Сансара - Дарина Гордина

– Можно узнать, о ком идет речь? – Голос Сергея слегка дрожал.

– О старшем аналитике подполковнике Снегине, который реально дает результаты. Сегодня он прилетел из Нью-Йорка и привез какие-то уникальные сведения. Сейчас поехал домой, но обещал быть на брифинге и сделать доклад. Так что даю немного времени – добудь хоть что-то, но реальное, без вот этих вот фокусов: «Десь був, та раптом знык». – Когда у Птоломея заканчивались аргументы, он всегда переходил на украинский язык. – Добудь мне хоть что-то осязаемое, и я смогу отстоять тебя! Потруси этого своего китайца за я…а!

Голубев вышел из кабинета шефа и раскис – зачем он предлагает «трясти» китайца, если тот и так согласен с ними сотрудничать? Говорит, что знает, делает что может, но как можно повлиять на человека, который сам готов влиять на что угодно? Хочешь – часы остановит взглядом, хочешь – разгонит тучи, а недавно разжег вокруг себя глазами семь костров, сел в самом центре – и хоть бы хрен по деревне! Ну, пойди повлияй на такого: ни боли, ни смерти для него не существует! Единственное, что остается, – это в ноги падать, слезы лить, а что? Мастер Сэн Лоу сам говорил на занятиях: «У ученика нет ничего, кроме смирения. Все, чем он может обладать – это вниманием». Вот он и проявит смирение, вот и покажет, чему научился. Голубев позвонил Сэн Лоу и «смиренно» попросил приехать его срочно на Лубянку, за ним уже выслали машину. У Голубева оставалось до брифинга всего три часа. И дело даже не в том, что над ним кого-то поставят, он бы и рад сбагрить этих «невидимых» куда подальше. Дело в том, что на этом его карьерному росту придет кирдык, так и застрянет между землей и небом. «Бросить поздно, сдохнуть рано!» – а если хоть капельку в этом деле продвинуться, то там и до места Птоломея недалеко, ему хоть как – скоро на пенсию.

Наконец с вахты позвонили, что мастер прибыл. Голубев пригласил его в кабинет и от волнения чуть не забегал по комнате. Мастер Сэн Лоу сел, как всегда, очень тихо и всем телом изображая внимание. Голубев кратко изложил суть. Еще, мол, одно нападение, и опять растворились. Невозможно давать дурачить граждан в центре Москвы, что не могут они позволить этим группировкам быть умнее, сильнее и считать их идиотами. В общем, Голубев выложил очень эмоционально все свои аргументы, а потом только, вспомнив про «смирение», подошел к китайцу, наклонился и, прямо глядя в глаза, очень искренне произнес: «Пожалуйста, мастер Лоу, будьте так любезны, откройте тайну, куда исчезают „невидимые“? Я верю и чувствую, что вы не можете этого не знать! Вы знаете все на свете, вы сами их ищете, вы должны (меня выручить, подумал Голубев)», но вслух сказал: «Помочь их найти!»

Ни мольбы, ни причитания не изменили выражение лица мастера, он внимал каждому слову, но не реагировал. Помолчав немного, спросил:

– Как вы думаете, Сергей, чей грех сильнее: хозяина, который не покормит кошку, или хозяина, который убьет корову ради того, чтобы ею накормить кошку? Я не хочу быть хозяином, убивающим корову ради кошки. Допустим, я знаю, куда на этот раз ушли «невидимые», но что это вам даст? Вы же туда пройти не сможете?

– Варум ден нихт? Почему же нет? – оживился Голубев, чувствуя, как быстро забилось его сердце.

– Потому, что это означает послать вас на верную гибель.

– Но почему, почему, если они проходят, не могу пройти я или мои ребята? Опять способностей не хватает?

– Потому что они другие! – не выдержал Сэн Лоу и первый раз повысил голос.

– А знаете, мастер Сэн Лоу, мне ведь хоть так, хоть этак деваться некуда, и я ради этого готов стать и тем и другим, только покажите, куда деваются «невидимые»! – Вид у Голубева был обреченный, и этим он растрогал сердце мастера Лоу.

– Они уходят в свою зону!

– Куда?! А что это?

– Это энергетический тоннель, зафиксированный вход в пространство, способный перенести в другую точку планеты или в другой мир. Тоннели имеют огромную длину, но их можно пройти за один миг, умеючи. Тоннель выводит к базам «невидимых», но в нем можно и потеряться, да так, что никто не найдет. Тоннелем нужно уметь управлять, и он окажется незаменимым транспортным средством. Но у каждого тоннеля свои особенности и свои тайны, поэтому нет никакой гарантии, что, зайдя в него, останешься цел.

– Я правильно понял, мастер Сэн Лоу, что, войдя в тоннель, я сразу окажусь в месте, где найду кого-нибудь из них?

– Скорее всего, если они будут еще на месте.

– А если нет? Если нет, то нужно будет уходить срочно, пока тоннель не закрылся? А как быстро он закрывается?

– От трех до семи минут.

– Понятно, значит, можно успеть выяснить хоть что-то!

– Вообще-то это самоубийство. Даже я не знаю, что может вас ожидать, даже я не обещаю, что смогу вернуть вас!

– Но вы же гарантируете мне от трех минут?

– Да!

– А вы можете составить мне компанию?

– О нет, это невозможно! Простите, я могу только рассказать, но прийти туда, да еще в вашей компании, это нарушение всех возможных правил.

– Хорошо, тогда, пожалуйста, отведите меня туда!

– Хорошо, но знайте мое мнение – это самое нелепое, что может совершить человек! Это другой мир, и вы в нем не ориентируетесь!

– Но при хорошем стечении обстоятельств я могу вернуться через два часа?

– При хорошем можно вернуться и раньше! А при плохом…

– Мы не будем о плохом, вы научите меня! Едем!

– Когда?

– Прямо сейчас!

– Знаете, я выполню вашу просьбу, я не брошу вас там, я людей не бросаю. Хотя я считаю, что это безумие, потому что подполковнику Снегину ваше дело все равно не передадут!

– Что?!

– Владимир Александрович Снегин уже в другом мире!