От глупости и смерти - Харлан Эллисон

В любом другом офисе такой вопрос значил бы, что продюсер выуживает домашний номер для собственных, не слишком профессиональных целей. В любом другом –но не здесь. Джорджия ответила без колебаний:

–О, как будет удобнее для вас. Херб очень активно устраивает мне интервью. Но если это возможно, я хотела бы оставить номер своего домашнего телефона. Я пользуюсь службой ответов, которая принимает звонки, если меня нет дома.

–Оставьте номер у Роуз, Джорджия. И спасибо, что заглянули.

Он встал и пожал девушке руку. Она была в восторге. Даже если роль ей не достанется, она знала, что ее кандидатуру рассматривают всерьез, а не просто прикидывают, на какой диван ее опрокинуть. Когда она уже направлялась к двери, Круз добавил:

–Я попрошу Роуз позвонить вам при любом исходе дела. Как только мы окончательно определимся.

Она обернулась, продемонстрировав величественную осанку и свои длинные стройные ноги.

–Спасибо.

–Пока.

Девушка вышла из комнаты, и Круз сел на место. Он перекладывал бумаги с одного конца стола на другой, заставляя Хэнди ждать и молчать. Наконец, когда Хэнди решил, что наказан уже достаточно, он заговорил:

–Артур, ты сошел с ума?

Круз поднял голову. Его оборвали как раз тогда, когда он собирался объяснить Хэнди грубость его появления в кабинете продюсера в ходе интервью. Теперь Круз выжидал, но Хэнди не добавил ни слова. Круз нажал кнопку на телефоне, поднял трубку и сказал:

–Роуз, попроси девушек подождать минут десять. Нам с Фредом нужно кое-что обговорить.– Выслушав ответ секретарши, он повесил трубку и повернулся к Хэнди.

–Окей. Что?

–Господи боже, Артур. Хаскелл Баркин, ради всех святых! Ты издеваешься?

–Ночью я говорил по телефону с Валери Лоун. Она показалась мне очень одинокой. И я подумал, что было бы полезно приставить к ней симпатичного парня, компаньона, спутника, человека, который был бы с ней ласков и внимателен. Я помню этого Баркина по…

Хэнди вскочил на ноги, его шатнуло. Он оттолкнулся от стены.

–Я знаю, где ты раньше видел этого Баркина, Артур. На вечеринке у бассейна Билли Ландевик, три года назад, там ты с ним и познакомился. Я знаю. Он сам мне об этом сказал.

–Ты уже виделся с Баркином?

–Он вытащил меня из постели задолго до того, как я хотел бы встать.

–Нормальные часы работы тебе не повредили бы, Фред. Я был в офисе уже в семь трид…

–Артур, кончай увиливать. Да простит меня Господь за то, что я так говорю с моим продюсером, но мне насрать, в котором часу ты прикатил в свой офис. Баркин, Артур! Ты точно сошел с ума.

–Мне он показался симпатичным типом. Всегда улыбается.

Хэнди наклонился над столом, обращаясь прямо к мозгу Круза.

–Крокодил тоже улыбается, Артур. Хаскелл Баркин мразь. Он скользкий ползучий монстр, который нарезает людей ломтями и жрет. Он Джек-Потрошитель. Он пылесос. Акула. Он ненавидит так же, как мы мочимся в унитаз, это его основная функциякак живого организма. Когда он идет, за ним тянется след слизи. Дети в истерике разбегаются от него, Артур. Он убийца с пляжным загаром. Женщины, грызущие ногти, которые смеха ради размазывают мужчин по стене, даже такие женщины его боятся, Артур. Если бы ты был женщиной, а он поцеловал бы тебя взасос, Артур, тебе пришлось бы делать уколы от бешенства. Он поджаривает свои тосты на человеческих костях. Он объявляет войну каждой женщине, у которой есть промежность. Он ходячая смерть, Артур. И ты хочешь натравить это существо на Валери Лоун, да хранит ее Господь! Он медный купорос, он то, что течет в канализации, он воплощенная мерзость, Артур! Он…

Артур Круз заговорил мягко, явно пораженный тирадой Хэнди:

–Ты высказался, Фред. И я признаю свою ошибку.

Хэнди тяжело опустился в кресло у стола, продолжая бормотать:

–Боже, Хак Баркин. О Боже…

Вконец обессилев, он умолк и поднял голову. Круз, похоже, пришел в себя окончательно.

–Ну и кого ты предложил бы?

Хэнди развел руками:

–Не знаю. Но не Баркина и не кого-то из таких же типчиков. Не хищных самцов. Это все равно, что отвести овечку на бойню.

–Но ей же нужен хоть кто-нибудь.

–В чем здесь твой интерес, Артур?

–Что за вопрос?

–Брось, Артур. Я же вижу. Что-то тебя заводит, когда дело касается Валери.

Круз развернулся на стуле и долго смотрел в окно.

–Ты всего лишь мой наемный работник, Фред.

Хэнди поразмыслил над его словами и решил: кчерту все!

–Если бы я работал на Адольфа Эйхмана, Артур, я все равно спросил бы, куда везут всех этих евреев.

Круз резко повернулся к Хэнди.

–Я все же думаю, что ты всего лишь мой пиарщик. Я ошибаюсь или нет?

Хэнди пожал плечами:

–Я и сам иногда так думаю.

Круз кивнул в знак согласия:

–Тебя устроит, если я скажу, что однажды она оказала мне услугу? Не великую, просто небольшую услугу, о которой, скорее всего, давно забыла, и даже если помнит, то никак не связывает ее с большой голливудской шишкой, которая решила устроить ей торжественное возвращение на экран? Тебя устроит, если я скажу, что желаю ей только добра, Фред? Это тебя успокоит?

Хэнди кивнул:

–Сойдет.

–Так что, поддержим ее в убеждении, что она еще не готова выбраться из мусорника забвения?

Хэнди снова развел руками:

–Не знаю. Прошло уже восемнадцать лет с тех пор, как она снималась… Эй, подожди. Как же его звали?

–Кого?

–О черт, да ты его знаешь,– сказал Хэнди, роясь в закоулках памяти.

–Ну этот, который во время войны удрал от призыва и профукал всю свою карьеру… Ну, Артур, ты же знаешь, о ком я, он вечно играл молодых адвокатов, защищавших малолетних бандитов…

Он щелкал пальцами, пытаясь вызвать в памяти помятые журналы и забытые афиши.

–Позвони Шейле Грэм,– предложил Круз. Хэнди обошел вокруг стола, набрал 9 для выхода на внешнюю линию, после чего по памяти набрал номер Шейлы Грэм.

–Шейла? Фред Хэнди. Да, привет. Слушай, с кем встречалась Валери Лоун?

Он вслушался в голос на другом конце линии.

–Нет, нет, я о том, кто постоянно мелькал в газетах, женатый мужчина, но у них с Валери было серьезно, а сейчас он снимается в эпизодиках, в общем, который…

Она ему сказала.

–Точно! Именно он. Окей, Шейла. Что? Нет, не-а, как только мы все проясним, ты будешь первой. Окей, дорогая. Спасибо. И пока.

Он повесил трубку и повернулся к Крузу: