Банной горы хозяин - Сергей Щеглов

А ведь этого и следовало ожидать, подумал Валентин. При той манере обращаться с людьми, которую продемонстрировал мне Могутов, колдунам ничто не мешает читать мысли и друг у друга. Приходится шифроваться; какой же дурак на Плюке правду думает… и что самое обидное, шифр наверняка у каждого свой.

Обруч коротким уколом боли подтвердил худшие подозрения – о расшифровке подобных мыслей в реальном времени нечего даже и мечтать. Валентин вылез из ментального пространства, осадил Бублика, начавшего облизываться на ближайшее заклинание-щупальце, и с неподдельным интересом посмотрел на пришельца:

– Вы уверены, что вам нужен именно я?

– Меня зовут Джон Смит, – ответил гость, коротко наклонив голову, – и я пришел, чтобы предостеречь вас от серьезной ошибки.

– Меня лично, то есть гражданина Иванова, – уточнил Валентин, – или же всю корпорацию «Будущее»?

– Не кривите душой. – Смит посмотрел Валентину прямо в глаза. – Вы прекрасно знаете, что это одно и то же.

– Ну что ж, – улыбнулся Валентин, – тогда присаживайтесь – и предостерегайте!

Вопреки его ожиданиям – сидящий маг всегда более уязвим, чем стоящий, – Джон Смит охотно расположился на стуле и даже повел носом в сторону чайника.

– Сначала короткая предыстория, – сказал Смит, скрещивая руки на груди – еще один жест, свидетельствующий о полном доверии к собеседнику. – Утром вам было позволено узнать об Ордене колдунов. – Смит сделал на слове «позволено» особое ударение. – Так вот, за последние семь веков вы первый человек, которому после этого была сохранена свобода воли.

– Вполне допускаю, – кивнул Валентин. – И что в этом плохого?

– Пока вы были заняты, – Смит проигнорировал вопрос, – я прошелся по корпусам корпорации и познакомился с вашими сотрудниками. – Черт, подумал Валентин; ну ладно люди, а автоматика-то куда смотрела?! – Так я узнал, что в последние годы вам помогал колдун по прозвищу Нострадамус. Обычно колдуны не прибегают к открытому сотрудничеству с людьми. Для этого существуют весьма экономичные заклинания, «наведение желаний» или «подмена воли». Однако в вашем случае Орден предпочел Нострадамуса. Вы не задумывались, зачем могущественному колдуну понадобились услуги обычного человека?

Кажется, я сделал большую ошибку, подумал Валентин. Нострадамус становится важной фигурой, а вместе с ним – и я сам. Все равно что вместо дымовой завесы прикрываться нимбом над головой. Мне бы сразу догадаться, что Земля буквально кишит конкурирующими между собой колдунами.

Сделанного не воротишь, вздохнул Валентин. Но с этого момента Нострадамус из решения превращается в проблему. Даже исчезнуть ему теперь не удастся – сразу же все ко мне ломанутся, дескать, ты его последним видел. Ненавижу эту работу.

– Я вижу, вы настроились на долгий разговор, – сказал Валентин, решив, что пора перехватывать инициативу. – В таком случае давайте сначала познакомимся. Имя Джон Смит мне практически ничего не говорит, и мысли читать я тоже пока не научился. Вы ко мне пришли как частное лицо или представляете какую-то организацию? А может, вы и есть Нострадамус?

Джон Смит ничуть не изменился в лице.

– Разумеется, я представляю организацию, – ответил он. – В разговорах с людьми мы называем ее Советом, и это не пустое слово. В отличие от многочисленных колдовских орденов мы уже более семисот лет практикуем коллективное принятие решений.

– Многочисленных?! – выхватил Валентин наиболее значимое для себя слово. – Вы хотите сказать, что Орден, к которому принадлежит Могутов, – не единственный на Земле?

– Их больше сотни, – ответил Джон Смит. – Как раз поэтому я к вам и пришел. Подписываясь на служение одному из них, вы автоматически сделаетесь врагом всех остальных.

Валентин протяжно свистнул и откинулся на спинку своего кресла. Больше сотни! Да это просто Побережье какое-то получается – магические Ордена, делящие между собой территории для сбора Силы. Донован с Принцем были чертовски правы, отправив меня на эту планету. Она действительно опасна для Панги.

Хорошо, что Смит зашифровал свою память, порадовался Валентин. Иначе я бы сейчас туда нырнул – и поминай как звали. Семьсот лет магических войн – не шутка для неопытного исследователя. А так есть шанс, что он сам мне обо всем расскажет.

– Вы меня просто убили, – честно признался Валентин. – Не думал, что среди колдунов все настолько запущено. Даже и не знаю, что мне теперь делать.

Джон Смит принял пас:

– Прежде всего внимательно меня выслушать. Ничего необратимого пока не произошло, комната находится под хорошей защитой, у нас есть около получаса времени, чтобы найти оптимальное решение.

Закончим в двенадцать двадцать, прикинул Валентин. Как раз успею к собранию подготовиться. Если, конечно, оно состоится – при такой интенсивности магических разборок Нострадамус может и не дожить до обеда.

– Давайте я буду задавать вопросы, – предложил Валентин. – Семьсот лет, сотня орденов – чтобы не погрязнуть в подробностях, сосредоточимся на том, чего я еще не знаю.

– Спрашивайте, – кивнул Смит. – Если забредете не туда, поправлю.

– Ордена – территориальные или отраслевые образования? – задал Валентин первый вопрос и по округлившимся глазам Смита понял, что только что начал настоящий разговор.

– Тут я вынужден ответить вопросом на вопрос, – наклонил голову Смит. – Вы хотя бы в общих чертах представляете, откуда колдуны берут Силу?

Из тумбочки, хотел было пошутить Валентин.

– В общих чертах да, – ответил он, приложив руку к груди. – Сила извлекается из предметов культа и сохраняется в магических амулетах – Сердцах, как их называют в Ордене. Судя по заказу на Черный Камень Каабы, предметы культа заряжают Силой поклоняющиеся им люди.

– Все верно, – кивнул Смит. – Чем больше и чем чаще люди поклоняются своим святыням, тем больше те накапливают Силы. Таким образом, постоянно заряжающийся от одной святыни колдун заинтересован в как можно большем числе прихожан и паломников. В настоящее время Земля поделена между ста тридцатью шестью орденами, каждый из которых полностью контролирует находящиеся на его территории храмы. Колдунов, принадлежащих к подобным орденам, мы называем «храмовниками» – просьба не путать с тамплиерами, уничтоженными еще в четырнадцатом веке.

– Вы называете их храмовниками, – повторил Валентин. – Хорошо. Ну а сами себя вы как называете? Разве Совет не имеет своих храмов?

– Себя мы называем магами, – ответил Смит. – И Совет, в отличие от колдунов, не нуждается ни в храмах, ни в людях.

– В таком случае, – голос Валентина дрогнул, – откуда вы берете Силу?

Смит пожал плечами:

– Оттуда же, откуда берут ее люди, заряжая святыни. Просто у нас это получается гораздо лучше.

– А почему храмовники не делают то же самое? – удивился Валентин. – Почему до сих пор возятся со святынями и обсиживают храмы?