Лучезарное Завтра - Харитон Мамбурин

Лес по направлению на север оказался попросторнее, чем те лесополосы, в которых я продирался сквозь клубнику с малиной. Вьющихся растений, подлеска, да даже травы — и то не было. Оказался я в несколько странном хвойном лесу, который, тем не менее, вёл себя довольно прилично.

Странность заключалась в довольно просторно стоящих, разлапистых, чуть ли не сами себя шире, ёлках. При этом, десять-двенадцать метров высоты — было потолком для растений этого леса. И вот, в метрах десяти-пятнадцати друг от друга, стоят этакие пушистые хвойные овалы. И рядом с ними почти пальмы: сосны в этом хвойном лесу тоже были, подчас достигая метра в толщину, с красно-сосновой корой, но всего метров в десять высотой. А с пяти-шести метров у них начинался разлапистый “зонтик” хвои.

Опавшая же хвоя покрывала землю толстым слоем, в котором я при ходьбе слегка проваливался. Но, всё равно, сравнивая с прорубкой сквозь “джунгли” лиственного леса — как дом отдыха после ударной стройки.

Правда непонятно, с чего тут не растёт трава? Так-то в хвойных лесах она и не растёт, но потому что ёлки свет перекрывают, вот и нет толком ни подлеска, ни травы. Ну и сосны на всяком песчанике — там тоже понятно, у них корни лютые, до воды добираются, а всем остальным ничего не остается. А тут-то что?

Но тут и место со светом есть, и вроде бы не песчаный холм, а самая что ни на есть равнина. Впрочем — радиационный фон сносный, повышенный, конечно, но мне только на пользу. Видно относительно неплохо, солнышко светит, суслики… А сусликов нет. И вообще — живности особо не наблюдается, что вроде как и хорошо, но не очень. Не найду живность — придётся древоточить, блин!

И не стоит этого делать, “принюхался” я к ёлкам-соснам химанализатором. И, заодно, понял, почему травы нет — хвойное однообразие было токсичным до безобразия. Ну и иголки, соответственно, тоже, вот и не растёт ничего. А раз не растёт — живности тоже делать нечего. ЗЖКТРУ, конечно, и соснину с елятиной потребит, но она ни черта не калорийная, а на очистку чуть ли не больше энергии уйдёт, чем в итоге получится.

В общем, тут даже древоточить не стоит. Хотя спокойно, красиво. А страусы — сволочи пернатые! А здоровый — вообще неправильно ориентированный, гад! Сейчас бы на страусе этот хвойный лес с ветерком проскочил бы, эх.

Ну да ладно, не плакать же. Всё равно — идётся неплохо, опасностей никаких, а появятся — видно и глазами, и в электроспектре далеко. Тут, кстати, ассистент сосвоевольничал, но скорее в плюс. И обязался “поставить носителя в известность, если позволяют протоколы”. Последнее как-то не слишком успокаивало, но что делать.

А именно, была базовая электрочувствительность БАППХ. Он вывел данные мне и всё замечательно. Но она работает на коротких расстояниях, это инструмент анализа, причём, довольно ограниченный. А в запасниках химеризации была вполне подходящая штука под названием “Электрический Глаз”. Изменение кожи на веках (и не только — можно хоть всю кожу изменить), точнее её расширение: добавление электрочувствительных клеток, ну и соответствующее нервное обрамление. Вот теперь они у меня вокруг глаз и поселились, а я и не заметил: думал, просто в отсутствии помех дальность увеличилась. Полезно, вообще-то, а по энергии-веществам такие слёзки, что я даже скандалить не стал: штука безоговорочно полезная.

И иду ходко, в общем-то, так что ладно: пару дней на диете посижу, вроде какой-никакой запас есть, а потом вглубь лесов сверну, если еды не попадётся.

Топаю я себе, значит, топаю, и тут начинаются мне попадаться ёлки с красной хвоей. Обычная — тёмно-зелёная, почти чёрная, с этаким голубым налётом-отливом. А тут — красная хвоя пошла! С тем же отливом, но красная, практически как Знамя. Естественно, я заинтересовался, подошёл к ёлке. И, кстати, не все иголки красные, есть и обычные, а красные этакими “пятнами”.

Принюхался — токсичные, само собой. Но с белком, причём, с животным белком, да и железом. Гемоглобин-не гемоглобин химанализатор не выдавал, но железо было, оно цвет и дало.

— Ну ни фига себе мутация, — озадачился я. — Впрочем, полезная. Елкам.

Мне она выходила полезной на все сто: энергонасыщенность этих “животных” иголок на порядок превосходила обычные и, само собой, древесину. В общем — даже жрать есть что, и очистка окупится, несколько повеселел я, готовясь собирать красные иголки.

И тут почуял смутно знакомый запах. Которого вот никак не могло быть, а он был!

— Ананасы, — растерянно констатировал я, принюхиваясь. — Что, на ёлках растут?! Ну я понял бы — арбузы… Но ананасы?!

В общем, стал я продираться сквозь густую хвою, чтоб эти ананасы (ну, или другой источник знакомого запаха) найти. Интересно было, да и может посъедобнее красной хвои окажутся.

В итоге оказалось, что ананасы на ёлке всё-таки растут. Но не как шишки, и не вместо них. А мне, чтоб их заметить, не надо было продираться: достаточно было заглянуть под лапник.

В шатре хвои, рядом со стволом ели, росло несколько зелёных ананасов, вот совсем как настоящие. Я подёргал один, оторвал, всмотрелся — что-то типа паразита на корнях ёлки, не имеющий своей корневой системы, только паразитную, тонкую и гибкую корневую лозу.

В общем — фигня непонятная, мутантная, но может и пригодиться. Принюхался, уже не носом (ананас пах совершенно одуряюще и вкусно), а химанализатором. И выходило, что ананас как ананас. Не слишком токсичный, почти не радиоактивный, плод как плод. Единственное, что в нём практически не было — сахара. А вместо его был какой-то тринитроксипропан, как-то и не сталкивался с таким ни разу. Но химанализатор его безвредность показал, против его пожирания не возражал. И в общем, выходило, что жратва съедобная…