Опал - Дженнифер Арментроут

У меня отвисла челюсть. Она протягивала мне пару колготок в сеточку.

– Леса, но это же для костюма на Хэллоуин!

– Ну и прекрасно. – Она добавила их к одежде, разложенной на кровати.

Матерь божья! Я опустилась на пол и села, скрестив ноги.

– Что же, надеюсь, хоть Дэймон оценит мой подвиг.

– Ха! Еще бы! – Она бухнулась на кровать и вдруг стала серьезной. – Кэти, можно тебя еще кое о чем спросить? Только честно!

В голове у меня тревожно звякнул колокольчик, но я кивнула.

– Дэймон правда хорошо целуется? – выпалила Леса. – Мне кажется, что он должен…

– Леса!

– Что? Девочки должны делиться друг с другом такими секретами.

Я прикусила губу, чувствуя, что заливаюсь краской.

– Ну, расскажи, Кэти! Сейчас самое время.

– Ладно, уговорила. Он целуется так, словно умирающий от жажды приникает к прохладному источнику. – Я прижала ладони к пылающему лицу. – Просто не могу поверить, что сказала это вслух.

– Звучит, как фраза из романчиков, которые ты запоем читаешь, – засмеялась Леса.

– Так и есть, – я тоже рассмеялась. – Но, клянусь всеми святыми, это чистая правда. Я словно таю, когда мы целуемся. Стыдно признаваться, но каждый раз, когда все заканчивается, мне хочется сказать: «Спасибо большое. Когда я получу следующий?»

Мы снова начали хихикать. Как ни странно, но мое напряжение спало. Парни – это такой прекрасный повод для насмешек.

– Ты любишь его, да? – спросила Леса, едва успокоившись.

– Люблю, – я вздохнула и вытянула ноги. – Даже очень. А ты любишь Чада?

Леса сползла с кровати и, усевшись на пол, прислонилась к ней спиной.

– Ну, Чад мне, конечно, нравится. Но мы поступаем в разные колледжи, и вообще я смотрю на жизнь реалистично.

– Сочувствую.

– Не стоит. Мы с ним хорошо проводим время и все такое. А иначе зачем все это нужно? Вот такое у меня жизненное кредо. – Леса поправила свои кудрявые волосы. – Наверное, мне надо научить этому Ди. Что с ней, черт возьми, происходит? Она ведь так и не разговаривает ни со мной, ни с Кариссой.

Все мое хорошее настроение тут же испарилось, я снова напряглась. Мне так и не удалось с ней помириться. То есть я пыталась, действительно пыталась, но, очевидно, нашей дружбе был нанесен непоправимый ущерб. Я вздохнула.

– Она многое пережила: смерть Адама, возвращение Доусона…

– Вот дикость, да? – Леса даже подпрыгнула.

– В смысле?

– А тебе самой разве не кажется это странным? Хотя тебя же тогда здесь не было. Бет и Доусон были как Ромео и Джульетта из Западной Виргинии. Вот я и удивляюсь, что он вернулся без нее.

– Ну, не знаю. А ты что думаешь? – По моей спине пробежал холодок.

– Я же сказала – дикость, – прикусив губу, Леса отвернулась. – И Доусон сам на себя не похож, ходит все время угрюмый и задумчивый.

– Наверное, до сих пор переживает за Бет, – сказала я, лишь бы не молчать. – Расстроен из-за случившегося, по Адаму скучает. Сама знаешь, сколько всего произошло.

– Догадываюсь. – Она мельком взглянула на меня. – Люди болтают тут всякое.

– Кто и о чем? – занервничала я.

– Ну, Кимми и ее компашка, естественно. Но ведь действительно, у нас здесь много всяких странностей. – Она встала и собрала свои кудри в «хвост». – Сначала бесследно исчезают Бет и Доусон, потом прошлым летом убили Сару Батлер.

Я окаменела. Сара Батлер оказалась не в том месте и не в то время. В ту злополучную ночь меня атаковал аэрум, но Дэймон его прогнал, а тот разозлился и убил невинную девушку.

– И Саймон Каттерс как сквозь землю провалился. А еще Адам погибает в какой-то дурацкой аварии. И тут объявляется Доусон, оставив где-то любовь всей своей жизни.

– Да, и правда дикость, – медленно протянула я. – Хотя, скорее всего, просто ряд совпадений.

– Ты думаешь? – Ее темные глаза блеснули, и она покачала головой. – Приятели Саймона уверены, что с ним что-то произошло.

– Что с ним могло произойти?

– Говорят, его убили. – Леса села рядом и заговорщически понизила голос. – И еще болтают, что здесь замешан Адам.

– Что-что?! – удивленно воскликнула я, хотя всегда ожидала чего-то в таком духе.

– Ага, – кивнула она. – Все думают, что Адам на самом деле не погиб. Похорон же не было, и тела никто не видел. Полагают, он просто сбежал, прежде чем до него добралась полиция за то, что он сделал с Саймоном.

– Поверь мне, Леса, Адам действительно мертв.

– Ладно, ладно, я тебе верю, – поджала она губы, но я видела, что не убедила ее.

– С чего вообще они вообразили, что Адам имеет какое-то отношение к исчезновению Саймона?

– Да как тебе сказать… Саймон же пытался за тобой ухаживать, но Дэймон выбил из него эту идею. Может, он потом приударил за Ди, вот Адам и вспылил?

– Адам ничего не стал бы ему делать, – нервно рассмеялась я. – Он был не такой.

– Я тоже так считаю, но вот другие… – она решительно тряхнула головой. – Все, хватит об этих гадостях. Зато завтра вечером ты будешь смотреться сногсшибательно.

Мы снова вернулись к биологии, но у меня сосало под ложечкой. Возникло неприятное ощущение, будто я сделала что-то не то и меня вот-вот схватят на горячем.

Если люди уже начали замечать, что вокруг творятся всякие странности, как много времени потребуется, чтобы вычислить их источник, то есть Дэймона и его семью, его род и, наконец, саму меня?