4НЕ - Василий Головачев

– Вы тоже, – посмотрел на его напарника Назар.

– Моё удостоверение в лагере…

Назар кивнул сержанту, тот взял из руки смуглолицего удостоверение, передал капитану. Назар развернул книжечку.

– Дзагоев Мурад Шамхалович, корреспондент газеты «Заря востока», Владикавказ. А говорили – из Красноярска, журналисты «Красноярской правды».

– Мы командированы…

– Пушки на землю! Быстро!

Помедлив, журналисты положили карабины на кочки.

– Камеры!

– Не имеете права! – запротестовал, кусая губы, Дзагоев; по-русски он говорил чисто. – Это наша собственность! Мы будем жаловаться!

– Сержант, обыщи обоих!

Толевич закинул за спину карабин, подошёл к смуглолицему.

– Поднимите руки.

Дзагоев косо посмотрел на спутника, поднял руки, затем вдруг с силой оттолкнул сержанта так, что тот опрокинулся на спину, и, схватив видеокамеру, побежал по камням и кочкам распадка к низине, забирая влево, чтобы обойти тусклое водяное окошко трясины.

– Стой! – крикнул Назар, стреляя вверх. – Стой, дурак! Пропадёшь!

Смуглолицый припустил быстрее, помчался зигзагами, как заяц, перебежал скалистый гребень и исчез за гребёнкой сухих лиственниц. Показалось, что текучая пелена с краю низины чуть колыхнулась. Основная же масса мерцающего воздуха осталась безучастна к побегу, хотя Назар ожидал, что оттуда выбежит зубастый монстр и схватит бегущего человека.

Монстр не появился. Но и Дзагоев исчез, словно провалился в трясину, как Назар ни всматривался в бесшумное колыхание облака.

Опустил бинокль.

– Не хочешь рвануть за ним, журналист? А то давай, я препятствовать не буду.

Бородатый напарник беглеца, вертевший головой, но не тронувшийся с места, ошеломлённо посмотрел на капитана:

– Куда он… пропал?!

– Разве ты не в курсе? Кто вас сюда послал аж из Владикавказа? Прокрался к объекту, записываешь всё на камеру и не знаешь, что снимаешь?

– Нам сказали… здесь испытывают…

– Ну-ну?

– Секретное оружие…

Смущённый своей неловкостью сержант красноречиво покрутил пальцем у виска.

Назар поднял карабин бородача.

– Пошли.

– К-куда?

– Куда надо.

– А Магомед?

– Он уже там, – кивнул на марево в низинке Толевич.

– Где? – не понял журналист.

– Это не секретное оружие, дядя, это неизвестное науке явление, и оно очень опасно. Люди, попавшие туда, не возвращаются.

Бородача передёрнуло.

– Ваш приятель скорее всего погиб, – добавил Назар. – И та же участь ожидала вас. Доберёмся до поста, посмотрим сверху. Если ваш Магомед ещё здесь, мы его увидим.

– Как – сверху? – удивился бородач.

Сержант ткнул пальцем в небо.

– Вся территория зоны просматривается с беспилотников.

– Дайте-ка свой мобильный на всякий случай, – потребовал Назар.

Бородач замешкался, и Назар сам обыскал его, вытащив из карманов куртки и штанов смартфон, портмоне, нож в чехле и удостоверение на имя Дмитрия Козлова.

– Шагай.

Вернулись к посту, где работали эксперты экспедиции и дежурили солдаты оцепления.

Назар подсел к оператору беспилотника, и оба с четверть часа изучали местность в районе исчезновения Дзагоева. Никого не обнаружили, если не считать небольшого изменения рельефа: недалеко от западного края Динло исчез островок сочной зелени, на месте которого образовалась длинная колдобина, начавшая заполняться водой.

– А это кто? – отвлёкся Леонтий от приборной панели комплекса «Очаг», заметив бородача.

– Шпион, – усмехнулся Назар.

– Шутишь?

Назар подозвал старшего наряда охранения, передал ему вещи задержанного:

– Доставьте товарища к командиру. Разберётесь, что он тут делал вместе с приятелем. Оба из Владикавказа. Кто-то выдал им задание заснять испытания «секретного оружия».

Бородача увели.

– Ты серьёзно думаешь, что он шпион? – поинтересовался раскрасневшийся от исследовательского азарта Леонтий.

– Вряд ли, их и в самом деле, наверно, послали найти «жареный» материал, который потянет на сенсацию. Но возможен и другой вариант – оба завербованы. Пусть коллеги разбираются, нам не до того.

– Жаль мужика…

– Больно он прыткий оказался, – вспомнил Назар панику Дзагоева. – Законопослушные граждане не пытаются сбежать, когда им начинают задавать вопросы. Рыльце, наверно, в пушку. Ну, что у вас нового, господа учёные?

– Нам бы телескоп не помешал бы.

– Телескоп? – удивился Назар.

– В бинокли ничего внутри пузыря ЛАЗ не видно, а стократный Максутов^[7] помог бы разглядеть детали конфигурации ядра ЛАЗ.

– Хорошо, я поговорю с полковником. Ты ещё не определился с выводами – что такое эта ЛАЗ?

– Развёртка пакета Калаби-Яу, имеющая такой набор колебательных мод, который формирует пространство в виде купола, то есть то, что мы видим. Так, Мариночка?

Спутница брата обернулась на мгновение, улыбкой подчеркнув своё отношение к сказанному.

– Спасибо за объяснение, – засмеялся Назар. – Я всё понял.

Леонтий осклабился:

– Не сердись, братишка, вопрос обычно характеризует уровень невежества спрашивающего, а ответ – уровень некомпетентности отвечающего. У меня есть идея – что на самом деле представляет собой Динло, но озвучивать её преждевременно. Потерпи.

– Хотя бы намекнул бы.

– Иллюзия.

– Что?!

– Как говорил Джек Лондон: «Материя – величайшая иллюзия. Другими словами, материя проявляет себя в той или иной форме, а форма – это лишь видимость».

– Не знал, что Джек Лондон был философом.

– Да я тоже в общем не философ, но приходится философствовать, особенно когда ничего не смыслишь в проблеме. Одно могу сказать с уверенностью: это не НЛО в обычном понимании этого явления. Аббревиатура ЛАЗ больше соответствует истине, Константин Филатович прав.

– Но он похищает людей…

– Константин Филатович?

– ЛАЗ!

– Высокоэнергетические процессы всегда сопряжены с опасностью для наблюдателей быть деструктурированными. Тут что-то не так, задумайся. Если пришельцы, якобы засевшие внутри невидимого корабля, агрессоры, то почему они так робки и избирательны? Почему одних хватают, других выпускают? Я имею в виду экипаж самолёта. Почему они не идут дальше, не начинают захватывать территорию?