Звездный Гольфстрим - Михаил Шуваев

В каплевидном вагоне мономагга стал различим легкий гул, это включились дополнительные электромагнитные контуры для разгона до предельной скорости. Пассажиры пристегнулись, устроились поудобнее в больших креслах и приготовились к незаурядному приключению.

В хорошую погоду днем, даже в те годы, когда ММГ пользовалась огромной популярностью и работала на полную катушку, вид пролетающих над проливом десятков кабин мономагга не впечатлял. А вот в штормовую погоду, при низкой облачности, и особенно ночью, это было завораживающее зрелище. Самих вагонов видно практически не было, зато в низкой дымке и в разрывах дождевой пелены становились видны наведенные — голубые, поддерживающие — желтые и направляющие — зеленые магнитные поля. Несущие электромагнитные силы создавали эффект красного ореола вокруг самих вагонов. Примерно на полпути из-под воды вертикально вверх и под небольшим углом в стороны, расходилось сиреневое сияние подводной центральной электромагнитной гравитационной опоры, страхующей и связывающей все эфемерное сооружение из полей, лучей и токов. Вся эта феерия была похожа на призрачный, фантастический и полупрозрачный мост колоссальных размеров, который будто живой пытается прорваться в нашу реальность из мрачного сумрака небытия, из потустороннего липкого зазеркалья, но никак не может устоять в этой реальности: что-то его не отпускает оттуда, держит, вяжет, обволакивает… Все пространство вокруг иллюзорного моста сверкало, переливалось и размазывалось всеми цветами радуги, наподобие северного сияния.

Мономагг ощутимо задрал переднюю часть — пошли последние полтора километра, труба поднималась к Геркулесовым столбам под углом в пятнадцать градусов.

Мимо окон-иллюминаторов стремительно пронеслись последние сотни метров перфорированной трубы ММГ, снаружи резко посветлело, и вагон, как камень из пращи, вылетел из жерла гигантского ствола в предрассветный полусумрак-полусвет. Освещение внутри кабины тут же погасло.

Сразу стало понятным заблаговременное предупреждение компьютера о плохой погоде — мономагг стало раскачивать и ощутимо трясти. Высота гудения несущих полей стала неровной, она менялась в зависимости от нагрузки на генераторы вагона. Хотя 95 процентов работы по переносу вагона через пролив делали наземные концевые генераторы, и улавливатели, и центральная опора.

Ричард прильнул к широкому иллюминатору и во все глаза смотрел на проплывающую внизу стальную поверхность моря, испещренную многочисленными белыми пенными барашками, на тяжелые свинцовые облака. Кое-где из туманного сумрака облаков явно шел дождь, но из-за штормового ветра он шел почти горизонтально и иногда даже вверх. От такого зрелища у пассажиров перехватило дух.

Кабина продолжала рассекать тяжелый влажный воздух Гибралтарского пролива, стремительно таяли секунды, остающиеся до попадания в огромный улавливатель на африканском берегу. Наконец, на переднем обзорном экране появилась черная точка, которая стала быстро расти, и буквально через несколько секунд превратилась в мрачное жерло туннельного улавливателя. Вагон сильно тряхнуло, и он пулей влетел внутрь, точно попав на свой ярус и магнитную направляющую ленту. Снаружи опять потемнело. Пассажиров слегка прижало к ремням безопасности — мономагг притормаживал, гася огромную скорость.

Ричард судорожно выдохнул: он вдруг понял, что почти с самого начала перелета задержал дыхание.

Зашевелились и его спутники.

— Да, правду говорят, что отказываясь порой от устаревшего и вроде бы ненужного, подчас теряешь намного больше, чем приобретаешь с взлелеянным новым, — проговорил Моран и передернул плечами. — Ну-с, сколько нам осталось?

— Один час семь минут, — тут же ответил бортовой компьютер.

— Вообще-то, положа руку на сердце, начинает сильно хотеться есть… — расстегивая ремни безопасности и вставая, проворчал Айво. — Я, например, часов семь ничего не ел, только кофе попил с час назад.

— К сожалению, могу предложить лишь напитки — кофе, чай, минеральная вода и галеты. Вы не зарезервировали вашу поездку заранее, и мы не смогли обеспечить доставку продуктов на борт. Извините, — спокойно произнес компьютер.

— Да ладно, ладно… — отмахнулся Блумберг. — Давай свой кофе с галетами…

— Да, немного подкрепиться не помешает, — в свою очередь согласился Герберт и потянулся за одной из чашек с дымящимся напитком, появившихся на выдвигающейся панели. Ричард тоже понял, что порядком проголодался, и придвинулся поближе к троице.

Горячий кофе и бретонские галеты немного подняли настроение и притупили чувство голода. Четверо путешественников несколько оживились и спустя минуту заинтересованно переговаривались.

— Клиника Клейна расположена совсем рядом со станцией ММГ, — проинформировал Ричи, допивая последние, уже чуть теплые, глотки кофе. — Эй, Ламанш, а нет ли перрона ММГ под самой клиникой доктора Стефана Клейна?

— Клиника доктора Стефана Клейна? Нет. Есть небольшие частные станции «Эрг», «Бархан», «Зеленый оазис», «Холод»…

— Это, конечно, Клейн! — сплюнул Моран. — Пижон, даже здесь не удержался, выпендрился — холод в Сахаре!

— Да ладно вам, профессор, хватит уже. Мы направляемся к нему, чтобы получить информацию, а не для скандала, — попытался урезонить Морана Герберт. — Я серьезно вас прошу, когда мы встретимся с Клейном, постарайтесь держать себя в руках, не давайте волю эмоциям, хорошо?

— Постараюсь, Герберт, постараюсь… — проворчал профессор и поставил пустую чашку на столик.

— Ламанш, давай на станцию Холод, — попросил Ричард. — Она, кстати, открыта для движения? Ну и прекрасно.

Рубиновая точка на центральном экране продолжала свое еле заметное движение по карте Африки. Вот она приблизилась и миновала город Фес. Оставались последние сотни километров пути. Через несколько минут они вплотную подойдут к Западному отрогу Атласских гор, а уж за ними до Большого западного Эрга — рукой подать.

Здесь же расположен небольшой городишко Тагит. Находится он всего в километре от начала бесконечных янтарных песков, на самой границе начала настоящей песчаной барханной пустыни Сахара. И совсем недалеко от него археологи обнаружили хорошо сохранившиеся каменные пещеры, в которых тысячелетия назад жили наши доисторические предки. Огромные каменные валуны, обрамляющие вход в пещеру, за миллионы лет обожжены Солнцем до антрацитовой черноты и кое-где растрескались, но и по сей день на них можно различить удивительные наскальные рисунки: люди, звери, деревья, сценки охоты. Видимо, в оное время здесь еще не было Сахары, она не дошла сюда, и климат был другим — более мягким. Отсюда и животные, вроде буйволов, и деревья — не только пальмы.

Вскоре движение мономагга сильно замедлилось.

— Уважаемые пассажиры, через пять минут мы прибываем на частную станцию Холод.

Вся четверка задвигалась, Герберт встал, прошел в конец кабины и проверил показания приборов на криокамере — все пока было в порядке. Показатели, что называется, были в «зеленой зоне».

Наконец, вагон ММГ остановился и легонько закачался у перрона. Бесшумно раскрылись двери.