Ковчег надежды - Николай Андреев

Храбров проснулся от яркого света, бьющего прямо в глаза. Сириус уже находился довольно высоко над горизонтом, и его лучи проникали в комнату через окно. Как в детстве, Олесь попытался спрятаться под одеяло. Увы, это не помогло. Сон прошёл. Русич резко сел и огляделся по сторонам. Ни Аято, ни Карса в номере не было. Впрочем, Храбров за друзей не волновался. Они всегда поднимались рано.

На часах около девяти. Большая часть отряда наверняка уже давно на ногах. Олесь начал одеваться. Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге появился самурай. Русич сразу заметил, что Тино чем-то встревожен.

— Что случилось? — спросил Храбров, застёгивая ремень.

— Пока ничего, — вымолвил Аято. — Но Боткинг оказался абсолютно прав. Ачинск сейчас представляет собой разворошённый муравейник. Толпы людей и мутантов бродят по улицам и бурно обсуждают последние новости. Я слышал ругань и взаимные угрозы. Вот-вот в городе вспыхнут беспорядки.

— Сержант говорил, что до резни дело не дойдёт, — возразил Олесь.

— Чепуха! — махнул рукой японец. — В подобных ситуациях события развиваются непредсказуемо. Одна неосторожная фраза, один брошенный камень, один удар ножом, и здесь прольются реки крови.

— А как же армия? — произнёс русич.

— Она, конечно, вмешается в конфликт и наведёт порядок, но к тому времени ачинцы перережут нам глотки, — сказал Тино. — Отсюда надо убираться. Гарантии хозяина теперь ничего не стоят.

— Прежде чем уехать, я хотел бы позавтракать, — проговорил Храбров, не особенно доверяя словам друга. — Деньги заплачены на три дня вперёд. По местным меркам это внушительная сумма.

— Ну-ну, — снисходительно усмехнулся самурай. — Давай, спустимся в зал. Жак, Линда и Пол уже там. Уверен, они дополнят мой рассказ.

Воины покинули комнату, закрыли её на ключ и двинулись к лестнице. Не успели земляне преодолеть и половину пути, как внизу раздались громкие крики. Тасконцы не особенно стеснялись в выражениях. Спор, разумеется, шёл о присоединении побережья к Аскании. Доводы обеих сторон были довольно вескими. Вскоре наёмники увидели и самих ачинцев.

Возле стойки находилось не меньше двух десятков мужчин. Идти на примирение противники явно не желали. Особенно бурно жестикулировал высокий лысый мутант с огромным носом и красноватыми злыми глазами. На его кисти не хватало нескольких пальцев, но рассматривать уродство тасконца Олесь не стал.

Стараясь не привлекать к себе внимание, воины проследовали мимо подвыпивших мужчин и присоединились к товарищам. Выдержав небольшую паузу, русич взглянул на маркиза и спросил:

— Как тут дела?

— Беда, — лаконично ответил де Креньян. — Эти парни уже пару раз хватали друг друга за грудки, но, к счастью, до драки дело не дошло. Судя по репликам, мутанты не хотят идти на уступки.

— А на улице? — произнёс Храбров.

— Туда лучше вообще не соваться, — вставил шотландец. — Я еле ноги унёс. Привязались два мерзавца с кривыми рожами и начали мне угрожать. Прикончить их труда не составляло, но зачем обострять ситуацию.

В этот момент помощник Стина заметил двух новых чужаков. Видимо, он получил соответствующие распоряжения от хозяина. Асканиец взял поднос с закусками и направился к столу, за которым сидели путешественники. Излишняя поспешность молодого человека не осталась незамеченной. Прежде чем Олесь взялся за вилку, лысый мутант громко выкрикнул:

— Вот они, хозяева новой жизни! Мы целыми днями горбатимся на полях и лесозаготовках, а что имеем? Жалкий кусок хлеба, солёную рыбу и кружку пива. Скоро сюда придут богатые асканийцы и купят город с потрохами. Посмотрите, как пресмыкается Михелс перед иноземцами. А разве они достойны такого уважения? Конечно, нет! Надо гнать переселенцев отсюда. Побережье принадлежит нам!

Без сомнения ачинец ожидал ответной реакции со стороны воинов. Но тасконец ошибся. Наёмники, как ни в чем не бывало, принялись за еду. Чтобы не злить мутанта путешественники даже не разговаривали между собой. Любой диалог гигант мог принять за обсуждение его слов. Однако ачинец не успокоился. Он неторопливо подошёл к столу чужаков и нагло произнёс:

— Вы что, меня не слышали?

Подняв голову, русич спокойно вымолвил:

— Слышали.

Тасконец невольно подался вперёд. Сейчас незнакомец скажет что-нибудь обидное, и он тут же затеет драку. Парню не терпелось пустить в ход кулаки. За действиями мутанта внимательно следили остальные ачинцы. Но Храбров не собирался вступать в дискуссию с асканийцем. Олесь отрезал ножом тонкий кусок жареного мяса и, подцепив его вилкой, поднёс ко рту. Нервы у мутанта не выдержали.

— Посмотрите, какой культурный, — с издёвкой в голосе воскликнул дебошир, поворачиваясь к товарищам. — А руками ты есть не пробовал?

С презрительной ухмылкой на губах ачинец протянул руку к тарелке землянина. Терпение русича иссякло. Резко отбив кисть тасконца, он сильно ударил противника ладонью в лоб. Подобных действий от чужака гигант явно не ожидал. Мутант не удержался на ногах и, роняя стулья и друзей, повалился на спину. Храбров же с равнодушным видом продолжил трапезу.

Ачинцы удивлённо замерли. Их предводитель лежал на полу, а незнакомец даже с места не сдвинулся. Что предпринять? В глазах местных жителей читалась растерянность. Все изменилось, когда в зале раздался гневный рёв уязвлённого скандалиста.

— Убью! — завопил тасконец, поднимаясь на колени.

Трудно предположить, чем бы закончился конфликт, но в дверях таверны появился наряд полиции. О нем надо сказать особо. Местные служители порядка были одеты в темно-серую форму с жёлтыми нашивками на груди и на рукавах. Фуражки полицейских имели жёсткий, чуть изогнутый козырёк и металлическую кокарду в форме круга, оплетённого ветками широколистного растения.

Наряд состоял из двух мутантов и одного человека. Все асканийцы отличались достаточно крепким телосложением. На поясе одного из них Олесь заметил кобуру. Он являлся старшим и шёл чуть впереди.

Полицейские окинули взглядом помещение и решительно направились к наёмникам. Ачинцы тотчас расступились. Сержант остановился рядом с лысым тасконцем и довольно жёстко проговорил:

— Влокс, ты опять хулиганишь. Оскорбляешь людей, провоцируешь драки… Неужели тебе мало двух месяцев принудительных работ? Если не угомонишься, то снова окажешься на скамье подсудимых.

— Какого дьявола, Алькс, — возмутился дебошир. — Ты же мутант! Пройдёт несколько декад, и тебя выгонят из полиции. Асканийцы займут все главные должности в стране. Мы будем на положении рабов. Ты сейчас защищаешь наших будущих угнетателей.

Пылкая речь скандалиста не смутила служителя порядка. Влокс был прав в одном — сержант действительно являлся мутантом. Массивный лоб, маленькие, прижатые к голове уши, огромный горбатый нос и сдвинутая на сторону челюсть. Через правую щеку ачинца проходил глубокий, красноватый шрам. Судя по вздёрнутому левому плечу и выпуклой грудной клетке, Алькс имел существенные изменения в строении тела. После непродолжительной паузы полицейский громко, чтобы слышали все присутствующие, произнёс: