Бесконечное море - Рик Янси

Дамбо закивал, как будто соглашаясь, но с места не тронулся. Я положила руки ему на плечи и постаралась поймать его взгляд – глаза у него бегали, как у куклы-неваляшки.

– Иди, Дамбо. Ты меня понял? Давай.

Он дернул головой, как человечек – дозатор конфет, и неуверенной походкой заковылял прочь из номера. Меньше всего ему хотелось дежурить. Но мы все уже давно вышли на этот рубеж, когда надо делать то, чего не хочется.

– Почему ты не выстрелила ему в голову? – прорычал у меня за спиной Бен. – Почему в колено?

– «Поэтическое правосудие», – пробормотала я.

Я присела на кровать возле Эвана. Было видно, как у него под веками бегают зрачки. Он уже был мертв. Я с ним попрощалась. И вот теперь, оказывается, он жив, а я не могу сказать ему: «Привет!»

«Эван, мы всего в четырех милях от „Приюта“. Почему тебя так долго не было?»

– Мы не можем здесь оставаться, – категорично заявил Бен. – Посылать вперед Рингер было неправильно. Я знал, что группу нельзя разделять. Утром уходим.

– И как мы пойдем? – спросила я. – Ты ранен. Эван…

– Дело не в нем, – оборвал меня Бен. – Хотя догадываюсь, что́ для тебя он…

– Пэриш, благодаря ему ты жив и можешь тут ныть.

– Я не ною.

– Нет, ноешь. Ты ноешь, как школьница, которая не выиграла на конкурсе красоты.

Тут Сэмми рассмеялся. Не думаю, что слышала его смех после смерти нашей мамы. Я вздрогнула, это было так неожиданно, все равно что наткнуться на озеро посреди пустыни.

– Кэсси назвала тебя нытиком, – проинформировал Бена Сэм на случай, если тот не понял.

Зомби пропустил его слова мимо ушей.

– Мы сидели в этом отеле и ждали его, а теперь застряли тут из-за него же. Делай что хочешь, Салливан. Утром я ухожу.

– Я тоже! – вставил Сэм.

Бен встал, минуту постоял, облокотившись на спинку кровати, чтобы восстановить дыхание, и пошел к двери. Сэм хвостиком за ним. Я не стала их останавливать. Какой смысл? Бен приоткрыл дверь и тихо предупредил Дамбо, чтобы тот не стрелял, – он выходит, чтобы помочь. А мы с Эваном остались в номере одни.

Я села на кровать, которую освободил Бен. Она была еще теплой. Я взяла мишку Сэмми и усадила его к себе на колени.

– Ты слышишь меня? – спросила я, не мишку, конечно, а Эвана. – Хм, теперь, думаю, мы квиты? Ты прострелил мне колено, я прострелила тебе колено. Ты видел меня голой, я видела твой голый зад. Ты молился за меня, я…

Комната поплыла у меня перед глазами. Я ударила Эвана мишкой в грудь.

– Что это за куртка на тебе? «Пинхедс»[9]– этим все сказано. Прямо в точку. – Я снова стукнула его мишкой. – Пинхед. – Снова стукнула. – Пинхед. – Еще раз. – А теперь ты собрался бросить меня? Да?

Его губы дрогнули, и я услышала:

– Поденка.

Слово прозвучало тихо, как выдох.