыв налаженных экономических связей. Тогда по предложению Черчилля было принято решение о введении экономического эмбарго для принуждения СССР к принятию англо-американских предложений.

После споров и дебатов по поводу декларации, возможного пути развития мировых отношений и возможности создания международной организации обе стороны пришли к соглашению и 11 августа подписали Атлантическую хартию о целях англо-американского сотрудничества, а также обращение к правительству СССР о прекращении агрессивных действий. Кроме того, было подписано соглашение о введении «экономического эмбарго агрессивных стран». Соглашением устанавливалась зона действия обеспечивающих эмбарго сил: район Атлантического океана, включая прилегающие моря и заливы, Средиземное море, районы Индийского океана, районы Тихого океана, а также зоны ответственности ВМС САСШ и Англии.

Перечень стран, попавших под эмбарго, был длинным, кроме СССР, Германии и Италии в списке присутствовали их союзники, включая Финляндию, оккупированные страны, африканские колонии Франции, Италии и всех оккупированных стран. Судам прочих стран, следующим через районы действия эмбарго, независимо от порта назначения, предписывалось заходить для проверки наличия контрабанды. Прилагался список этих портов и список контрабандных товаров, в первую очередь продовольственных. Отмечалось, что суда, уклоняющиеся от проверки, могут быть конфискованы вместе с грузом или потоплены. Предупреждалось, что любое нападение на корабли ВМС САСШ, участвующие в обеспечении эмбарго, будет считаться актом агрессии.

Как сама Атлантическая хартия, так и остальные документы, принятые на встрече, вызвали неоднозначную реакцию в мире. Особенно резкие протесты правительствам Великобритании и САСШ по поводу эмбарго вручили советские послы, после чего отбыли для дальнейших консультаций в Москву.