Апокалипсис - Сергей Котов

— Выйти на след? — переспросил я.

— Мы знаем точное местоположение обоих артефактов. Иначе бы не созвали это совещание, — ответил генерал, — мы можем снабдить вас точными координатами и описанием особенностей сооружений, в которых они находятся.

— Роскошно, — кивнул я, — буду очень признателен.

— Признательность тут ни при чем, — усмехнулся генерал, — мы ведь деловые люди, не так ли?

Я ответил на его пристальный взгляд молча, ожидая продолжения.

— Поправьте меня, если я где-то ошибаюсь, — сказал, наконец, генерал, — но эти два артефакта позволят вам собрать полную коллекцию тюрвингов. Означает ли это, что ваша организация… — он сделал паузу, усмехнулся, и продолжил: — то, что от неё осталось. Будет в состоянии завершить конфликт?

Я вздохнул. Положил руки на стол. После чего ответил:

— Мы знаем, что это позволит нам избежать считывания, — осторожно произнёс я, — даст ли это нам преимущество во внутреннем конфликте — я не знаю. Вы ведь обладаете информацией о главной угрозе нашему миру?

— Главная угроза — это люди, — немного резковато ответил Клемент Поликарпович, — и ничто не разубедит меня в этом.

— Я мог бы показать вам пару вещей, которые, вероятно, заставили бы вас поставить это утверждение под сомнение, — ответил я.

— С удовольствием посмотрю. Как только мы одержим победу в этой войне.

— Я сказал «мог бы», — возразил я, — это совсем не означает, что я готов реализовать это. Чего вы хотите, генерал?

Клемент Поликарпович оглядел подчинённых, все это время просидевших без единого движения, как живые статуи. Кажется, они даже не моргали.

— Ближайшая задача — получить преимущество, — ответил генерал, — дальнейшая — выиграть войну. Для этого нам нужно быть уверенными, что вы не решите переселиться, скажем, на другую планету, заполучив то, что вам нужно.

Я хотел ограничиться улыбкой, но не получилось; я рассмеялся.

— Я сказал что-то смешное? — по побелевшему лицу и сжатым скулам было видно, что генерал в бешенстве. Но мне было плевать.

— Да, генерал, — ответил я, — уж извините за прямоту. Просто вы такой серьёзный человек. Большая шишка. При вас подчинённые лишний раз бровью пошевелить боятся, — адмирал при этих словах скосил взгляд и поглядел на меня с интересом, — мне это напомнило старые бандитские фильмы.

— Да кто ты… — видимо, я перешёл грань — генерал сжал кулаки и поднялся со стола, но закончить фразу не успел: сработал сигнал интеркома на столе.

— Товарищ генерал-майор, она прибыла, — доложил адъютант по громкой связи.

Я в недоумении поднял бровь.

Генерал неожиданно успокоился и сел на место.

— Отлично, — ответил он, — проводи её.

Справа от меня распахнулись автоматические двери и в помещение вошла Катя.

— Привет! — она улыбнулась мне и помахала рукой, потом добавила, обращаясь к генералу: — рада познакомиться лично, Клемент Поликарпович.

— Проходите, присаживайтесь, — ответил генерал, — мы как раз обсуждали условия. Признаться, у нас едва не случилось недопонимания…

— Да, я спешила, как могла, — Катя подошла к столу и заняла кресло на противоположной стороне; на мой недоумённый взгляд она ответила улыбкой, и произнесла одними губами — но я, на пару мгновений включил режим, смог прочитать: «Ты бы не согласился. Извини».

— Отлично, — кивнул генерал, — вы официально будете назначены на должность советника и поставлены на довольствие.

— Спасибо!

— Как ты здесь оказалась? — спросил я, нащупав, на всякий случай, рукоятку тюрвинга перемещения в кобуре на поясе.

— Через тоннель, конечно, — Катя пожала плечами, — а в Кривандино меня встретил вертолёт.

— Зря, — сказал я.

— Я рад, что на вашей стороне есть разумные люди, — сказал генерал, — что ж. Учитывая, что мы договорились, я готов передать информацию.

Я посмотрел Кате в глаза. «Извини, — говорил её взгляд, — всё будет хорошо. Так надо».

— Хорошо, — кивнул я, — готов принять.

Клемент Поликарпович глянул на другого генерала и кивнул. Тот сделал какой-то сложный жест — и часть деревянной обшивки стены слева от меня отъехала в сторону, открывая большой экран. На нем появились цифры координат и схематическое изображение бункера, расположенного в северных предместьях Берлина и здания в традиционном стиле где-то на северной окраине Токио.

— Сколько вам нужно времени на изучение? — спросил генерал.

— Это не Киото, а Токио. Практикуете старые привычки? — сказал я и добавил: — Вы ведь знаете, что случилось с вашими людьми?

Генерал посмотрел на Катю. Но на провокацию не отреагировал.

— Я готов повторить их подвиг, если это будет необходимо, — пафосно ответил он.

Я усмехнулся. Значит, они всё ещё не докопались до правды о происхождении Братства. Меня это порадовало.

— Не думаю, генерал, — сказал я, — не думаю, что вы способны на то, что сделали они.

Генерал глянул на меня с лёгким недоумением; по крайней мере, он был достаточно умён, чтобы почувствовать скрытый смысл в моих словах. Что ж. Посмотрим, будет ли он достаточно усерден, чтобы докопаться до правды.

— Я увидел достаточно, — сказал я, после чего вошёл в режим снова и бросил беглый взгляд на экран.

До Токио мне, конечно, не удержаться в режиме — но схема была достаточно простой, чтобы не потерять нужные детали даже в обычном состоянии. А данные по Берлину я «сфотографировал» во всех деталях. Значит, туда и направлюсь в первую очередь. К счастью, шёл на встречу в полной экипировке. Предполагал, что, возможно, придётся отправиться немедленно. Так и получилось.