Кейт, истребительница демонов - Джулия Кеннер

Убедившись, что Стюарт уснул, я закрыла дверь в нашу спальню, тихонько спустилась вниз, прокралась в гостевую комнату и плотно закрыла за собой дверь. Затем я набрала номер, который дал мне Ларсон. Он взял трубку после первого звонка, невероятно меня удивив. В три часа ночи я думала, что мне придется пообщаться с автоответчиком, и не рассчитывала, что мне ответит бодрый и совершенно не сонный голос.

После обычных приветствий я рассказала ему о событиях вечера, стараясь поточнее вспомнить все, что сообщил мне мальчишка-демон.

Было слышно, как Ларсон дышит в трубку.

— Кости, — повторил он. — Ты уверена?

Я была уверена, но быстро теряла эту уверенность.

— Думаю, да. Он говорил очень тихо, но мне кажется, я все правильно услышала. Хотя могла и ошибиться…

Он фыркнул.

— Будем считать, что ты услышала правильно. Пока это лучшая зацепка, которая у нас имеется.

Я наклонилась вперед, упираясь локтями в подушку и прижимая трубку к уху.

— А какие еще у нас имеются зацепки? Отец Корлетти ничего мне не сказал, а наш с вами разговор прервало появление Стюарта и детей, и вы не успели просветить меня на этот счет.

— Два года назад кто-то начертил на алтаре в маленькой церкви в Ларнаке несколько сатанинских символов, самыми заметными из которых были три переплетенные шестерки.

— Понятно. — Я поджала губы, потому что мне не хотелось признаваться в собственном невежестве. Но выбора у меня не было, и я спросила: — Вы не напомните мне, где находится Ларнака?

— На Кипре, Кейт.

— Правильно. Теперь вспомнила. Символы на алтаре?

— Краской из пульверизатора, — сказал он. — Полиция решила, что виноваты хулиганы подростки.

— Но у Ватикана другое мнение?

— Нет. Ватикан согласился с полицией. Но потом такие же знаки начали появляться и в других местах, и вред был нанесен более серьезный.

— В каком смысле? — покачав головой, спросила я.

— Были разгромлены офисы в соборе в Мексике.

— Офисы?!

— Именно, — мрачно подтвердил он. — Алтарь испачкали краской, но офисы разгромили по-настоящему. Были украдены или уничтожены документы.

— Какие документы?

— Пастора и всех остальных убили, — ответил Ларсон, — так что мы не знаем никаких подробностей. Но предположительно обычные регистрационные записи.

Я кивнула, понимая, что он имеет в виду. Демоны — или их слуги люди — известны своим интересом к документации приходов. Им нужны сведения о падших верующих. Для демона нет ничего приятнее, чем подчинить себе душу некогда верующего человека. Что может быть лучше души того, кто совершил ошибку или начал сомневаться в могуществе Господа? Таким образом, всякий раз, когда в церкви случается скандальная история, демоны принимаются отплясывать на улицах города. В метафорическом смысле, конечно.

Я задумалась над его словами.

— Только документы? — спросила я. — Никаких реликвий?

— Нам про это ничего не известно.

— На самом деле?

Очень странно. Как правило, демоны предпочитают активные действия (например, уничтожают реликвии, если у них появляется такая возможность) исследовательской работе (я имею в виду чтение церковных документов).

— Это необычно, — проговорила я.

— Вот именно, — согласился со мной Ларсон. — Есть еще кое-что. Около четырех месяцев назад был уничтожен маленький бенедиктинский монастырь в Тосканских горах. Его разобрали по частям. Но только кельи монахов. Часовню не тронули.

— Боже праведный! — выдохнула я. — А монахи?

— Погибли. Убиты все, кроме одного.

Я тряхнула головой.

— А тот единственный?

— Самоубийство, — ответил Ларсон.

Я поднесла руку к губам.

— Вы серьезно?

— Боюсь, что да. Он выбросился из окна.

Я сглотнула, пытаясь привести мысли в порядок. Самоубийство — смертный грех. Что могло заставить монаха покончить с собой?

— И нам известно, что за всем этим стоит Горамеш?

— Тогда мы ничего такого не знали, — сказал Ларсон. — Вызвали местную полицию, но там сельский район, и расследование шло кое-как. Преступление приписали банде бродячих разбойников и дело закрыли.

— Но это еще не конец?

— Через неделю в больнице Флоренции появилась женщина. Полиция узнала, что она путешествовала пешком по Европе и остановилась в конюшнях монастыря. Она не видела, как произошло нападение, но под утро пошла в часовню помолиться. Именно тогда ее и атаковали. Ей удалось добраться до больницы, но ничего полезного она сообщить не смогла.

— Однако?

Я знала, что было еще кое-что.

— Ватикан узнал о женщине и отправил своих людей в больницу.

Я сжала подушку, уже понимая, что он скажет дальше.

— Она была истребительницей.

— Молодец, — похвалил он меня, словно хорошую ученицу. — К тому времени, когда она появилась, все монахи уже были мертвы. Она помешала демону, который буйствовал в часовне…

— В часовне?!

Демоны могут находиться на священной земле, но они испытывают страшную боль. Это первое, чему учат, когда ты поступаешь на службу в «Форцу»: если демон входит в церковь, открывается его истинная природа, так как он испытывает почти невыносимую боль. Вот почему священная земля помогает выявлять демонов.

— Очевидно, именно благодаря этой женщине часовня осталась в целости и сохранности. По ее словам, демон пребывал в слепой ярости, причиной которой, видимо, была страшная боль. Видимо, он что-то искал. Разумеется, он не ожидал встретить там человека, и уж тем более истребительницу.

— Он напал на нее?

— Да, и они вступили в схватку. Из-за того, что он был ослаблен, она смогла его победить. Должен сказать, что она была очень умна и, прежде чем изгнать демона из тела, заставила рассказать о его миссии. Точнее, о том, кто его послал.

— Горамеш.

— Да. Последние слова демона прозвучали довольно загадочно, но истребительница пришла к выводу, что демон назвал Сан-Диабло в качестве следующей мишени. Истребительница, естественно, предотвратила дальнейшую деятельность демона.

— Молодец, — сказала я и мысленно поздравила девушку, сражающуюся на передней линии фронта. — Ей удалось узнать, что ищет Горамеш?

— Не удалось.

Я прикусила нижнюю губу.

— А между этими местами есть какая-нибудь связь, кроме природы нападений?

— Пока мне ничего не удалось найти, хотя я намерен вечером провести кое-какие изыскания. А что до твоего изучения церковных архивов, посмотри, нет ли здесь реликвий, прибывших из тех районов.