Эта безумная Вселенная - Эрик Фрэнк Рассел

— Должно быть, самой последней, сэр. Они же знают строгий приказ: уничтожать все прежние шифровальные книги.

— Я знаю, что должно быть. Но так ли это на самом деле? Мы их уже спрашивали, однако ответа не получили. Пошлите новый запрос, обычной прямой связью. Я не боюсь, что зенги перехватят вопрос и ответ. У них все равно нет наших шифровальных книг. И потом, они давно знают, что мы пользуемся шифром.

— Я тотчас же отправлю запрос, сэр.

— Да, и как можно скорее. Когда поступит ответ, немедленно несите его мне. А теперь — прочь с моих глаз. Все четверо.

На этот раз сообщение полетело на Мотан без зигзагов и кувырканий.

«Срочно сообщите ваш шифр».

Через два дня пришел ответ. Его сразу же положили Рейл-тону на стол, где он дожидался возвращения генерала с ланча. А генерал шел по коридору, и его мысли были плотно заняты нехваткой вооруженных сил в секторе Сириуса. Эти заботы напрочь вытеснили из его головы страусов и опостылевшую баранину. Рейлтон сел за стол и только теперь увидел листок.

Ответ был предельно лаконичным и состоял всего из двух букв: BF.

Рейлтон привстал, затем рухнул в кресло.

— Эшмор! — разнеслось по коридору. — Пеннингтон! Сондерс! Уиттакер!

«Земля, Главное военно-космическое управление. Отправлено прямой связью общего назначения. Получатель: Мотан.

По получении настоящего сообщения майору Хантеру предписывается сложить с себя полномочия командующего вооруженными силами Мотана и отбыть на Землю. На должность командующего назначается капитан Максвелл, которому присваивается звание майора».

Самодовольно улыбающийся Хантер потянулся к телефону.

— Срочно пришлите ко мне Максвелла.

Максвелл, как обычно, не заставил себя ждать.

— Только что получил предписание. Меня отзывают на Землю, — сообщил ему Хантер.

Максвелл ограничился каким-то междометием. Вид у него был еще более разочарованный, чем обычно.

— Возвращаюсь в Главное военно-космическое управление. Думаю, вам не надо ничего объяснять.

— Я и так понимаю, — с долей зависти ответил Максвелл. — Спокойная работа, никаких треволнений. Более комфортабельные условия, более высокое жалованье и более быстрое продвижение по службе.

— Все так, дорогой Максвелл. Как говорили наши предки, добродетель должна быть вознаграждена.

Хантер не торопился сообщать вторую новость.

— Неужели вы не рады этой перемене?

— Нет, — откровенно ответил Максвелл.

— Почему?

— Я привык к вам. А теперь придется заново привыкать неизвестно к кому.

— Почему же неизвестно? К самому себе.

Хантер извлек приказ и подал Максвеллу.

— С повышением вас, командующий Максвелл! Поздравляю!

— Спасибо, — без всякого энтузиазма ответил Максвелл. — Поздравлять-то особо не с чем. Вся ваша головная боль становится моей. В том числе и сорок три страуса.

В полночь Хантер вступил на борт истребителя D-10, простившись с Максвеллом и Мотаном. Он покидал планету с чувством выполненного долга и с благодарным смирением человека, готового принять подарок судьбы. Правда, до вручения подарка оставались многие недели пути, но Хантер умел ждать.

Корабль взмыл в ночное небо. Вскоре его светящийся след растаял где-то слева от четвертой луны Мотана. В противоположной стороне небосвода, высоко над горизонтом, сияли две отданные зенгам планеты — голубая Корима и зеленоватая Корома. Максвелл еще долго разглядывал светящийся небосвод. Тяготы новой должности уже начинали давить на его плечи.

Две недели подряд Максвелл разбирал переписку своего предшественника, знакомясь с различными сторонами управления планетой. К концу этого срока он не испытывал ничего, кроме усталости и раздражения. Вспомнив, что вопрос со страусами так и не прояснился, он вызвал Тайлера.

— Черт побери, вы когда-нибудь перестанете шмыгать носом? Срочно отправьте это сообщение.

— Каким видом связи, сэр? — спросил Тайлер.

— Обычной не посылайте. Отправьте спецсвязью. Земля пометила эту тему как совершенно секретную. Мы не вправе понижать статус.

— Будет исполнено, сэр.

Еще раз шмыгнув носом, Тайлер прямиком направился на станцию спецсвязи.

«Почему все-таки страусы?»

Вопрос этот не достиг ни Рейлтона, ни его подчиненных. Его судьба была решена на ближайшей к Мотану станции спецсвязи, где недавно появился прибывший с Земли оператор. Ему уже трижды сильно влетало за технические погрешности, и он очень не хотел становиться жертвой в четвертый раз. А именно к этому все и шло. Оператор прочитал сообщение с Мотана, и у него задергались брови.

«Почему всем такие трусы?»

Оператор без колебаний уничтожил принятое сообщение и лично ответил мотанскому шутнику: «Привыкнете — понравятся».

Эти же слова увидел на бланке секретной космограммы и Максвелл. Он дважды перечитал ответ, дважды прошелся по кабинету, но смысл по-прежнему оставался скрытым от него.

«Привыкнете — понравятся».

Прошло еще четыре месяца. Максвелл стоял возле здания космопорта, готовясь встретить очередной корабль. Тридцатый по счету со времени его вступления в должность командующего. Предыдущие двадцать девять не привезли на Мотан ни страусов, ни шилокрюков, ни даже попугая в клетке.

Максвеллу уже было стыдно спрашивать про страусов. Капитаны прилетавших кораблей отвечали таким взглядом, что у него начинало звенеть в голове.

Однако тридцатый корабль прибыл вообще без груза. Максвелл сразу узнал четырехместный корабль-разведчик зенгов. Узнал он и первого зенга, спускавшегося по трапу. Это был Тормин, главный военный чин на Короме.

— Здравствуйте, господин Максвелл. — В желтых глазах зенга сквозило беспокойство. — Мне необходимо срочно видеть вашего командующего.

— Хантера отозвали на Землю. Теперь командующий здесь я. Что-нибудь случилось?

— У нас большие неприятности, — сказал Тормин. — Как вам известно, обычных поселенцев мы размещаем на Кориме. А на Короме у нас есть не только поселенцы, но и большое число каторжников. Преступникам удалось вырваться и захватить оружие. Теперь на Короме идет гражданская война. Нам очень нужна помощь.

— Сожалею, но я не могу вам помочь, — ответил Максвелл. — Нам приказано ни при каких обстоятельствах не вмешиваться во внутренние дела зенгов.

— Да, я это знаю. — Торин возбужденно размахивал длинными костлявыми руками. — Мы не просим ни ваших кораблей, ни вашего оружия. Мы никогда не рискнули бы переложить свою грязную работу на ваши плечи. К тому же положение серьезное, но не катастрофическое. Даже если эти негодяи завоюют планету, им оттуда не сбежать. Мы перегнали все корабли на Кориму.