Если судьба выбирает нас... - Михаил Валерин

— Тише ты, оглашенный!

— Прощения просим, вашбродь! — просипел запыхавшийся ординарец.

— Что там такое?

— У немаков пальба началась под утро. Сначала из ружей врассыпную, потом пулеметы принялись, а теперь — эвона, уже из пушек палят.

— Понятно… А сам-то ты где был, рядовой Мышкин?

— К каптеру бегал, вашбродь! Насчет воды сговорился!

— Ну раз сговорился, давай, польешь мне…

Умывшись, я ради приличия подождал явления Казимирского народу. Однако, убедившись, что народу придется подождать еще не меньше часа, отправился на поиски Лиходеева.

Кузьма Акимыч обнаружился в хозяйстве Копейкина, где разбирался с трофейным оружием.

— Утро доброе!

Фельдфебель вскочил, вытянулся и, козырнув, затараторил:

— Здравия желаю, вашбродь! Рота расквартирована в резерве, происшествий нет!

— Вольно! Чем ты тут занимаешься?

— Учитываю трофейное имущество!

— И это правильно! — Неожиданно меня осенило: — Скажи-ка, сколько мы у немцев пулеметов взяли?

— Пять, вашбродь!

— Так вот, три сдашь по команде оружейникам, два оставишь, чтобы были! Мы их в ротную книгу писать не будем. (Имеется в виду ротный гроссбух, в который шел весь приход-расход подразделения по всем статьям — от личного состава и вооружения до запасов еды и прочего.)

— Удумали чего, вашбродь? — прищурился Лиходеев.

— Не без того… Я как рассуждаю? На войне-то лишних пулеметов не бывает, правильно? Да и запас карман не тянет.

— Так-то оно так… — нерешительно промолвил Кузьма Акимыч. — Токмо чего мы с ними делать будем?

— Как чего? Два себе оставим — один про запас, а другой сейчас поставим вот сюда и будем изучать устройство! По уму — это тот же самый «максим». Разберемся как-нибудь. А если поломаем чего — не беда! На разборку пойдет, чтоб запас для наших пулеметов был. Понятно?

— Понятно! Отчего ж не понять-то?

— Сейчас прямо и займемся! Савка, ну-ка зови сюда наших пулеметчиков. Если кого из пулеметной роты встретишь, тоже сюда тащи — вместе покумекаем. Быстро! Одна нога здесь, другая там!

— Слушаюсь, вашбродь! — Мой ординарец сорвался с места и рысью умчался по ходам сообщения.

Я присел на патронный ящик и прислушался — звуки боя со стороны Штрасбурга усиливались. Интересно — что же там происходит? Теоретически это может быть одна из ушедших в прорыв наших частей, которая обошла городишко с севера.

Если так, то грядут перемены…

Как я и предполагал, принципиально пулемет МГ-08 от нашего «максима» образца 1910 года отличался несильно. Та же конструкция Хайрема Максима в немецком исполнении, с незначительными вариациями.

Все это мы узнали во время лекции, проведенной командиром 1-го пулеметного взвода подпоручиком Спириным.

Худой, низкорослый, совершенно не гренадерских статей, Спирин оказался прекрасным преподавателем. Помахивая пальцем перед своим длинным носом, он очень просто и творчески объяснил устройство пулемета и предложил задавать вопросы, на которые отвечал внятно и полно.

Успех лекции был несомненным.

Надо сказать, что процесс квалифицированного обучения организовался совершенно случайно. Быстроногий Савка, отыскав всех наших пулеметчиков, шастал по окопам в поисках кого-нибудь из унтеров пулеметной роты, а нарвался на командира этой самой роты — штабс-капитана Затравина.

Лично мне до этого момента не пришлось напрямую общаться с нашим пулеметным воеводой, но по отзывам мужик он был отличный, хоть и шибко хитрый. Помимо полагавшихся нам по штату двух дюжин «максимов» у него обретались несколько неучтенных МГ-08 и «льюисов».

Явившись лично для разъяснения возникшей ситуации, Затравин внимательно меня выслушал и, хитро прищурившись, поинтересовался:

— А для чего вам, господин прапорщик, лишние пулеметы, если пулеметчиков к ним нет?

— Пулеметчика, господин штабс-капитан, воспитаем в своем подразделении. А не воспитаем — так родим!

— А не надорветесь — рожать?

— Прикажут — мы и ежика против шерсти родим! А тут, для собственной пользы, — сам бог велел!

Затравин смеялся так, что аж слезы выступили.

А отсмеявшись, принялся торговаться.

Сговорились на том, что нам и одного сверхштатного пулемета хватит. Другой неучтенный ствол мы пожертвуем славной пулеметной роте в обмен на добротное и анонимное обучение.

Приятно иметь дело с понимающими людьми.