Искатель - Джек Макдевит

– Никогда так не считала, – возразила я.

– Послушайте, на самом деле я любил быть в компании. И Маргарет тоже, даже больше меня. Но я весь отдавался работе.

– Он был лучшим, – кивнула Маргарет.

Большинство пилотов не задерживаются в разведке: приходят, набираются опыта и уходят. В других местах лучше платят, а возможностей для общения куда больше. Длительные полеты с горсткой спутников – хорошо, если не с одним-двумя, – бывают утомительными. Когда я работала в разведке, мне не терпелось оттуда уйти.

– Вы оба любили кататься на лыжах?

– Я любила, – ответила Маргарет. – Господи, это я уговорила его поехать в Ориноко…

– На лыжный курорт?

– Да. Мы уже бывали там несколько раз. Адам катался мало, но у него неплохо получалось.

– Что, собственно, случилось в Ориноко?

– Землетрясение. То была ирония судьбы. Объявили лавинную опасность и велели никому не показываться на склонах. Плохие погодные условия. Но вместо схода лавины случилось землетрясение.

– И никто не предупредил о нем?

– Нет. Такого там никогда не случалось. Видимо, никто эту возможность не принимал во внимание.

– Сколько лет прошло между вашим уходом из разведки и катастрофой?

– Шесть лет.

– Почему вы ушли?

Они переглянулись. Наступил решающий момент. Если Уэскотты что-то скрывали, они не выкладывали эту информацию в сеть, а следовательно, аватары ничего не знали.

– Мы просто решили, что с нас хватит. Пора было заканчивать и возвращаться домой.

– И вы уволились.

– Да. Мы поселились в Стернбергене, в окрестностях Андиквара.

Алекс какое-то время сидел молча, постукивая пальцами по подлокотнику дивана.

– Но вы снова начали летать вскоре после того, как оставили разведку.

– Да.

– Почему?

Адам, до этого молча наблюдавший за Маргарет, взял слово:

– Мы тосковали по прежним временам. Мы оба любили путешествовать вдвоем. Знаете, этого не понять, пока вы не пролетите мимо одной из тех планет. Мы начали ощущать себя прикованными к земле.

– Похоже, – заметил Алекс, – вы стали ощущать себя прикованными к земле сразу же после переезда в Стернберген.

– Да, – улыбнулась Маргарет. – Много времени не понадобилось.

– Мы поняли, – сказал Адам, – что не можем просто выйти на улицу и сидеть на крыльце. Мы оба любили то, чем зарабатывали на жизнь. И нам не хватало этого.

– Тогда почему вы не вернулись? За ваши путешествия платила бы разведка.

– Да, мы могли так поступить, – кивнул Адам. – Но нам, видимо, просто хотелось самостоятельности. Без согласования проектов, без получения разрешений. Имея деньги, мы могли делать все, что пожелаем. И поэтому осуществили свою мечту.

– К тому же, – добавила Маргарет, – мы хотели показать Делии космос.

– Она была совсем маленькая.

– Верно.

– Слишком маленькая, чтобы понимать все это.

– Нет, – возразил Адам. – Делия была достаточно взрослой, чтобы осознать, как прекрасна вселенная. И как она спокойна.

– Вы могли брать ее с собой, даже если бы летали по заданию разведки.

– Мы и брали ее в экспедиции разведки, – сказала Маргарет. – Два раза. Но нам не хотелось ни от кого зависеть.

Алекс перевел взгляд с мужа на жену:

– Возможно, вы что-то искали?

– Например? – спросила Маргарет.

– Например, Марголию.

Оба рассмеялись.

– Марголия – миф, – сказала она. – Ее не существует.

– Нет, – возразил Алекс. – Это не миф. Она существовала.

В ответ они заявили, что это несерьезно.

– Вы находили что-нибудь необычное, участвуя в экспедициях разведки? – продолжил Алекс.

– Конечно, – просиял Адам. – Например, две сближающиеся звезды в Галисийском облаке. Они столкнутся меньше чем через тысячу лет. И еще кое-что – кажется, во время следующей экспедиции…

– Погодите, – прервал его Алекс. – Я имею в виду артефакты.

– Артефакты?

– Да. Вам никогда не встречались предметы из других эпох?

– Один раз. – Адам помрачнел. – Брошенный челнок. Возле Аркенсфельдта. Челнок с деллакондского корабля. Ему было несколько сотен лет.

– Мы ищем кое-что другое.

Адам пожал плечами.

– С пилотом и пассажиром на борту.

– У вас дома была чашка, которую мы смогли датировать примерно двадцать восьмым веком по земному календарю.

Оба ответили одновременно. Адам ничего не знал ни о какой старинной чашке, Маргарет тоже.

– Мы полагаем, что она стояла у вас в спальне. В стербергенском доме.

– Не помню ничего такого, – сказал Адам.

Маргарет энергично тряхнула головой:

– Будь у нас такая, я бы точно знала.

– Ладно, – вздохнул Алекс. – Похоже, ее не включили в вашу программу.

Я же в очередной раз убедилась: Уэскотты что-то прятали. Они держали эту вещь у себя, в память о своих достижениях, но никому не говорили о ней.

Ближе к концу дня Джейкоб сообщил, что к нам подлетает посетитель.

– Сейчас снижается, – добавил он.

Никаких встреч на сегодня назначено не было.

– Кто это, Джейкоб? – спросила я.

– Господин Болтон. К Алексу.

Я подошла к окну и посмотрела, что делается снаружи. Буря, собиравшаяся весь день, уже начиналась. Падал легкий снежок, но я знала, что все будет намного хуже.

– Посади его, Джейкоб, – велела я. – Алекс сейчас занят.

С серого неба опустилась черно-желтая машина с большими желтыми буквами «ББ» на корпусе. Я нажала кнопку интеркома.

– Босс, здесь Олли Болтон. Идет на посадку.

– Вижу, – откликнулся Алекс. – Сейчас приду.

В офисе материализовалось изображение Болтона на заднем сиденье.

– Привет, Чейз, – весело сказал он. – Рад снова вас видеть.

– Привет, Олли.

– Прошу извинить за неожиданный визит. Просто случайно оказался рядом.

Я уже говорила, что Болтон выглядел весьма солидно: такого человека можно принять за серьезного политического деятеля. Он никогда не забывал ни одного имени и был известен тем, что методично и упорно добивался своих целей. Один его помощник сказал мне так: Болтон из тех, кого хочется иметь рядом, если дела идут неважно. И все же что-то в нем отталкивало меня – наверное, его вера в свою способность видеть нечто, недоступное остальным.