Обратный отсчет - Михаил Атаманов

Кентавры внимательно наблюдали за моим приближением. При этом самец периодически издавал громкие похожие на конское ржание звуки, самка же молчала и совсем по-человечески улыбалась. Оружия у них я не видел, хотя и прекрасно понимал, что достать из инвентаря его возможно за доли секунды. Остановившись шагах в трёх от прорехи в колючей проволоке, за которой стояли соседи, я поклонился.

– Приветствую тебя, Комар! – достаточно чисто на нашем языке произнесла Филира. – Не бойся, мы пришли с миром. Я набрала хорошего жемчуга и хотела бы обменять его на предметы твоего народа. У тебя есть патроны на продажу? Или ваше белое вино, которое может гореть?

– Водка? – предположил я, и Филира обрадованно закивала:

– Да! Водка! Дам большую горсть морского жемчуга, в нём даже крупные встречаются!

Ни лишних патронов, ни тем более водки у меня не имелось. Да и вообще в инвентаре у меня не было ничего для торговли, кроме тех же самых жемчужин и презервативов. Попробовать что ли продать? Я достал один пакетик с резинкой и показал женщине-кобылице:

– Водки нет. Но есть кое-что получше – средство для волшебной ночи любви с любым самцом без последствий в виде жеребят.

Женщина-кентавр то ли недовольно фыркнула, то ли наоборот усмехнулась, потом на секунду скосила глаза на своего четвероногого спутника и снова повернулась в мою сторону:

– Несс не понимает ваш язык, так что можем говорить спокойно. С любым-любым самцом, говоришь? Волшебная ночь любви?

Я понял, что мой необычный товар собеседницу заинтриговал, и она даже не пыталась скрывать своего интереса. Получив мои заверения в эффективности чудодейственного средства, Филира довольно заржала и протянула мне свои сложенные лодочкой ладони, в которых находилась полная горсть морского жемчуга:

– Комар, этого хватит? Это весь жемчуг, который у меня с собой. Могу добавить свой метательный нож или… – тут женщина-кентавр снова заржала, – саму себя, чтобы расплатиться. Я же вижу, как вы, люди, смотрите на меня. Я же вам нравлюсь, признайся!

Голые груди на человеческом женском торсе у Филиры действительно были примечательными, аккуратными и упругими. Да и мордашка у самки кентавра была приятной на человеческий взгляд, как и грива волос. Но ниже всего этого Филира была всё же зебра-зеброй, и я даже чисто технически не представлял процесс «получения с неё оплаты». Извращение какое-то! Конечно же, я отказался. Вместо этого, кроме собственно жемчуга, я запросил права набрать воды в свою флягу из видимой позади кентавров реки.

– Воды?! – Филира удивилась и даже, похоже, слегка обиделась. – Это как Несс решит, он тут главный.

Язык кентавров представлял из себя смесь конского ржания, коротких буквально в один-два слога слов и многочисленных щелчков языком. Самец отреагировал на просьбу спутницы весьма нервно – недовольно заржал, встал на дыбы, в руках у него даже появилось короткое копьё. Но Филира настойчиво продолжала упрашивать, что-то даже похоже обещать, и Несс, для вида ещё немного поупрямившись, позволил себя уговорить. Оба кентавра демонстративно отошли в сторону, открывая мне дорогу к реке. Я вежливо поблагодарил стражей границы и низко поклонился. Несс презрительно фыркнул и помчался вдаль, сразу переходя на галоп.

– Приходи завтра, Комар. Я ещё наберу жемчуга, снова поменяемся! – пообещала мне напоследок Филира и поспешила догонять своего спутника.

До зарослей, отмечавших устье небольшой впадающей в море реки, было метров триста. Я преодолел это расстояние неторопливым уверенным шагом и остановился шагах в пяти от густых кустов, хотя и видел уже сквозь листву журчащую и такую соблазнительную воду. Мне не понравилась какая-то противоестественная тишина в зарослях – ни стрекотания насекомых, ни пения птиц.