Wing-s-wing - Александр Гогладзе

Она шла от дома к дому, часто слышала звуки по другую сторону, отбивала руки о двери, но безрезультатно.

Дома кончились, насыпь сузилась и превратилась в обычную тропу, которая терялась в зарослях рогоза. Впереди простирались топи и белый занавес тумана. Идти дальше не было никакого смысла, но Иви пошла, потому что утоптанная тропинка не кончалась и казалась вполне себе хоженой.

Однако очень скоро извилистый путь среди болот начал прерываться. Когда надежды встретить хоть кого-нибудь уже не осталось, со стороны болот послышалось детское пение.

Иви замерла, ей не показалось. Тонкий голосок напевал печальный, но в то же время вдохновляющий мотив.

—Эй!— Иви прошла вперёд. Напев затих.

Возможно, для суровых реалий глухих поселений прогулки детей среди болот были обычным делом, но ребёнку могла потребоваться помощь. Да и шанс на встречу с кем-нибудь из знающих местных появился вновь, на крайний случай оставалась неприятная идея силового проникновения в запертые дома. Это было бы в стиле её отца, но точно не в её собственном.

Посёлок скрылся за стеной рогоза. Тропа сузилась настолько, что любой неверный шаг грозил мокрыми ботинками или падением в топи.

Иви остановилась и на миг засомневалась, но тонкий голосок послышался снова и на этот раз громче, затем затих и вокруг стало так тихо, что по спине побежали мурашки.

—Во что ты меня впутал, Том.

Впереди показалась полоса из кочек посреди заболоченного озерца. Водоём выглядел пугающе. Гладкая и мутная поверхность, покрытая дымкой, была достойна самых жутких лавкравтовских фантазий. Иви старалась не задерживать взгляд на стоячих водах, она решительно шагнула вперёд, но вскоре пожалела об этом.

Сердце бешено стучало в груди. Два раза ногой Иви соскальзывала с кочки и окунала голень в холодную воду. Один раз она почти потеряла равновесие и чуть было не упала в озеро.

Иви с трудом осилила опасный отрезок и вздохнула с облегчением, когда ступила на обширную территорию с твёрдой почвой. Здесь среди желтоватой травы синей россыпью росли болотные ягоды. Впереди простирались маревые заросли берёз, но увидеть всю картину не получалось из-за рваных полос тумана.

—Эй! Есть кто-нибудь?! Я слышала твоё пение и мне очень понравилось! Не бойся меня!

Иви была уверена, что голос принадлежал маленькой девочке. И чем дальше она углублялась в топи, тем больше уверяла себя в том, что ребёнок нуждается в помощи. Правда, по какой-то причине девочка не кричала, не звала на подмогу, а напевала свою мелодию.

—Выходи, не бойся!— среди маревых берёз что-то мелькнуло. Иви пригляделась и радостно замахала рукой.— Я здесь!

Между тонкими стволами берёз показалась худая девчушка лет десяти в бежевом, сшитом неумелой швеёй комбинезоне. Чумазое личико робко уставилось на Иви. Девочка побежала ей навстречу.

Иви испугалась, что та может провалиться в топкий участок, но девчушка ловко добежала до неё и кинулась в объятия.

—Есть хочу,— пролепетала девчушка и заплакала.

—Проголодалась? Сейчас я выведу тебя отсюда,— успокаивала Иви и гладила ребёнка по голове.— Как тебя зовут?

—Мила.

—А я — Ви. Как ты здесь очутилась?

—Я сюда с мамой пришла,— девчушка всхлипнула.

—Ты потерялась?

—Нет, мама сказала подождать её, но так и не вернулась. Я ждала, очень долго ждала,— по щекам Милы покатились слёзы.

—Пойдём, я отведу тебя домой. Ты же помнишь, где твой дом?

—Помню.

Самым сложным было перебраться через узкую тропу из кочек, не угробиться самой и перевести девчонку. Однако, Мила внезапно рванула вперёд и ловко, прыгая с кочки на кочку, перескочила через мутное озеро.

—Ви, нужно прыгать, а не идти!— воскликнула Мила.

Иви представила, как нога соскальзывает в болото, и всё тело полностью погружается в мутную воду.

—Ты сможешь, Ви!— мило подбадривала девчушка.

—И кто ещё кого спасает.

Иви доверилась совету Милы и, к своему удивлению, легко преодолела опасный отрезок. Дальше они шли, взявшись за руки, ребёнок сильно переживал, что с мамой что-то случилось. Она крепко сжимала руку Иви и, казалось, совсем не хотела её отпускать.

Завидев дома, Мила повеселела. Когда они добрались до нужной лачуги, девчушка отпустила руку Иви, припрыжку забежала на порог и постучала в дверь. Прошла минута, но никто не открыл.

Иви подошла к двери и постучала сама. В голову закрались страшные сомнения. Если с её матерью что-то случилось, то девчонка останется сиротой.

Однако, спустя секунды дверь открылась, на пороге показалась худощавая женщина с усталым лицом. Она с печалью посмотрела на Милу. Девочка тут же кинулась к матери, и та приняла её в объятия, но на лице женщины не было радости.

—Ты её привела?— резко спросила мать.

—Я.

—Проходи.

В скудном убранстве хаты Иви рассмотрела металлическую посуду, растянутые у одной стены рыболовные снасти и затёртый плакат с изображением Эйфелевой башни.

Лачуга отапливалась дырявой и ржавой буржуйкой. Подобное отопление казалось безрассудным в деревянном доме.

Иви присела на трухлявую чурку возле стола. Мила от усталости позабыла о голоде, легла на лежанку, набитую соломой и почти сразу же заснула. Женщина с опечаленным взглядом укрыла дочь одеяльцем и присела напротив.

—Зачем вы бросили дочь на болотах?— шёпотом спросила Иви.

—Не тебе меня судить,— расстроенно сказала женщина.— Ты чужачка, не знаешь наших обычаев. Откуда пришла, такая сердобольная?

—Издалека. Вам я смотрю, совсем не жалко своих детей.

—Да что ты понимаешь?— глаза матери заблестели от наворачивающихся слёз.— У тебя-то свои дети есть?

—Нет.

—Я же ей жизнь спасти хотела.

—Бросив среди болот?

—Ну, посидела бы она там полтора суток, чай не дурочка, ягоды бы ела, с голоду б не пропала. До морозов ещё далеко не замёрзла бы. А теперь… Ты всё испортила, дура. Думала, спасла Милу? Хуже только сделала,— сдавленным голосом причитала женщина.

—Я не понимаю,— Иви покосилась на спящую крепким сном девчушку.— Объясните, может, я смогу помочь.

—Тихо!— женщина замерла, вытаращила глаза и подняла руку.

—Что такое?— Иви прислушалась и уловила звуки шагов.

Женщина как ошпаренная подскочила с места, кинулась в центр хаты, потянула верёвку с пола, и открыла люк в тёмный подпол.

—Лезь сюда!

—Зачем? Что происходит?

—Лезь, говорю, дура! Нам жизнь погубила, так хоть себе не губи! Им только дети нужны, они знают у кого сколько. Лезь давай, пока Мила здесь, они шариться не будут, тебя не найдут. Ну!