Воскрешение Майя - Стив Альтен

— Тут холодно.

— В нексусе теплее. А теперь глубоко вдохни и ныряй.

Иммануэль набрал воздуха и погрузился под воду, опускаясь вдоль лестницы до самого дна. Схватившись за нижнюю перекладину, он закрыл глаза.

Темнота.

Сердце грохочет в ушах.

Легкие горят.

Иммануэль разжал руки и рванулся к поверхности.

— Ты чертово брехло, Джейк! — выдохнул он. — И почему я тебе поверил?

— Я не врал.

— Заткнись! — Иммануэль, дрожа, выбрался из бассейна. — Я иду домой.

Джейкоб схватил его за руку, потом указал на большие цифровые часы.

— Сейчас 2:04, так? Смотри!

И он нырнул с бортика.

Иммануэль смотрел, как брат подплывает к лестнице и цепляется за нее левой рукой. Придурок ненормальный.

Джейкоб успокоился. Закрыл глаза. Позволил темноте затопить свой разум.

Он мысленно опустился по гортани, миновал бронхи и втолкнул сознание в правое легкое. Потом двинулся дальше, по разветвлениям бронхов к бронхиолам, которые заканчивались гроздями альвеол, в каждой из которых был зажат крошечный пузырек воздуха. Джейкоб потянулся к одному из пузырьков, как пчела тянется к цветку за нектаром, короткими вздохами втянул в себя воздух, мысленно направляя его к мозгу, изнывающему от недостатка кислорода.

О'кей, я могу это сделать… я могу это сделать…

Сознание Джейкоба Гэбриэла скользнуло в светящуюся точку, душу окутало невероятное тепло.

А потом он заметил тень…

* * *

Иммануэль посмотрел на часы. Почти три минуты… Низ живота противно тянуло. Ну и что мне делать? Что если он утонет? Он всмотрелся в лицо брата. Увидел меланхоличную улыбку. Черт… да ему, похоже, и вправду удалось.

* * *

За светлой дымкой парила гибкая фигурка. Сознание Джейкоба потянулось к ней.

Привет.

Кто тут? — голос явно принадлежал девочке. И она была напугана.

Не бойся. Меня зовут Джейкоб. Кто ты?

Лилит. Где мы?

В особом месте, которое я называю нексус. Как ты сюда попала?

Бренди научила меня. Сказала, что здесь можно спрятаться.

А почему ты прячешься?

Я… Я не могу сказать. Квентон разозлится.

Кто такой Квентон?

Мой дедушка. Он называет меня язычницей. И говорит, что мою душу нужно очистить.

Лилит, мне пора уходить.

Подожди! Пожалуйста, не уходи. Мне так… одиноко.

Мне нужно идти, но мы с тобой еще поговорим.

Правда? Ты будешь моим другом, Джейкоб?

Конечно, но сейчас мне пора уходить.

* * *

Дисплей часов показывал 2:11.

Иммануэль Гэбриэл был на грани паники. Он уже собрался прыгать в бассейн, когда заметил, что пальцы Джейкоба отпустили нижнюю ступеньку лестницы.

Мальчик всплыл на поверхность и тут же пришел в себя. Его голова поднялась над водой, синие глаза отыскали часы на стене.

— Семь минут. Теперь убедился?

Иммануэль покачал головой.

— У меня не получится. Я не такой, как ты.

— Такой, такой. — Джейкоб выбрался из бассейна и проследил взглядом за пассажирским самолетом в синем безоблачном небе.

БАХ!

Белый свет… президентский самолет… вид кабины изнутри… Эннис Чейни за столом… открытая дверь салона… мужчина в униформе…. Идентификационный значок…. Блеск стали… контрольная панель в крови… самолет… падает… исчезает в оранжевом пламени…

БАХ!

— Джейк? Эй, Джейк, очнись!

Джейкоб открыл глаза. Оказалось, что он лежит на спине у бортика бассейна.

— Что случилось?

— Ты грохнулся в обморок, идиот. Досиделся под водой.

— Нет… дело не в этом. У меня было видение.

— Какое еще видение?

— Авиакатастрофа. Президентский самолет.

— Ну ты урод. — Иммануэль отвернулся и зашагал к дому.

— Мэнни, подожди… — Джейкоб поспешил за братом. — Со мной такого никогда раньше не было… Я впервые вошел в светлую точку! Это она дала мне новые способности!

— Оставь меня в покое!

Термосканер, расположенный над дверью черного хода, опознал темноволосого мальчика и распахнул перед ним пуленепробиваемые створки.

Иммануэль пошел на кухню, Джейк не отставал от него ни на шаг.

— Ты не можешь это игнорировать, Мэнни, ты мой брат-близнец. В свое время это будет происходить и с тобой.

— Заткнись!

— Мы должны быть готовы. Еще несколько лет, и мы уйдем из этого мира, чтобы…

— Я сказал, заткнись! — Иммануэль промчался по коридору в спальню и захлопнул за собой дверь.

— Это наша судьба, Мэнни! — Джейкоб прижался лбом к закрытой двери. — Если ты слишком слаб, чтобы продолжать, я пойду туда вместе с Лилит!

— Джейкоб Гэбриэл! — Доминика схватила сына за руку и оттащила его от двери. — Сколько раз я просила тебя не дразнить Мэнни?!

— Я не дразнил его.

— Иди в свою комнату.

— Нет.

— Что?

— Мне нужно позвонить дяде Эннису. Нужно предупредить его…

— Молодой человек, вернитесь с небес на землю! — Доминика подтащила его к спальне. — Ты останешься здесь до тех пор, пока я не разрешу тебе выйти! — Захлопнув за мальчиком дверь, Доминика поспешила к комнате Иммануила.

— Мэнни? Мэнни, милый, ты в порядке?

Услышав всхлипы, она вошла.

Иммануэль Гэбриэл сидел на полу, вцепившись пальцами в свои спутанные темные волосы.

Белль Глейд, Флорида

— Святой Михаил Архангел, защити нас в битве, сохрани нас от лукавства и сетей дьявола…

Лилит Робинсон открыла свои пронзительно синие глаза. Она уже вышла из нексуса и лежала на своей кроватке голая. Запястья и лодыжки ее были перехвачены пластиковыми шнурами.

Квентон возвышался над ней, в одной руке сжимая крест, в другой — Библию. Белый воротничок священника пропитался потом в результате долгих усилий, направленных на то, чтобы очистить девочку от бесовщины.

— Умоли Бога сокрушить Сатану, дабы он не мог более держать в рабстве людей и вредить Церкви. Представь пред лицо Всевышнего наши молитвы, дабы излилось на нас Его милосердие…