Империя Русь - Игорь Корнилов

Разведка из-за Кавказа доносила о подготовке монголов к вторжению. Вторжение откладывалось только благодаря партизанской войне хорезмийцев под предводительством Джелала ад-Дин Менкбурны, сына, не пережившего поражения от монголов, хорезм-шаха Мухаммада ІІ Ала ад-Дина. Летучие отряды хорезмийцев постоянно тревожили тылы монголов, отвлекая тех от планомерной подготовки к войне с Русью. Но Корнелий точно знал, что, вопреки всем препятствиям, упрямый Джучи-хан начнёт войну весной следующего года, как только откроются горные дороги.

На военном совете, состоявшемся в первые дни месяца Дайлет, приняли решение, не дожидаясь окончания весенней распутицы, выдвигать войска в Тьмуторокань по зимнику. Перебросить на Терек решили два полных, специально обученных легиона, пятьсот пушек различных калибров и пять когорт кавалерии. Ещё семь тысяч конницы должны обеспечить аланы и четыре тысячи - кахетинцы.

* * *

Поход начался десятого дня месяца Гэйлет 6732 года от Сотворения Мира. Армия двигалась четырьмя колоннами в сторону Танаиса, где её уже ждали вспомогательные подразделения для обеспечения переправы по льду. Огромная масса людей, лошадей и фургонов медленно продвигалась по заснеженной степи. Кавалерийские когорты, состоящие преимущественно из половцев и возглавляемые Первыми легатами Белозом и Всеславом, выдвинулись далеко в степь и уже через три дня достигли переправы. На восточном берегу Танаиса их встречали воеводы князя Никиты и направляли к местам дислокации. Пехоте и обозам понадобилось семь дней для выхода к переправе - задержала сырая и противная весенняя вьюга. Штабной фургон князя Корнелия шел в арьергарде. Первые легаты были со своими подразделениями, поэтому Корнелия сопровождали только его заместитель воевода Кирилл, начальник разведки воевода Тур и писари с посыльными. И Великий князь, и князь Тиверский, и князь Владимирский пытались поучаствовать в походе, но натолкнулись на жесткую отрицательную реакцию Корнелия. Ему даже пришлось повысить голос в ответ на умоляющие причитания венценосцев.

Встречать князя Корнелия на переправу прибыл сам князь Никита. Почтительно поклонившись, он сел в фургон. На Северный Кавказ уже пришла весна. Вовсю светило яркое южное солнц, растапливая остатки снега. Фургон быстро продвигался по прекрасной дороге и уже через час достиг города. Столица княжества представляла собой прекрасно укреплённую крепость с населением в восемнадцать тысяч человек. Ещё несколько тысяч человек жили в предместье, за пределами крепостных стен. Когда-то, почти двести шестьдесят лет назад, этот город, один из крупнейших в Хазарии, был взят штурмом и разрушен князем Святославом І Воителем. Но после восстановления Тьмутороканского удела, князь Боривой восстановил город, практически заново его построив, и установил на центральной площади рядом с княжеским дворцом большой мраморный памятник князю Святославу. Рядом с памятником располагался небольшой сквер, в котором любили проводить время горожане. В городе, кстати, проживали в мире и дружбе и русичи, и половцы, и аланы, и кахетинцы. Но сейчас, в преддверии трагических событий, в городе витала тревога.

На следующий день в княжеском дворце собрался весь цвет княжества. Кроме Князя Никиты и князя Корнелия, присутствовали Первый боярин Аристарх, архистратиг Святогор, начальник разведки Мстислав. Местное духовенств представляли епископ Харлампий, волхв Храма Всех Богов Касьян и жрец Тенгри-бога Котян. После обсуждения общих вопросов по подготовке к войне, Аристарх и духовенство откланялись. Зато вместо них были приглашены командиры прибывших с Корнелием легионов и кавалерийского корпуса и военные вожди аланов и кахетинцев. Корнелий разложил карту западного побережья Шемаханского моря и восточных отрогов Кавказа. На карте уже был обозначен возможный путь монгольской орды. Князь Корнелий на правах главнокомандующего обратился к военным:

- Путь монголов обозначен, конечно, приблизительно, но другого пути у них практически нет. Особенно, если горные перевалы и дороги перекроют наши кахетинские друзья - согласный кивок князя Гургена, командира сводного грузино-армянского отряда - Монголы должны пройти через Дербентские ворота и через долину подойти к Тереку. В долину должны втянуть абсолютно все монгольские войска. После чего мтаварах Георгий намертво перекроет выход из долины. Понятно?

Командир аланов согласно закивал головой, хотел что-то спросить, но Корнелий упредил:

- Конечно, кроме твоих героев-конников там будет легион русичей под командой архистратига Святогора с большим количеством пушек. Ваша задача - не дать уйти ни одному монголу! Основной удар приму на себя легионы русичей в крепостях на переправах. Задача - сбить наступательный порыв монголов, заставить их отходить (желательно, в панике!), а потом подключиться и наша доблестная кавалерия - половец-легат Белоз, командир кавалерийского корпуса, многозначительно улыбнулся, а легат Всеслав, его заместитель, просто молча кивнул - Кроме этого, на господствующих высотах будут скрытно размещены пушки для поддержки атаки кавалерии.

Корнелий замолчал. Командиры внимательно рассматривали карту, прокручивая в уме свои задания. Мтаварах поднял глаза и спросил:

- Экселенц, я слышал, что существуют какие-то "мины", которыми можно перемещать огромные камни. Могу я получить их для надёжности?

- Вообще-то, - поморщился командующий - перекрывать Дербентские ворота в мои планы не входило. Но ты прав, воевода, подстраховаться нужно. Ещё вопросы? - и, не услышав ответа, продолжил - Каждому из вас будет выдан конкретный план действий и подробные карты местности. Идите к войскам, времени осталось мало...

Задержав начальников разведки Мстислава и Тура, Корнелий потребовал обеспечить подробнейшую развединформацию из Персии. После чего, отпустив воевод, остался сам.

* * *

В первый день весеннего месяца Дайлет в Белую Вежу примчался гонец. Он привёз письмо от соглядатая в Ширазе. Тот сообщал, что в городе готовят место для концентрации войск. О количестве говорят разное - толи два тумена, толи больше. Начало похода - по готовности войск и дорог.

Донесение Корнелия особенно не взволновало. Во-первых, он знал дату вторжения, а, во-вторых, к встрече незваных гостей было всё готово - войска уже заняли позиции и в горах, и на переправах. И, самое главное, боевой дух войск был на высоте.

Глава 4

Армия монголов змеёй втягивалась в Дербентские ворота. Впереди, в сопровождении свиты мурз, ехали лучшие полководцы Потрясателя вселенной Джэбэ-нойон и Субэдэй-багатур. Пышные бунчуки развевались над их гордо поднятыми головами. Их путь от Хинского моря до Арала - по колени в крови, освещённый пламенем пожаров. Они практически не знали поражений, и этот поход представлялся им увеселительной прогулкой. До реки Терек осталось около пяти фарсахов, то есть три дня пути, а там и таинственная и сказочно богатая Урусия. И они, лучшие нойоны Чингиз-хана, поднесут к ногам Потрясателя вселенной эту страну.

Монголы, как саранча, разлетелись по долине, грабя и сжигая всё на своём пути. К их большому удивлению, жителей в долине не было! Пока авангардные отряды занимались привычным делом, в долину втянулись и арьергардные отряды и обоз. Войска перегруппировались и двумя колоннами направились к переправам через Терек. Река встретила монголов бурным течением и ледяной водой. На всём протяжении реки через долину пригодных для переправы мест было всего три. И кочевники направились к ним. На северном берегу реки монголы видели суетящихся и испуганных воинов, и, не обращая на них внимания, начали переправу. Когда первые ряды конников достигли противоположного берега, над валами появились какие-то странные предметы, напоминающие брёвна. Прогремел гром, берег окутал дым и.... монголы пачками валились в воду. Кочевники остолбенели, но залп следовал за залпом, сея смерть сотен и сотен людей и коней! Уже и южный берег Терека окутался дымом, из которого с гиком и свистом выскочили конники с красными щитами и длинными сверкающими мечами. И непобедимые монголы не выдержали! Разворачивая коней, они давили друг друга и, не думая про сопротивление, кинулись к выходу из долины. А на выходе из долины их ждали! Залпы страшных орудий, как косой, выкашивали конников. Красные щиты слились в одну линию, окружившую монголов, сея смерть не хуже пушек. Но солнце клонилось к закату и темнота, как всегда это происходит в горах, резко пала на горы человеческих и конских трупов.