Война 2017. Мы не Рабы! - Вячеслав Миронов

— Так это по-немецки. — усмехнулся Иван.

— А по-английски не знаем. — парни чуть не хором ответили.

— Я знаю. — вперед вышел Студент.

Он перебросился с ним несколькими фразами.

— У него дед воевал с немцами, оттуда он знает как по-немецки "руки вверх" и сам он немецкий в школе учил.

— Понятно. Лирики мало. Дело давай.

— Звать его рядовой Кларкин. Джим. Штат Оклахома…

— Ты еще у него спроси когда первый раз пиво пробовал. — не выдержал Иван. — Какова задача, кто командир, ждали они нападения?

Студент спросил, выслушал ответы, кивая, что понимает его, потом прокомментировал:

— Задача была простая — взять город, прочистить его от партизан, на том берегу они планировали устроить фильтрационный пункт под открытым небом, потому что бежать оттуда сложно. Нападения не ждали. Он говорит, что согласно Женевской конвенции мы должны его прооперировать, поместить в лагерь для военнопленных и известить его семью о том, что он находится в плену.

— Скажи ему, что он не военнопленный, а убийца стариков. А поэтому мы его расстреляем. — я закурил — Перед смертью можем дать покурить, но не более.

Пленный побледнел, заорал что-то. Один из конвоиров выстрелил ему в голову.

— Что поторопился? Может, он покурить хотел? — Иван кивнул в сторону трупа.

— А у меня сигарет мало, боюсь самому не хватит. А он не курит. Я его прошарил прежде чем сюда вести, ни сигарет, ни зажигалки. — тот, что стрелял.

— Кто не курит и не пьет, тот здоровеньким помрет. — Студент — Я ботиночки приберу? Хотел штаны снять, да, смотрю, он обделался.

— Тащите его отсюда! — Иван Дмитриевич скомандовал.

Стали поступать доклады от групп, что американцы, прикрываясь огнем, организованно отходят за мост. Несколько групп были отсечены и уничтожены. С нашей стороны были потери как "двухсотые" — убитые, так и "трехсотые" — раненные. Трое попали в окружение, но один застрелился, двое подорвали себя гранатами, когда противник подошел ближе.

И вот, судя по докладам, на нашем берегу осталось лишь две небольшие группы, которые, видимо, были дезориентированы, они отчаянно бились в окружении. Причем окружение они создали себе сами. Сумели завалить проходы, обрушив ближайшие здания. Я отдал приказ просто их удерживать там, отгоняя огнем от завалов.

И вот последняя колонна противника отчаянно отстреливаясь во все стороны быстро перемещалась по мосту. Необходимо отметить, что в каждом более-менее примечательном мосту, на случай войны, была устроена ниша, в которой была размещена взрывчатка. В случае отступления, мост взрывался и противник отсекался. После 1991 года взрывчатку вынули и использовали по различному назначению. А вот ниши остались, саперы, инженеры-проектировщики мостов и эксплуатационники мостов прекрасно знали где эти ниши и сколько взрывчатого вещества необходимо туда заложить, равно как они и знали куда уходят провода для подрыва…

Взрывчатка была заложена заранее, и когда последняя группа противники с бронетехникой показалась на мосту, грех было не воспользоваться данной возможностью.

По радиостанция я слышал как командир группы минирования скомандовал:

— Внимание… — потянулось ожидание, вынимающее душу, ну, же, милый, ну, же…, и наконец! — Подрыв!

И через секунду торжествующее:

— Ее-е-е-сть! Хана звиздюкам! Полный трындец!

— Доложите обстановку! — как можно сухо потребовал я.

— Есть! Группа противника в количестве двух БТРов, одного "Хаммера" группы пехоты в количестве около пятидесяти человек упали в воду, после подрыва моста, сверху дополнительным взрывом обрушены конструкции, которыми придавило многих. Плюс тех, кто умудрился скинуть бронежилеты и пытается выплыть пристреливают. Противник, что окопался на берегу, активно пытается огнем поддержать своих. Перехожу в третьем этапу операции.

— С Богом!

Третий этап заключался в том, в тех местах, где противник оборудовал свои огневые позиции были зарыты около десятка мощных фугасов, плюс в кучах навоза и мусора, которые высились по бокам и сзади на небольшом удалении от их позиции, были установлены мины направленного действия МОН-100, не считая самого главного сюрприза, а именно, что сверху всю эту большую площадку прикрывал большой выступ скалы, в которой были пробурены шурфы и заложено около двухсот килограммов аммонита.

Вдали послышались взрывы — сработали фугасы, на которых расположился противник. Те, кто уцелел, рванули в сторону, но там также каскадно сработали мины. "Саперный пулемет". И когда уже обезумевшие и ничего не понимающие американцы отпрянули к скале, тут был обрушен "козырек". Несколько десятков тонн скальной породы обрушились на головы солдат и офицеров доблестной американской армии… И стало одной братской могилой больше на Земле. Хорошо!!!

Чтобы противник не расслаблялся, после первого же подрыва над местом боя стояла пыль, по этому месту велся беглый минометный огонь. Никогда бы не подумал, но миномет легко изготовить из подручных средств. Берете кардан от КАМАЗа, с одной стороны завариваете толстой пластиной, строго по центру устанавливаете иглу для накаливания капсюля детонатора. Осталось подобрать калибр мины. Сию конструкцию устанавливаете на треногу в УАЗ или Ниву.

Шокированную группу пехоты, что обороняла мост с нашей стороны без лишнего труда перебили.

Одна блокированная группа пехоты попыталась затеять переговоры, но из-за незнания ими русского языка, а нами английского, была уничтожена. И тут как на заказ прилетела, как говорят американцы "кавалерия" — вертолеты.

О их подлете мы знали от нашей агентуры, что была выставлена вокруг аэродрома и работала на самом аэродроме, поэтому заранее были выставлены стрелки с ПЗРК (переносной ракетно-зенитный комплекс). Из пяти вертолетов удалось сбить два. Хоть они и летели на сверхмалой высоте, буквально задевали брюхом верхушки деревьев и был включен бесшумный режим винтов, не было привычного звука, лишь легкий стрекот — шелест винтов. Благо, что знали откуда они идут. Не проморгали, а то бы они натворили нам бед. Стреляли в хвост, они даже не успели противоракетный маневр сделать. Слишком малое расстояние было и сверхмалая высота. Спеклись. Никто не выжил, взорвались в воздухе. И хваленная броня не помогла и не спасла пилотов.

Два вертолета рухнули. А оставшиеся три, расстреливая в огромном количестве тепловые ловушки, улетели на базу. Ну, вот теперь и нам пора! Я скомандовал отход. Сейчас прилетит авиация. Да, и с базы сообщили, что там формируется колонна, которая поспешит на выручку оставшимся. Будем надеяться, что впопыхах они не выставят инженерную разведку для разминирования и снятия фугасов.

Так оно и получилось, что когда две колонны американцев подошли к городу, то сработали мощные фугасы и передовые машины разорвало словно картонные, и тут же были подорваны фугасы и мины направленного действия, установленные на склонах. Через десять минут были подорваны еще мины, которые были смонтированы для пехоты. Это все уже делалось на автомате, без нашего участия. Также сработали две ловушки, когда при наезде на канализационный люк шел подрыв. Все было сделано на русский "авось", без особой надежды, что сработает, оказалось, что сработало. И на старуху бывает поруха. Ничего, теперь они будут осторожнее, а нам будет сложнее.