Боги богов - Андрей Рубанов

— Благодарю, — хрипло сказал великий злодей, проглотив. — Удачи, брат.

— Пошел ты… — пробормотал Марат, закинул тяжелую упряжь на плечо и вернулся в главный зал.

Здесь было, как в грязной бане. Душно, сыро, полутемно. Мох, вбитый в щели меж бревнами, ссохся и во многих местах выпал. Правильно конопатить стены умели только старухи, но Марат не мог воспользоваться их советами — это необратимо подорвало бы авторитет Хозяина Огня, Повелителя Воды и Земли. Каждое утро приходилось лично заталкивать мох обратно в дыры.

По стенам бегали мокрицы, пожирающие плесень, и шестиглазые ящерицы, пожирающие мокриц. Дрова в очаге едва тлели. Из-за дождя тяги не было, сладкий дым лишь частично уходил через дыру в потолке; от запаха кружилась голова, глаза слезились. Откинув циновку, Марат вышел в боковой проход, к стойлу, где под горячими струями дождя мокли четверо носорогов, привязанных за ноздри к врытым в землю столбам. Гордость Марата: первый помет, полностью выросший в неволе и практически одомашненный, три самца и самка, все шестимесячные, с рук выкормленные отборными перечными водорослями. Самцы дремали, но более чувствительная и осторожная самка мгновенно почуяла гостя и загудела.

Марат взял стоявшую у стены малую дубину, зашел со стороны головы, чтобы не напугать животное, и задобрил его, сунув в мокрую пасть комок съедобной глины.

Самка была катастрофически строптива. Марат давно уже прекратил попытки объездить своенравную дуру и оставил в хозяйстве только на племя. Ну, и по необходимости: на Золотой Планете матриархат царил не только среди двуногих разумных прямоходящих. Все стайные и стадные животные подчинялись самкам. Самки вели за собой, управляли, насаждали дисциплину, самцы же исполняли вторые роли: защищали и оплодотворяли. Не задобрив самку, не следовало подходить к самцам.

Еще год — и я стану женоненавистником, подумал Марат, осторожно разбудил крайнего носорога, погладил по полосатому, оранжево-черному боку, тоже угостил глиной и стал седлать.

Это был так называемый ложный носорог, вполне мирное травоядное существо весом в две с половиной тонны. Мягкие наросты на лбу и переносице выглядели устрашающе, но лишь изображали боевые рога. Настоящих носорогов Марат видел лишь дважды, они уступали ложным в размерах, но значительно превосходили в агрессивности; аборигены очень их боялись и называли «оро грумо», что значило «бешеная сила». Настоящие носороги жрали всё, что движется, включая самих аборигенов, тогда как ложные были безопасны и лишь имитировали предупреждающий черно-оранжевый окрас собратьев. В сухое время года стада полосатых чудовищ мигрировали на запад, в обширные болота за лесом, а в сезон дождей приходили на равнину и разбредались по ней; во множестве гибли, поедаемые земноводными собаками, но и активно плодились.

Марат скормил животному еще одну порцию глины, привязал малую дубину к запястью, отцепил привязь от столба и вскочил на шею гиганта.

В сущности, всё просто: ложный носорог управлялся тем же способом, что и космический корабль, созданный биоинженерами. Сначала надо плавным усилием сознания напрячь собственное биополе и наладить ментальный контакт. Потом явить любовь. Врать, имитировать нельзя, твари чувствительны к малейшей фальши. Любовь должна быть настоящей. Идти прямо из сердца. Далее — осторожно, путем диалога, происходит навязывание авторитета, и только потом подается команда «начать движение».

Носорог выпустил из верхнего дыхала струю смрадного воздуха и крупно вздрогнул. Марат ударил его малой дубиной в бок, и чешуйчатый монстр нехотя зашагал вперед.

Горячая вода падала с неба тонкими твердыми струями. Если закрыть глаза, можно вообразить, что принимаешь душ в казарме Пилотской академии. Правда, в душевых кабинах жилого корпуса пахло тонизирующими гелями, а здесь, на холмистых равнинах Золотой Планеты, царили ароматы конфетной фабрики: то карамелью потянет, то жженым сахаром, то мятой.

Сначала носорог послушно шел по вершинам холмов, но потом учуял залежь съедобной глины и устремился в низину. Обрушился, подняв огромные фонтаны воды и грязи, едва не утопил наездника; погрузил голову, втянул порцию воздуха через верхнее дыхало и стал питаться. Марат уже пожалел, что взял малую дубину, а не большую — в низинах было до трех метров глубины. Развернуть животное удалось только после десятка сильных ударов по чувствительным краям верхнего дыхала. Обиженно заревев, зверь опять вынес Марата на холм и здесь попытался сбросить, однако упряжь выдержала, и спустя несколько минут черно-оранжевый исполин угомонился.

Он был с норовом, но отходчивый: в точности как частная яхта, угнанная Маратом два года назад и проданная каким-то начинающим бандитам с Эдема; бандиты оказались агентами Транспортной службы безопасности. С поличным брать не стали, следили, пытались вычислить сообщников. Юный угонщик жил в бессмысленно дорогих отелях, ужинал в модных едальнях, мучительно переживал расставание с Юлой, каждую ночь покупал новую женщину — а сыскари осторожно наблюдали.

Дальше — суд, Девятый Марс, Жилец, и вот — финал.

Золотая Планета.

Тепло, жирно. Сладкий воздух, сладкое мясо, сладкие плоды, ягоды и коренья. Маленькие дикари, удивительно похожие на людей. Правда, потеют не как люди, гораздо сильнее, мочевого пузыря у них нет, вся лишняя влага испаряется через кожу. А вот большую нужду справляют точно так же, на радость жукам.

Маленькие невзрачные мужчины. Маленькие красивые женщины. И большая, смертельная опасность, исходящая от четырех маленьких старух, матерей родов.

С разгоном и поворотами проблем не было. Проблемы были с торможением. Основательно разогнавшись, носорог начинал нервничать и нести, и позавчера промчался, вместе с Маратом, почти тридцать километров, пока не устал. Двух других самцов Марат давно наловчился останавливать ударами дубины по глазам и переносице — этот третий был быстрее, но и глупее.

Впрочем, и корабли тоже бывают глупыми. Когда монтаж очередного биома заканчивается, специалисты тщательно тестируют новорожденного. Умному позволяют вырасти до взрослого состояния. Самых сообразительных и резвых забирают военные, прочих — со средним уровнем реакций — продают в транспортные компании. Глупые же так и остаются недоразвитыми, их судьба — быть игрушками для богачей, яхтами, катерами. Угнать такого дурака — дело пяти минут. Особенно если ты рожден пилотом.

Но если ты, рожденный пилотом, стал угонщиком лодок, а впоследствии — Хозяином Огня, объездить нескольких бронированных тварей не составляет особого труда.

Однако надо признать, что именно благодаря носорогам Марат сумел сплотить вокруг себя четыре племени, создать городище, построить дворец и сделаться полновластным правителем равнины. Если соседи племени репейника — два небольших бедных рода — ндубо и тна — покорились без пролития большой крови, то на юге равнины, в землях племени шгоро-шгоро, что значило «дочери великой пыли», Марату пришлось нелегко. В решающей битве участвовали почти триста воинов, для подкрепления сил жевавших листья горной травы, называемой хцт, что в примерном переводе значило «упорство». У них было даже нечто вроде гвардии: отборный отряд из двух десятков рослых мужчин, умевших ловко метать каменные томагавки. Почти всех пришлось тяжело ранить, а нескольких убить. Если бы не носорог, обученный вставать на дыбы, еще неизвестно, сколько патронов пришлось бы израсходовать для победы; и даже после капитуляции противника Марат был вынужден сделать дипломатический ход, взять в жены Ахо, младшую мать рода шгоро-шгоро, умную и невероятно красивую девочку, иначе ее мамаша, полусумасшедшая ветхая старуха, ухитрившаяся дожить до тридцати семи годов, грозилась, что все сыновья и дочери великой пыли запрутся в чувствилище и покончат с собой.