Беглецы. Неземное сияние - Блейк Крауч

– Ди, – прошептал Джек.

– Что?

– Ты должна слушать, чтобы не пропустить их приближение, ладно? А мне нужно отдохнуть.

– Хорошо. – Жена провела рукой по его волосам. – Просто закрой глаза.

Джек повернулся на правый бок и стал прислушиваться к звуку приближающихся шагов, но его сознание постоянно отключалось, и он не мог сосредоточиться. Солнце двигалось над соснами, и по его лицу бежали тени и яркие блики.

Когда Джек в очередной раз пришел в себя, солнце стояло прямо у них над головами, и он услышал, как Ди рассказывает Коулу сказку. Мужчина сел, и у него сразу закружилась голова. Он посмотрел вниз на сосновые иголки и увидел, что некоторые из них слиплись от крови. Ему стало холодно, и он начал слегка дрожать. Через мгновение рядом оказалась супруга и уложила его на землю.

Потом Джек снова открыл глаза и попытался встать, но тут же передумал. Ди сидела рядом с ним, а солнце ушло куда-то в сторону. Сквозь сосны он видел ярко-голубое небо, но день уже начал клониться к вечеру.

– Привет, – сказала миссис Колклу.

– Сколько времени? – поинтересовался ее муж.

– Четверть пятого. Ты проспал весь день.

– Где дети?

– Играют у ручья.

– Никто не появился?

– Никто. Тебе наверняка хочется пить. – Женщина открутила крышку молочной бутылки и поднесла горлышко к его губам.

Холодная вода обожгла горло, и Джек вдруг почувствовал яростную жажду. Закончив пить, он посмотрел на жену:

– Как мои дела, Ди?

Женщина покачала головой.

– Я остановила кровотечение, но ты совсем не так хорош, как хотелось бы, мистер Колклу. – Ди открыла аптечку и достала бутылочку с «Тайленолом». – Открой рот. – Она положила несколько таблеток на язык Джека и помогла ему запить их. – А теперь мне нужно вытащить пулю – до захода солнца.

– Проклятье!

– Джек, ты мог оказаться в гораздо менее приятной компании.

– Чем женушка – доктор медицины?

– Именно.

– Ты терапевт. Когда ты в последний раз держала в руках скальпель? В университете? Не говоря уже о том, что у тебя нет инструментов…

– В самом деле, Джек? Ты хочешь, чтобы я рассказала тебе со всеми кровавыми подробностями, что собираюсь сделать, или ты отвернешься, чтобы не мешать мне делать мою работу?

– Ты можешь вытащить пулю?

Ди сжала руку мужа:

– Могу. Я должна, иначе у тебя начнется заражение и ты умрешь.

Джек лежал на спине, повернув голову к правому плечу и жалея, что не потерял сознание.

– Джек, мне нужно, чтобы ты сохранял максимально возможную неподвижность, – сказала Ди, разрезая его рубашку.

– Используешь мой швейцарский армейский нож? – поинтересовался он.

– Да.

– А ты собираешься его стерилизовать?

– Боюсь, твоя страховка не покрывает стерилизацию.

– Очень смешно. Я серьезно…

– Я уже это сделала.

– Как?

– При помощи спички и йода. Сейчас я протру твое плечо.

Джек почувствовал лед на пылающей ране – Ди принялась смывать кровь и порох вокруг входного отверстия.

– Как оно выглядит? – спросил Джек.

– Как если бы кто-то в тебя выстрелил.

– Ты можешь сказать, как глубоко вошла пуля?

– Пожалуйста, не отвлекай меня.

Что-то шевельнулось внутри его плеча, и он почувствовал боль, но она оказалась не такой сильной, как боялся Джек.

– Дерьмо, – пробормотала Ди.

– Первоклассное обращение с пациентом… Что-то не так?

– Я надеялась, что смогу вытащить пулю без особых усилий. Взять пластиковый пинцет – и дело с концом.

– Отличный план. И что пошло не так?

– Я не могу до нее добраться.

– Проклятье, тебе придется меня резать! – Джек услышал, как щелкнуло открывшееся лезвие ножа. – Это большое лезвие или маленькое?

– Думай о чем-нибудь другом, – посоветовала ему жена.

– Например?

– О том, что мы будем есть на обед.

И Джек стал об этом думать. Примерно в течение четырех секунд. Он представил себе банку с маринованной свеклой, оставшуюся в «Ровере», и ему захотелось заплакать. На него навалилось все вместе – то, что они оказались в лесу, что он испытывает жуткую боль, что им нечего есть и некуда деваться, а день подходит к концу… И тут в его плечо в ореоле обжигающей боли вошел нож.

– О, проклятье!.. – заорал мужчина.

– Не шевелись!

Его супруга и в самом деле собиралась вытащить пулю, и Джек отчаянно сжал правый кулак, сопротивляясь приступу тошноты. Ему хотелось спросить, достала ли она уже пулю, хотелось, чтобы Ди подала какой-то знак, что все это скоро закончится. «Пожалуйста, Господи!» – взмолился он про себя, а потом его глаза закатились, и он погрузился в милосердную темноту.

Когда Джек пришел в себя, жена сидела возле него на корточках, а рядом устроились Наоми и Коул. Ди держала в руке иголку с ниткой и улыбалась. Однако выглядела она совершенно измученной.

– Ты упал в обморок, как большой ребенок, – сообщила она мужу.

– Благодарение Господу! – ответил Джек. – Пожалуйста, скажи, что тебе удалось ее достать!

Наоми показала ему расплющенный кусочек свинца, который вертела между пальцами.

– Я собираюсь заказать цепочку, чтобы ты мог носить ее на шее.

– Должно быть, ты читаешь мои желания, милая, – улыбнулся Джек.

Он застонал, когда Ди сделала еще один стежок и завязала узел.

– Я знаю, что тебе больно, но нужно было закончить, – сказала она. – Ты потерял две или даже три пинты крови, а это уже на грани серьезных последствий.

Ночью Джек часто просыпался, потому что мерз даже внутри спального мешка. Сквозь сосны мужчина видел сияющие звезды, и ему приснился навеянный лихорадкой сон – он умирает от жажды и ползет к ручью, но всякий раз, когда ему удается добраться до воды и поднести пригоршню ко рту, она превращается в пепел, который уносит ветер.

Один раз он проснулся и услышал из темноты голос Наоми:

– Все в порядке, папочка. Тебе просто приснился плохой сон.

Девочка поднесла к его губам бутылку с водой и помогла ему напиться, и пока он засыпал, ее рука лежала на его горячем лбу.