Обман Инкорпорэйтед - Филип Киндред Дик

– Лучше постели себе на кушетке. Или, если хочешь, я буду спать там.

– Почему ты отказываешься возвращаться к ней? – спросила Гвен, появившись в дверях. – И почему ты приехал от нее так рано?

– Мы поссорились.

Он не смотрел на Гвен, но чувствовал на себе ее взгляд.

– Ничего серьезного. Просто овца родила мертвого ягненка, и Фэй расстроилась. Эти роды были ужасным зрелищем. От трупа к овце тянулась кровавая слизь.

Он начал рассказывать ей о своих переживаниях, Гвен какое-то время слушала его, а затем снова ушла. Через несколько минут он увидел ее с чемоданами в руках. Чувствуя ярость, Нат вскочил с постели и вышел в гостиную.

– Ты даже не пожелала выслушать меня! – возмутился он.

– Мне и так уже достаточно.

– А могла бы послушать! Что тебе стоит? Я прошел через настоящий ад! Хоронил труп животного! Неужели тебе так трудно меня выслушать? Меня там едва не стошнило!

– Мне жаль мертвого ягненка, но у меня свои проблемы, – ответила Гвен. – Я давно уже знаю о ваших случках. Ты оставался у нее по вечерам и даже по ночам. Я ничего не говорила. Я позволяла тебе делать все, что ты хотел. И когда люди приходили и удивлялись, что моего мужа нет дома, я говорила им, что ты работаешь допоздна в Мил-Вэли. Я никому не жаловалась на твою измену.

– Спасибо, но…

– Не представляю себе, что ты будешь делать, когда Чарли вернется из госпиталя. Все выплывет наружу! Думаешь, он не узнает? Кто-нибудь расскажет ему о ваших шашнях. Такое в маленьком городе не удержишь в секрете. Тут все знают обо всех.

– Если ты уедешь, то все поймут причину, – ответил Натан. – Вообще никаких сомнений не будет.

– Ты хочешь, чтобы я осталась здесь и не дала убить тебя, когда он вернется домой?

– Да ничего он не сделает. Чарли больной человек. Он пролежал на больничной койке несколько месяцев и до сих пор не восстановился после сердечного приступа. Он скоро умрет. Ему недолго осталось жить на этом свете.

– Так вы надеетесь, что шока от горькой правды будет достаточно? – со злостью выкрикнула Гвен. – Убьете его и отправитесь прямой дорогой к счастью?

– Я люблю ее, Гвен. Мы с ней планировали заключить законный брак. Это поступок, которым я гордился бы всю жизнь. Возможно, ты не поверишь…

– Нет, почему же? Звучит правдоподобно. Тебя тянет к ней, потому что у нее есть дети. Я знаю, тебе хочется детей. Но ты не забывай, что мы не заводили их из-за твоей учебы. А она разрешит тебе закончить обучение? Конечно, при ее деньгах вы можете позволить себе и то и другое. Ты будешь учиться и одновременно жить в большом доме, с детьми, хозяйством и всем прочим. А я для тебя, как кость поперек горла, верно?

– Мне нужна стабильная семья, – ответил Нат.

– Знаешь, кем ты станешь, когда женишься на ней?

Он не смог удержаться от вопроса:

– Кем?

– Ты будешь подкаблучником, прирученным домашним слугой, наводящим чистоту и порядок в ее доме. Ты будешь присматривать за утками и овцами, корректировать ее бюджет и проверять температуру в комнатах, чтобы сэкономить деньги по счетам за электричество…

– Нет, этого не будет, – перебил он ее. – Между нами все кончено. Я больше не увижу ее. Мы прервали наши отношения.

– Почему?

– Как раз из-за того, о чем ты говорила. Я не хочу превращаться в домашнюю прислугу и мыть за нее тарелки.

Говоря эти слова, он почувствовал стыд за обман. Стыд не перед Гвен, а перед Фэй. Это ей он хранил верность и для нее брал на себя моральные обязательства. Стоя в гостиной и рассказывая жене о размолвке с ней, он понимал, что не желает прерывать сложившиеся отношения. Дороги назад уже не было. Его тянуло к Фэй. Он тосковал. Он хотел вернуться в тот дом и стать его частью. Все остальное было обманом… пустыми словами.

– Я не верю тебе, – ответила Гвен. – Ты слишком бесхребетный, чтобы разорвать ваши отношения. Она связала тебя по рукам и ногам. У Фэй свое видение мира. У нее ум двухлетнего ребенка – она хочет все, что видит, и добивается этого воплями и истерикой.

– Фэй осознает свои недостатки. Вот почему она ездит к доктору Эндрюсу. Она борется с ними и побеждает их!

Гвен засмеялась.

– Откуда такой оптимизм? Такая влюбленность? Тогда почему ты поссорился с ней?

Он не знал, что ответить.

– Я одного не понимаю, – сказала Гвен. – Как ты мог связаться с подобной женщиной? Неужели ты решил провести остаток жизни под ее каблуком? Тебе так нравятся отношения мать-ребенок?

– Я устал слушать эти разговоры!

– Меня не удивляет, что ты устал слушать такие разговоры, – ответила Гвен. – Меня удивляет другое! Как ты еще не устал жить со всем этим!

Выбежав из дома, Нат сел в машину и стал ждать, когда она соберет вещи.