Воин Чёрного Дракона - Николай Коростелев

На вершине стоят три иерарха: главное руководство осуществляет «Дракон», вторым является «Управитель», он же и заместитель «Дракона», третий – «Красный Посох», он же блюститель порядка, прокурор и исполнитель приговоров.

Принадлежность человека к братству можно определить по особой татуировке. А по манере складывать пальцы на палочках во время еды можно определить не только принадлежность человека к триаде, но и его место в иерархии.

Все триады отличаются крайней жестокостью, любое неповиновение им немедленно и безоговорочно пресекается. Страх перед триадами так велик, что их боятся не только простые уголовники и хунхузы, но и китайские чиновники. Орден имеет широкую разветвлённую сеть осведомителей и среди населения, и во власти. Поэтому японская разведка и сделала на него ставку, пытаясь историческую ненависть триад к маньчжурскому правительству использовать в своих целях. Что касается «Белого Лотоса», то мне действительно удалось установить контакт с главным иерархом триады. И не просто установить контакт, а заручиться его поддержкой.

В триаде «Белый Лотос» в частности и в самом ордене в целом сильно развито суеверие, а вера в колдовство доведена до чрезвычайной степени.

Дракон «Белого Лотоса», он же главный жрец триады, убеждён, что я являюсь посланцем Лу Вана – покровителя Китая, поэтому готов оказывать мне всяческое содействие.

Мне удалось выяснить, что третьим лицом в руководстве «Белого Лотоса» является бывший генерал китайской армии Лю Даньцзы. Во время последней войны^[7] его солдаты яростно дрались с японцами, а сам он чудом избежал плена.

Лю Даньцзы сейчас находится у нас и известен как Старик Линь. По словам Дракона, уже сегодня генерал способен поднять в ружьё сотни преданных лично ему ветеранов японо-китайской войны.

Относительно интереса в этом деле «Белого Лотоса».

Ван Хэда, так зовут Дракона триады, считает, что я послан Лу Ваном для исполнения древнего предначертания. Он предложил мне вступить в его триаду и возглавить боевое крыло, что повысит его авторитет в ордене. Таким образом, у нас появилась уникальная возможность внедриться в самую влиятельную триаду Маньчжурии и использовать её в наших интересах.

У меня всё, ваше превосходительство.

– Ну, что ж, корнет, – закуривая папиросу, проговорил Гродеков, – я думаю, на сегодня информации достаточно. Да и эту, – вздохнул он, – ещё переварить нужно. Вам, корнет, я предоставляю недельный отпуск. Из Владивостока не отлучайтесь. Через неделю в большом зале Дома Правительства состоится торжественный приём и награждение особо отличившихся офицеров. Среди них вы и ваш отец. Вы представлены к Золотому оружию, а ваш отец – к ордену Святого Станислава. Вы ведь в курсе, что представление к Золотому оружию приравнивает его владельца к Георгиевскому кавалеру и подразумевает внеочередное повышение в чине^[8]?

Андрей ошарашенно уставился на Гродекова, а тот, улыбнувшись, продолжил:

– После награждения вам будет предоставлен небольшой отпуск. Уверен, что многие знатные и уважаемые люди нашего города, узнав о ваших заслугах, захотят затащить вас к себе в гости. А на таких приёмах случаются танцы и другие интересные знакомства. – Генерал ехидно подкрутил усы. – Так что не ударьте в грязь лицом, Андрей Иннокентьевич. Рекомендую не терять времени и построить себе новый мундир с погонами поручика.

– Благодарю за высокую оценку и добрый совет, ваше превосходительство, – покраснел Андрей.

– Вы это заслужили. А теперь свободны. Отдыхайте!

– Есть! – щёлкнул каблуками Андрей и вышел из кабинета.