Хозяин Мрака - Евгений Нетт

Гайо Бельфи восседал на веранде своего не такого уж и примечательного дома, окружённого гигантским садом. Здесь нашлось место и для большого водоёма, полного рыбы, и для искусственной речушки, из него проистекающей и в него же впадающей. О деревьях не стоило и говорить, так как окружающие дом яблони и груши были, наверное, самыми могучими и красивыми деревьями во всём Китеже.

Но абсолют смотрел сейчас сквозь всю эту красоту, будучи погружённым в свои тяжкие думы.

С юности Бельфи привык нести ответственность не только за свой клан, но и за товарищей, которые ему доверяли. Он был одним из лучших студентов академии, а по её окончании зарекомендовал себя как сильный и инициативный боец, не брезгующий брать на себя ответственность за принятие неоднозначных решений. Всего несколько лет ему потребовалось для того, чтобы возглавить пятёрку анимусов — и начать своё стремительное возвышение в качестве придерживающегося нейтралитета лидера.

Впрочем, исполнителем он пробыл недолго: к сорока годам, достигнув пика платинового ранга, Гайо Бельфи вплотную занялся политикой. Он твёрдой рукой направлял свой клан, завоёвывая доверие всё большего и большего числа людей. Ему благоволил совет протекторов, а главы великих кланов видели в нём тот самый мост, могущий объединить Китеж. Ведь в те времена серьёзные межклановые конфликты ещё были явлением частым настолько, что каждый горожанин знал: видишь разговаривающих на повышенных тонах анимусов — разворачивайся и убирайся подальше отсюда.

Дома и улицы можно восстановить за счёт бездонных бюджетов аристократии, но жизни таким образом возвращать пока не научились.

Шли годы, и Гайо Бельфи, пятидесятилетний анимус алмазного ранга, получил то, чего так долго жаждал: титул протектора и место в совете. И с тех пор его влияние лишь росло, а полномочия — расширялись. К нынешнему моменту остальные члены того, самого первого для Бельфи совета или скончались от старости, или отошли от дел, как это произошло со многими видными деятелями прошлого.

Остался лишь он — старый абсолют, под ногами которого уже начала тлеть земля.

— Присаживайся, Элин. И прости старика за то, что принимаю тебя именно здесь, а не в кабинете, как подобает. — Бельфи потянулся было к бокалу на столике подле своего кресла, но одёрнул руку, решив, что сегодня он выпил уже достаточно. — Как ты понимаешь, я позвал тебя сюда не для какой-то там праздной беседы…

В ответ перерождённый, которого буквально перехватили у самых ворот, не дав даже сменить походную одежду, лишь коротко кивнул, заняв предложенное ему место. Бельфи явно ценил комфорт, и мебель на веранде этого дома могла с достоинством называться лучшей. Потому-то Элин даже на секунду расслабился, провалившись в обволакивающе-нежную набивку кресла.

— Я уже стар, Элин. И косвенно на этот факт указывает то, что я уже не поспеваю за этим миром. Всё чаще от меня ускользают важные детали и допускаю промахи… но преемника, настоящего преемника, у меня до сего дня не было.

Взгляд отдающих ядовитой зеленью глаз переместился на лицо спокойно рассматривающего воду абсолюта. Элина заинтересовали его слова, но делать какие-то выводы он не спешил, прекрасно зная о том, сколь сильно абсолют любил искусство обманчивой словесности.

Но продолжать старик не спешил, очевидно передав слово своему гостю.

— Я не совру, если скажу, что ваш преемник должен быть воистину значимой фигурой на политической арене. Приближённой не только ко всем великим кланам, но и к аристократии в целом. И с безупречной репутацией, как у вас когда-то. — Элин не спешил бросаться в омут с головой, решив для начала прощупать почву. Вот так, сходу определить, что творится в голове у столь неоднозначного собеседника он точно не мог, так что осторожность лишней не являлась.

— Хо-хо… — Монотонно протянул Бельфи. — Если бы я мог найти собственную копию, то я бы давным-давно это сделал, Элин. Но тому мешает не столько отсутствие этой самой копии, сколько то, что Китежу не нужен второй Гайо Бельфи.

— В этом вы правы, протектор. — Наедине с протектором Элину не было нужды юлить или играть в демонстративную вежливость, чем он с готовностью воспользовался. Всё равно их взаимоотношения не могли стать хуже, чем есть, а правда и прямолинейность не только экономили время, но и могли принести неожиданные дивиденды. — Ваш подход был эффективен тридцать лет назад, но великие кланы более не имеет смысла ограничивать во взаимодействии друг с другом.

— Верно. Китежу это больше не нужно. Люди изменились, и взаимоотношения кланов поменялись тоже. — И Бельфи вновь не стал спорить. — Я наблюдал за тем, как ты ведёшь дела с Кацелианом, Соракой и Вардоком, но и подумать не мог, что из-за этого они до такой степени сблизятся. Возможно, узри я истину десятком лет ранее, и грядущие изменения прошли бы гораздо проще…

— И какие изменения вы имеете ввиду? — Перерождённый заинтересованно приподнял бровь, не переставая удивляться тому, сколь странным сегодня был Бельфи. Но опасности Элин не ощущал и не видел, так что подозревать своего собеседника в чём-то не спешил.

Да и новая сила позволяла дать отпор даже абсолюту, так что и в этом плане у него всё было схвачено.

— Колоссальные, Элин. Самые что ни на есть колоссальные. — Старик повернул руку ладонью вверх, и на неё тут же опустилась тонкая стопка исписанных каллиграфическим почерком листов. — Я много размышлял над вскрывшимися проблемами, обсуждая способы их решения со всеми членами совета. И на данный момент мы пришли к такому списку необходимых реформ. Ознакомься.

Элин взял предложенные ему документы, пробежавшись по ним глазами сначала бегло, а после — с чрезвычайным вниманием ко всем деталям. Такой способ гарантировал быстрое и точное усвоение информации, что в такие моменты было критически важно.