Жестокий спаситель - Харитон Мамбурин

Однако, не суть. Меня, Крюгера, Каирна Церха и двадцатку кригстанских коммандос, обряженных в простую кожаную одежду, приняли душевно и благостно, выделив отличные покои аристократу, то есть мне. Гномы начали уходить в патрули, Крюгер ушел в народ, я остался на связи с общественностью… операция началась безукоризненно.

Проблемой был тот самый «Зорро», по душу которого мы и явились. Неизвестный кид уничтожал ловчие отряды, подбирающиеся к городу, но никак себя иначе не проявлял. Он не заходил в город за припасами или в бордель, он не показывался на глаза, если ловчий отряд уже можно было разглядеть со стен, не оставлял следов, и о нем никто ничего не знал, кроме того, что этот народный герой эффективно действует в лесах, окружающих Хорн. Это было… нелепо.

Я, вовсю копируя манеру отмороженного любопытного аристократа Крюгера, мотался по всем верхам этого сидящего в осаде общества, болтая со всеми подряд. То и дело приходилось оказывать любезности вроде этого подстреленного гнома, но ближе к цели нас это не привело. Гвардейцы и Церх тоже ничем не могли похвастаться, но сегодня должен был вернуться Крюгер. Все надежды я возлагал на него.

Угрюмо вздохнув, я отправился переодеваться для выхода в город.

Плюсы нашего положения? Сухость, комфорт, относительно неплохое питание. Минусы? Все нужно делать самим, не привлекая внимания параноидальных властей и их приспешников. А еще у меня хотят перевербовать Лейгеров, причем настолько сильно, что дважды уже обнаруживал яд в пище. Крид Ланхольм, нормальный такой гном в звании лейтенанта, осуществляющий боевое командование Лейгерами, уже трех разумных тихо отправил на тот свет. Они никак не хотели понимать, что не все на свете продается за те смешные деньги, которые у них есть.

В самом Хорне где-то был Крюгер, я его все эти дни и не пробовал искать. Вредно это для его работы, да и сам лысый самым парадоксальным образом на меня… дулся. То есть, он залез в мои вещи, обнаружил там книгу с чем-то интересным, продумал операцию по её извлечению, послал засланца… а затем надулся, когда я крайне эффективным образом воспользовался удачным поворотом событий. Полупарализованная гномка, очень остро переживающая потерю здоровья и хваталки, молчать вовсе не думала, тем самым здорово уронив акции лысого Должника в кригстанских раскладах. Плюс Ахиол из Хайкорта также не промолчал. И мой приятель со слегка поехавшей на почве своей лояльности крышей, считал, что я… перегнул палку. Мог бы просто по морде дать, а не вот это вот всё.

Воистину, субъективность хуже экспроприации.

Город неуловимо напоминал столицу Касдамского архипелага, в которой мы тоже свое время жили. Ну как «во время»? В те времена, когда армагеддон еще не был мейнстримом, а был просто локальным последствием игрищ Бога-из-Машины и одного некроманта, желающего заиметь себе этот самый архипелаг. С нашим небольшим участием. Впрочем, тут всё было цивилизованнее — меньше наркотиков, куда меньше выпивки, куда больше депрессии и подавленности. Пока глупцы и бывшие крестьяне мечтали о бесконечных закромах пищи в амбарах города, нормальные разумные с тоской и ужасом подсчитывали все уменьшающееся количество дозорных на стенах города, лихорадочно разыскивая вооруженные группы, готовые покинуть Хорн. Тщетно, разумеется.

В таверне наливали и даже что-то готовили, но только за патроны. Единственным, что можно было приобрести за деньги, был кофе, которое я и заказал, усевшись за один из столов у стены. Каждый день сюда прихожу, начиная с первого. Ну а что? Разумных практически нет, роскоши рассиживаться и прохлаждаться нет ни у кого. Если ты не работаешь за жратву, то ищешь её, чтобы было хоть что-то на черный день. Столы почти всегда пусты, а рядом не крутятся прихвостни богатейших купцов города, надеющиеся перехватить у меня гномов-«наёмников».

Не только мы ищем таинственного Должника. Любой, кто имеет выход на внешние патрули Хорна. Мой отряд расценивают как дешевый и слабый заменитель целого кида, способного доставить денежный мешок с семьей, детьми и богатствами туда, куда душа пожелает.

Я самым банальным образом убивал время в ожидании Церха и Крюгера на первое серьезное совещание. Возможно, и последнее, потому как наша «овчинка» слишком уж виртуозно пряталась, а устраивать полноценную облаву на кида, не желающего быть обнаруженным — полная глупость. Хозяин забегаловки с постной мордой курил, тоскливо взирая на улицу через окна, я курил с мордой под полумаской, атмосфера была уютная и убаюкивающая.

Скрипнула дверь, вошли двое. Мужчина и женщина. Полугоблины, смески с людьми. Супруги? Нет, родственники. Одеты в хорошую, явно сшитую на заказ одежду, к которой совсем не подходят портупеи с пистолетами и ножи на поясах. Держатся скованно, бармен при виде их напрягся, а я начал вспоминать, знаю ли что-нибудь о полугоблинах в этом городе. Вроде бы… ничего.

А вот то, что они, также разжившись кружками с кофе, направились ко мне — стало неожиданностью!

— Лорд Уоррен Уленшпигель? — вежливо осведомился мужчина, встав у моего стола перед спутницей. Это было слегка комично. Зашли, не осмотрелись, взяли напиток, сразу ко мне… и такой вопрос.

— Если я скажу, что вы ошиблись — поверите? — хмыкнул я, пыхая вкусным дымом кригстанской сигариллы.

— Ваша шляпа, маска и то, что вы курите…, — высунулась из-за плеча брата женщина, — Они уникальны. Вас легко опознать.

— Спасибо за комплимент, — сухо ответил я, передавая эстафету визитёрам.

Возникла неловкая пауза.

— Мы можем присесть? — цивилизованность от полугоблинов пёрла мощной и ранее невиданной мной струей. Нет, смески совершенно ничем не уступают другим разумным, но определенная неприязнь к полугоблинам в обществе имеется. В любом обществе. Подняться по социальному лифту, получить хорошее образование, обзавестись манерами… всё это им очень сложно. Просто потому, что каждый из полугоблинов выходец из кочевого племени, вдобавок к чему ему нужно не только устроиться по жизни, но еще и отправлять подарки+деньги любимой мамочке. Совершенно добровольно, разумеется, традиции. Только вот такие приоритеты ставят для юных гибридов большой и жирный крест на любой перспективной карьере, кроме криминальной. А мнущаяся у моего стола парочка довольно молода, лет по 30, не более. Интересно.

Заинтригованный, я кивнул.

— Только давайте ближе к делу, господа. Что вам от меня нужно, что вы хотите предложить взамен. Конкретика.

— Мы вам так неприятны? — с вызовом спросила женщина, устроившаяся на стуле быстрее своего спутника.

— Отнюдь, — покачал я головой, — Пока — нет. Но у меня нет настроения на светскую беседу, это раз. А за прошедшие четыре дня мои люди получили множество весьма нелепых предложений, вызвавших одно только раздражение. Это два.

— То есть, вас раздражает возможная… нелепость с нашей стороны, так? — усевшийся мужчина сделал хороший глоток кофе, демонстрируя неплохую выдержку, а затем добавил, — Ланна и Зерс Клабдрункеры, к вашим услугам.

— Уоррен Уленшпигель, лорд, путешественник, гном, — отрекомендовался я.