Мы - из Русской Америки! - Сергей Лысак

— Герр Мюллер, Вы согласны, что нельзя пускать это дело на самотек?

— Кто бы спорил, мой каудильо…

Когда Карпов ушел, Леонид призадумался. Новость, что ни говори, весьма неожиданная… В то, что в Бранденбурге появился какой-то гениальный оружейник из аборигенов, он не особо верил. Таких совпадений просто не бывает. Значит, Эрих Келлер все же добрался до цели, и установил деловые контакты с сильными мира сего. И теперь с его помощью курфюрст Бранденбурга сможет не только вышвырнуть шведов из германских земель, как он это уже сделал один раз, но и "уговорить" эти земли перейти под его руку. И процесс объединения разрозненных германских княжеств в одно единое государство может начаться гораздо раньше, чем было в прошлой истории. С одной стороны, вроде бы и неплохо. Единая Германия будет очень сильным противовесом Франции, Англии, Австрии и особенно Швеции с ее непомерными амбициями. А еще — Речи Посполитой, чье чванливое и наглое ясновельможное панское достало уже абсолютно всех соседей. Однако, с другой стороны… Появление такого хищника в самом центре Европы, причем хищника очень голодного, может привести к таким потрясениям, что все предыдущие европейские войны покажутся невинными забавами. И все может повториться, как уже было однажды — появление средневековой Антанты, воюющей против общего врага, позиционный тупик и все такое… Значит, надо ограничить аппетиты курфюрста. Шведов, поляков и австрияков пусть прижимает, а вот дальше пока не суется. Во всяком случае, пока Испания не восстановит свое былое могущество в пределах Европы и северной Африки, а там видно будет. Возникновения одной единственной силы в Европе, диктующей свои правила всем остальным, допускать ни в коем случае нельзя. Пусть в Европе и дальше выясняют, кто из них главный, и поменьше обращают внимание на то, что творится по другую сторону Атлантики. Чем больше европейские джентльмены будут грызть друг другу глотки, тем спокойнее будет жить Русской Америке. Да и России заодно. А пока надо закрепить успех в своем тылу. Как вернется "Колумб", сразу же лететь в Мехико. Ковать железо, пока горячо…

"Колумб" вернулся через пять дней, и сразу же стал объектом пристального внимания сотрудников верфи и аэродромных служб. Граф Байссель лично присутствовал при проведении регламентных работ, поскольку благополучный полет такой дальности сам по себе являлся выдающимся достижением, и ему, как конструктору, было интересно получить информацию из первых рук — от экипажа цеппелина. Здесь же был и Леонид, поскольку его тоже снедало любопытство. Если удастся довести большие цеппелины до ума, то можно всерьез говорить об открытии трансатлантической воздушной линии между Русской Америкой и Европой. То-то шуму в Европе будет…

Самарин первым делом доложил о выполнении задания, особо остановившись на подробностях проведения боевой операции, и разговор плавно перешел на тему о дальнейших перспективах развития воздухоплавания.

— В общем, Леонид Петрович, Вы оказались совершенно правы, когда подняли вопрос о постройке дирижаблей. В настоящий момент у них просто нет конкурентов. То, с чем наши самолетчики сейчас экспериментируют, еще долго из стадии "Фарман" и "Ньюпор" не выйдет. Мощных и легких движков пока нет, выпускают одну мелочь… А те мощные, что делают, только на дирижабли годятся. Уж очень они тяжелые.

— Ничего, не сразу Москва строилась. А пока будем летать на дирижаблях. Как Ваше мнение, Игорь Александрович, можно на них летать?

— Можно и нужно, Леонид Петрович. Весь полет мы тщательно мониторили работу механизмов и состояние корпуса. Особых замечаний не выявили. Так, обычные огрехи, которые неизбежны при появлении новых образцов техники. Раньше мне не с чем было сравнивать, а теперь хочу высказать свое субъективное мнение. В нашей истории очень сильно подгадила катастрофа "Гинденбурга", став хорошим поводом закрыть работы в этой области. Не причиной, а именно поводом. Авиастроительным фирмам совершенно не нужны были такие конкуренты. Если бы не это, то дирижабли никогда бы не ушли со сцены, а работали параллельно с авиацией, каждый в своей сфере применения. Поэтому, надо начинать работы по получению гелия, чтобы не было таких аварий.

— Увы, это было не так-то просто даже в нашем времени… Придется пока обходиться водородом. Сможем?

— Сможем. При строжайшем соблюдении правил сможем. Тем более, "Граф Цеппелин" сколько лет летал, и ничего серьезного с ним не случилось. Многие другие дирижабли тоже. Причем даже в ходе войны.

— А как проявил себя "Колумб" в боевом отношении?

— Как штурмовик — так себе. Больше напугал, чем нанес реальный урон противнику. Все же, дальность стрельбы из этой пушки не очень большая, да и точность далека от снайперской. Пулеметы — то же самое. Разогнать пехоту и кавалерию можно, но против серьезных укреплений они не годятся. Зато, как бомбардировщик, — прекрасно! Бомбометание можно проводить с очень высокой точностью, вплоть до зависания над целью. Пока у аборигенов ПВО не появится.

— И против флота его можно применять, как бомбардировщик?

— И против флота. При той скорости, что имеют современные корабли, принципиальной разницы в бомбометании по наземным и морским целям нет.

— Очень хорошо! А через Атлантику на нем летать можно?

— Можно, если сначала оборудовать аэродромы. Самый первый — в Кадисе. Туда проще всего доставлять все необходимое морем, и с Испанией у нас хорошие отношения. Если делать аэродром в Мадриде, то надо будет доставлять туда топливо, баллоны с газом и прочее на лошадях из Кадиса, что не очень удобно. Можно построить аэродром в Лиссабоне, это тоже морской порт, куда легко доставлять снабжение, и мы для португальцев сейчас очень выгодные торговые партнеры. Также было бы очень желательно оборудовать промежуточные аэродромы на подконтрольных нам территориях в Атлантике — на Азорских и Канарских островах. Ну а дальше — как договоримся с просвещенными европейцами. Разрешат ли они на своей территории аэродромы строить, или нет. Но лучше располагать их в морских портах, чтобы максимально упростить доставку топлива и прочего снабжения, либо аэродром в глубинке должен находиться не очень далеко от морского порта.

— Иными словами, аэропорт "Шарль де Голль" в Париже нескоро появится?

— Нескоро. А "Шереметьево" в Москве — и подавно.

— А вот тут, Игорь Александрович, Вы заблуждаетесь.

— Как?! Мы что — прямо в Москву полетим?!

— Не сразу. Сначала в Архангельск. И не полетим, а свои грузовые суда с колониальным товаром туда отправим. Когда там как следует обоснуемся, можно и аэродром в Архангельске построить, но сначала визит государю московскому нанести, и все выгоды от дружбы с нами ему рассказать и обосновать. Думаю, в Москве сильно кочевряжиться не станут, когда наши товары увидят, и поймут, что с нашей помощью могут решить свои проблемы с не в меру наглыми соседями. И только после этого можно будет испросить позволения у царя на постройку "Шереметьево", или "Домодедово".

— Ну у Вас и планы, Леонид Петрович!!!

— Нормальные планы, Игорь Александрович. Не все же нам на Тринидаде сидеть, настало время выходить на мировой уровень в политике. А без установления прочных связей с Россией и Европой это невозможно. Нужно, чтобы с нашим мнением считались во всех европейских столицах, а не только в Мадриде и Лиссабоне.