Любовь по волчьим правилам - Юлия Зеленина

Бравый ерзал на заднем сиденье автомобиля и громко ворчал:

– На меня наседает начальство, требуя скорейшего положительного результата, а я вынужден сидеть по несколько часов в пробках!

Водитель Круглов, чувствуя, что нервы босса сдают, решил разрядить обстановку шуткой:

– Здорово было бы, Руслан Викторович, если бы я мог возить вас на «Феррари»! Да еще и по выделенке. Мы были бы на месте через несколько минут!

– Сколько тебе лет, Круглов?

– Тридцать… три. А что?

– Фантазии у тебя совсем не взрослые.

Водитель насупился. С Бравым он работал совсем недавно, чем был не особо доволен. Новый начальник казался неприветливым и напрочь лишенным чувства юмора человеком.

Руслан Викторович уставился в окно. Он старался расслабиться и не думать о том, что в пути ему предстоит провести не меньше часа. Внимание сотрудника спецслужб привлек субтильный паренек с черным чемоданчиком в руках, он торопливо прошел мимо автомобиля по пешеходной части набережной против движения. Лица не было видно из-за капюшона, но случайный прохожий казался знакомым внимательному служаке.

– Круглов, видишь паренька? Семенит вдоль набережной! Вдруг это наш Ковалев?

– Кто?

– Выйди из машины и крикни «Грифель»!

– Прямо так и крикнуть? Глупо как-то…

– Круглов, делай что сказано!

Водитель обреченно вздохнул, открыл дверь машины, впустив в салон раздраженные звуки пробки – самые нервные автолюбители громко сигналили, что было абсолютно бесполезным занятием.

– Грифель! – рявкнул Круглов.

Парень машинально обернулся.

– Это он! Вперед, Круглов! – выкрикнул Бравый, вылезая из автомобиля и на ходу доставая пистолет.

– А машина? – растерялся Круглов.

– Она никуда не денется из пробки! Мы должны его поймать! Он хиляк – догоним без труда!

Сердце Грифеля колотилось, он бежал со всех ног.

– Ковалев, остановись по-хорошему! Я все равно тебя догоню! – выкрикнул Бравый в спину убегающего «койота», после чего, не сбавляя скорости, обратился к водителю: – Круглов, остановись и прицелься в него.

– Стрелять на поражение?

– Просто зацепи!

Грифель продолжал бежать. Он обернулся, заметив, что в него целятся, резко остановился, швырнул чемодан в реку и быстро перебрался через ограждение, приготовившись к прыжку в воду.

– Грифель, не делай этого! – кричал приближающийся Бравый.

Раздался выстрел. Что-то обожгло бок Грифеля, он вскрикнул и упал в водоем.

Руслан Викторович в считаные секунды домчался до места, откуда нырнул Грифель. К нему подбежал запыхавшийся Круглов, из-за лишнего веса бег давался ему нелегко.

– Я специально перевелся в водилы, чтобы жить спокойно, – произнес он, переводя дыхание.

– Хочешь жить спокойно – иди в охранники в супермаркет! Мы его упустили!

– Этот дурик все равно вынырнет за воздухом!

– Нет, Круглов, он не вынырнет.

– Это еще почему?

– Потому что это – Ихтиандр, мать его! Он может долго находиться под водой, – бесновался Бравый и, заметив недоверчивый взгляд шофера, спокойно предложил вернуться к машине.

Незапланированная поимка преступника сорвалась. Зато врагу нанесен ущерб. Пуля в организме – не разбитый нос. Возможно, подстреленный «койот» обратится к доктору. Рано или поздно он обязательно попадется, и тогда Бравый либо поймает Ковалева, либо собственноручно пристрелит.

Даяна снова билась в конвульсиях, словно в ней бушевал дьявол, не желающий покинуть тело юной девы. Профессор Дрозд и Макс понятия не имели, как провести целительный сеанс экзорцизма и облегчить страдания девушки.

– Где же Андрей с пультом? – Дрозд время от времени оглядывался на дверь.

– Он не придет, – выдохнул Макс, ему удалось услышать последнее послание Грифеля перед падением в реку. – Он прыгнул в воду, чтобы не привести к нам непрошеных гостей.

– А пульт?

– Чемодан в реке.

– Какая нехорошая ситуация… Корпус чемодана из прочного материала, но каково будет воздействие воды? Сколько времени устройство проведет в жидкости? Будем надеяться на лучшее!

Профессор Дрозд поменял очередной компресс, который мгновенно стал горячим. Это все, чем он мог помочь Даяне. Макс растерянно рассматривал темные круги под глазами девушки, уставшей сражаться с болью. Также его беспокоил Грифель, он чувствовал, что случилось нечто непоправимое, и винил себя за случившееся. Макс не был готов к смертям своих близких. Они слишком молоды, черт возьми, чтобы хоронить друг друга!