Новая Зона. Хозяева Москвы - Светлана Кузнецова

Луна. Конечно же, все из-за нее. Во сне Денис снова оказался в Зоне.

В горло текло что-то обжигающее и сладкое. Он открыл глаза. Слуга держал его за плечи и вливал в рот какую-то жидкость.

– Чай. Сладкий. Напиток такой. Не помнишь? – Слуга говорил односложно. Каждую фразу выделял интонационно и делал длинные паузы между словами. Это начинало раздражать: он не больной, в конце концов!

– А поесть нет… у вас? – Язык заплетался и едва ворочался, но в общем и целом говорить так, чтобы быть понятым, получалось, и, кажется, неплохо.

– А ты, похоже, оттаиваешь, мальчик.

Слуга помог сесть. Дошел до своей сумы… сумки… рюкзака – да, кажется, это холщовое приспособление называется именно так – и достал еду. Как назывались панцирь с требухой внутри и квадрат преснятины, он не помнил. Да и не важно это было. Главное – вкусно и неголодно.

После еды его потянуло в сон. Однако стоило закрыть глаза, как его ударили по плечу.

– В Зоне нельзя спать. Особенно на открытом месте, как это.

Насчет просматриваемого места слуга оказался вполне прав. Он прислушался к себе, но никто не подбирался из-за угла, у лилового спрутика в подвале они тоже не вызывали интереса. Беспокоило только малиновое облако, но оно висело далеко – над лианами.

– Почему? – Хозяина не трогают ходячие и ползающие, а к стоящим он сам не подойдет.

– Зона – она такая… Подкрадется, когда меньше всего ожидать будешь. – Слуга усмехнулся. – Но ты, похоже, не беспокоишься на этот счет.

– Зона?.. – Он нахмурился.

Наверное, слуга имел в виду вон ту лужу? Она действительно умела подкрадываться. Но так казалось лишь потому, что двигалась медленно: глазом не уловить. Смотришь – стоит на месте. Зазевался – переместилась. Но это же можно заметить…

Кажется, последнее он умудрился произнести вслух. Потому что слуга вдруг посмотрел пристально и спросил:

– А ты можешь видеть?

– Конечно! – Что за дурацкие вопросы? Он даже оскорбился.

– И давно?

Он пожал плечами.

– Хорошо, – почему-то похвалил слуга.

Странно. Из-за разговора потерялась сосредоточенность, и он почти проглядел, как нахальный назгул вылез из пещеры и поцокал вниз по стене по направлению к слуге. У того, похоже, тоже подбор слов отнимал много сил. Не услышать стука маленьких лапок по камню – верх недальновидности!

– Назгул!

– Что?

– Подходит…

– Я пока понял лишь одно. Ты читал Толкина.

– Да отойдите же! – Он сам протянул руку, схватил опешившего от подобной фамильярности слугу и отшвырнул прочь. Это удалось довольно легко. Слуга был длинный, но не особенно тяжелый.

Он обернулся, выстрелил и, только когда тельце назгула рухнуло на асфальт, пробормотал:

– Паук… Куснет, и стану я… плесенью.

– Назгулы не кусают. Они забираются под одежду и пьют силы.

– Как клопы, – фыркнул слуга. – Надо же, стоило заявиться в новую Зону, чтобы обнаружить пауков, ставших клопами. За диссертацию сесть, что ли?.. Изучал я когда-то биологию в местном университете…

Слуга принялся нести какую-то околесицу. Похоже, говорить и мыслить одновременно у него не получалось, одно слово – плебей, низшее существо.

– Назгул, – наставительно повторил он.

– А хоббитов здесь, случаем, не водится? – спросил и усмехнулся снова.

– Водятся. В подвалах. Но они опасны для слуг, – заявил он с толикой гордости в голосе. Потому что знал тут очень много. В отличие от этого… человека. – Я не буду их показывать вам.

– Я для тебя слуга, значит?.. – Темные глаза опасно сощурились. – А ты тогда кто? Хозяин?..

Следовало кивнуть, но он промолчал и сжался. Под кожу словно заползло нечто неприятное и липкое, захотелось передернуть плечами и обнять колени. Кажется, он так и сделал, а потом посмотрел на человека и бросил:

– Денис. А Хозяином я стал бы, если б смог приманить тебя… вас.

– Приманить… значит. – Он никогда не думал, будто слуги умеют шипеть, словно шушары. Кстати, одна из таких свила гнездо прямо под полом. Как только настанет ночь, вылезет. – Я почти тебя пристрелил, если ты понимаешь, что это такое.

Он честно повертел головой.

– Хорошо. – Кажется, это не похвала, а любимое слово. – Кто еще здесь обитает? Конкретно в этом доме.

– Кощей, тараканище, шушара, назгул, архимаг, демон радуги, герцог…

– Ну и каша у тебя в голове… – прошептал слуга почти восхищенно. – Похоже, до катастрофы ты увлекался фэнтези. И это единственное, что у тебя хоть как-то отложилось. Что с семьей? – вдруг резко спросил он. – Где учился? Как фамилия?!

– Ст… Стр… – В голове что-то вертелось, но языку никак не удавалось произнести. Первые два вопроса не вызвали в памяти никакого отклика, зато третий…

– Страничкин, что ли?

– Нет! – бросил он почти гневно. – Не Страничкин. Ст… п… ороже…

– Строжев или Сторожев, – помог слуга.

– Да. – Он с облегчением перевел дух. – Второе. Кажется. – И уже увереннее, будто пробуя на языке каждую букву, произнес полностью: – Денис Сторожев.

– Меня можешь звать Вороном, – произнес человек. – И никак иначе. Никаких слуг.

Денис кивнул и закрыл глаза. Когда он проснулся, Ворон сидел рядом и внимательно его разглядывал.

– Хочешь сделку?

Он плохо помнил, что это такое, но кивнул. Денис боялся, что Ворон уйдет, а оставаться снова одному не хотелось до крика. К тому же лицо у мужчины было располагающим – теперь, когда он вспомнил свое имя, это казалось особенно важным.

– Мне необходимо дойти до схрона и обратно, – начал Ворон. – Сложность заключается в том, что схрон не мой, и я плохо представляю, где он находится. Ты мне поможешь, а потом я выведу тебя из Москвы.

– Откуда?..

Ворон очень театрально закатил глаза и спрятал лицо в раскрытой ладони. Денис рассмеялся и совсем забыл о дребезжащей мысли о подвохе – о том, что слуга попросту решил использовать его. Ведь Дэн – именно так он предпочитал зваться сам – здесь словно дома. Он каждый кустик и скалу знает и обитателей – тоже.

– Зона. Она находится вокруг, – принялся объяснять слуга, назвавшийся птицей, но остающийся при этом человеком. – Образовалась на месте Москвы, столицы России. Ты и этого не помнишь?