Русские сумерки - Олег Кулагин

Кстати, народу – вообще много.

Понятное дело. Башня ведь не только причал. Это ещё и немаленький бизнес-центр.

За прозрачными стенами лифта уплывали вниз бутики, кафе, игровые залы и офисы…

Часть людей выходила, часть – входила. В этом круговороте был неподвижен только я и группа пожилых японцев с фотоаппаратами.

«14», «15», «16»…

Остался наедине с японцами. Они оживлённо лопотали по-своему. На всякий случай я встал к ним спиной – еще вздумают фотографировать, как одну из диковин.

«20». Мелодичная трель.

Всё. Выше не повезёт.

Двери лифта распахиваются на застеклённую площадку.

Стайка молодёжи с баночным пивом в руках любуется видом Москвы. Хотя это ещё не самый верхний этаж.

Выше их просто не пустят. Да и японцам, похоже, «Московские зори» не по карману. Выстроились вдоль прозрачных стен, нацелились фотоаппаратами – ждут прибытия.

К невзрачной двери справа от лифта я иду в гордом одиночестве.

Хм-м, а дверь-то закрыта.

Рядом есть звонок. Вдавливаю кнопку. Никакой реакции.

Спят они, что ли?

– Эй! – говорю я, уставившись в зрачок видеокамеры. – А нельзя ли поживее?

Оглядываюсь. Серебристый диск с каждой секундой вырастает на фоне безоблачного неба.

Не хватало мне ещё опоздать!

Наконец стальная дверь приоткрывается. На пороге двухметровый угрюмый охранник:

– Чего надо? – Во взгляде – откровенная неприязнь.

Угу, внешность у меня скромная – потёртые джинсы и куртка, растоптанные кроссовки. Таким нищебродам положено кутить в «Макдоналдсах»! Никак не соответствую высоким критериям заведения!

Тем более что настоящие клиенты редко используют общий лифт: они предпочитают специальный, с подземного паркинга, – тот идёт до самой крыши без всяких остановок.

Улыбаюсь охраннику:

– У меня заказан столик. Меня зовут Иван Абрамович.

Даже в гриме я не сильно похож на Абрамовича, но Паук сказал: «Представишься именно так».

Охранник каменеет лицом и бормочет:

– Одну минуту…

Закрывает дверь. Но распахивает почти сразу. Долю мгновения кажется – это совсем другой человек. Открытый, улыбчивый, с бездной двухметрового обаяния:

– Здравствуйте! Прошу вас!

Воодушевленные японцы начинают сверкать фотовспышками.

К счастью, дверь за мной быстро захлопнулась.

Я оказался в небольшом вестибюльчике перед рамкой сканера.

– Прошу сюда! – гостеприимно указал ладонью охранник.

Я шагнул через рамку.

Второй охранник, сидевший перед экраном, флегматично кивнул:

– Можете проходить.

Стальной турникет раскрылся передо мной.

Заглядывать в висевший у меня за спиной рюкзачок не стали. Да, вероятно, у них и не было в этом нужды. Я знаю эту модель сканера – за доли секунды строится полное изображение, и компьютер сам выделяет всё, что сочтёт подозрительным.

Впереди – маленький эскалатор.

А наверху крохотная площадка перед глухой металлической стеной. Едва я сошёл с движущихся ступеней – стена сама отъехала вбок. Я отметил её толщину – в ладонь! Тут прямо как в банке!

И камеры везде натыканы. Вероятно, охраны тоже как в банке – просто они лишний раз не светятся, чтоб не раздражать клиентов.

Я вошёл в просторный холл, богато отделанный в стиле ХХ века. Кругом мрамор, статуи, кадки с пальмами. Есть мягкие кресла. Налево – тот самый, специальный скоростной лифт. Прямо – прозрачная стена. И посреди неё – вход в тамбур.

Огромное тело дирижабля уже заслонило большую часть неба.

В холле, кроме меня, охранник и трое юношей богемного вида – эти со скучающим видом сидят в креслах. Словно они не «Московские зори» ждут, а обычную маршрутку.

Да и я стараюсь хранить ледяное спокойствие.

Гигантский диск зависает над башней. Из огромного цилиндрического выроста в нижней его части выдвигается квадратный раструб. И соединяется с тамбуром.

Есть касание!

Холл наполняется приятной мелодией.

– Прошу на посадку! – улыбается охранник в смокинге с вышитыми золотом буквами «MS».

Богемные юноши поднимаются будто нехотя. Я пропускаю их вперёд.

В тамбуре прозрачные стены. Хорошо хоть пол не прозрачный!

Вниз я стараюсь не смотреть. Но всё же замечаю, что ещё один стыковочный раструб присоединился к башне метра на три ниже нас. Он заметно шире и весь из металла. Кажется, через него переправляют грузы и качают топливо.

До хрена всего надо, чтоб в этом летучем «Хилтоне» было сытно и безопасно. Интересно, а фекалии они тоже здесь перекачивают? Или распыляют над головами москвичей – как в некоторых продвинутых американских стратопланах?

Занятый этими серьёзными размышлениями, я легко одолел десяток метров тамбура.

А впереди, в уютном холле, уже улыбались две симпатичные девушки в нарядной форме – голубенькие кители с буквами «MS» на левой груди, мини-юбки…

Да, это вам не в электричке кататься.

– Добро пожаловать на «Московские зори»!

Лифт перенёс нас в большой вестибюль, залитый электрическим светом. Тут, перед стойкой, я опять назвался то ли охраннику, то ли метрдотелю. Он глянул на экран, кивнул, попросил обождать минуту.

Едва я опустился в мягкое кресло, откуда-то появился парень в ливрее (так называется этот позолоченный пиджак?):

– Здравствуйте, Иван – я вас провожу!

Кстати, на ливрее всё-таки имеется бейджик. А из уха торчит гарнитура. Угу, лакей XXI века.

Я встал и послушно отправился вслед за ним.

Через отделанные резьбой двери мы вошли в просторный зал. И тут я будто споткнулся:

«Твою мать!»

Под ногами была пустота. А метров на семьдесят ниже – крыши московских домов.

Чёртов пол! Они таки сделали его прозрачным!

Лакей (или официант?) улыбнулся:

– Вы у нас впервые? Не беспокойтесь, это абсолютно прочный материал. Трёхслойный ситалл! Способен выдержать даже выстрел из гранатомёта!

В доказательство он слегка подпрыгнул:

– Видите? Это совершенно безопасно!

– Спасибо, – кивнул я, чувствуя себя дебилом.

Мы прошли через весь зал – почти заполненный, несмотря на раннее для Москвы время. Только Паука здесь не было!

– Простите, а…