Ловушка для пиратов, или Ожившая планета - Элизабет Скарборо

— Еще бы, — сказала Яна и зашлась в кашле.

— Где Макки Сендал? — спросила Мармион. — Он был с нами, когда вы нас усыпили.

— Ах да, этот великолепный самец! Насколько мне известно, с ним все в порядке, но ведь вам и так тесно здесь вчетвером, чтобы втискивать ещё одного человека.

— Это и есть причина всего безобразия? — спросила Мармион, теряя самообладание.

— Причина гораздо сложнее, но вам незачем беспокоиться. Вы живы и здоровы, а это главное, разве нет? Кроме майора Мэддок, которая, кажется, подхватила простуду.

Яну сразил новый приступ кашля.

— Это не простуда, — заявила Банни, обнимая Яну за плечи. — Она недавно выздоровела после отравления в Бремпорте, а вы.., вы настоящие отравители, преступники!

— Прощу прощения, — сказала Дина О'Нил. — Мой шеф предлагал подрезать вам лазером ноги, но я решила, что газ более удобен для получения и транспортировки груза.., вернее, гостей. Приношу свои извинения.

Она щелкнула пальцами охраннику, который в одной руке держал поднос, а во второй — четырехлитровую бутылку.

— Это ваш обед. Очень питательно, заверяю вас.

Именно то, что прописал доктор. Приятного аппетита!

Охранник поставил поднос на пол и отступил.

— У меня собаку зовут Дина, — мечтательно сказал Диего, ни к кому не обращаясь. — Чудесная сука!

— Грубостью ты ничего не добьешься, сопляк! — Нагломордая едва сдерживалась. Дверь щелкнула, закрываясь.

Мармион подняла поднос и принялась разглядывать бутылки.

— Питательные плитки и витаминные кубики.

— И к чему был этот треп об аллергии и вегетарианцах? — удивился Диего.

— Возьми, Яна, — сказала Мармион, протягивая ей бутылку с водой. — Промочи горло.

Яна благодарно набрала полный рот воды и пропустила в пересохшее горло.

— Что ты делаешь? — спросила она Банику, которая громко сопела носом, принюхиваясь к каждому углу их камеры.

— Где бы мы ни были, мы ещё на станции, — сообщила Банни.

— С чего ты это взяла? — скептически спросила Мармион.

— Воздух, — ответила Банни и усмехнулась. — Из меня вышел бы хороший нюхач. Здесь такой же воздух, как и на Гале-Три. Ваш корабль пах по-другому. Но это… — она снова потянула носом воздух, — то же самое, что и на станции.

— Знаешь, возможно, она права, — согласилась Мармион.

— Искренне надеюсь, что права, — ответила Яна, легонько дотронувшись до груди.

Мармион правильно поняла её жест.

— Интересно… Ты наверняка права, Банни.

— Как вы думаете, не находится ли Макки где-то поблизости? — спросил Диего.

— Ты имеешь в виду, что он мог присоединиться к нашей славной Дине? — уточнила Мармион. — Нет, Диего. Макки — Ротшильд, а не пират.

— Так нас похитили пираты? — В голосе Банни звучали удивление, страх и восторг. Потом её лицо исказилось в гримаске отвращения. — Воды! Эти кубики надо было глотать, а я разжевала. Фу-у!

Запивая сухие плитки и витаминные кубики, заключенные пообедали и начали устраиваться в камере поудобней. Они по двое расселись у стен друг против друга, касаясь пятками ног товарища.

— И что теперь? — спросила Банни бодрым голосом, который дрожал едва-едва.

Яна снова дотронулась до груди, где раньше висел охранный прибор. Наверняка скоро их обнаружат, если, конечно, они ещё на станции, как сообщила Банни. И где же то недреманное око, о котором говорила Мармион, что должно следить за каждым их шагом?

Она снова раскашлялась. Банни бросилась за бутылкой, но Яна не могла сдержать кашель, чтобы набрать хотя бы глоток воды.

— Дина! Дина О'Нил! — закричала Баника, срываясь с места и бросаясь к выходной двери. Она забарабанила по ней маленькими кулачками. — Майору нужен доктор! Она кашляет кровью! Да ответьте же, черт возьми!

Дверь распахнулась так резко, что девушка потеряла равновесие. Но тут же отшатнулась, увидев злые лица вошедших — двоих охранников, которые приносили «еду».

— Покажите кровь, — потребовал один из них. Яна хрипела и кашляла так надрывно и жалко, что упала на колени, пытаясь унять спазмы, скручивающие её желудок. Она надеялась, что кашель не приведет к выкидышу. Женщина обхватила руками живот, изо всех сил стараясь унять как кашель, так и нарастающее раздражение.

— Видите! Видите! — вопила взбешенная Банни. — Приведите доктора! Она же умрет здесь! Дверь захлопнулась.

— С ней все будет в порядке? — встревоженно спросил Диего. — Она не потеряет ребенка?

Яна покачала головой, успокаивая не только его, но и себя. И тут же завалилась на бок от нового приступа кашля, который разрывал легкие и выворачивал желудок.

— Нужно же что-то делать! — кричала Банни, барабаня по входной двери. Она успела дважды выбить дробь, как дверь распахнулась и в комнату заглянул мужчина с тонким аристократическим лицом, обрамленным седой гривой и коротенькой бородкой. Оттолкнув его, в камеру ворвалась Дина О'Нил.

— Что тут? Что случилось? Где кровь?

— Она все кашляет и кашляет от вашего газа, — яростно сказала Банни. — Сделайте что-нибудь!

— Это доктор Неймид Менделайн, — начала Дина.

— Я доктор астрономии, а не медицины, мисс О'Нил! — поправил её мужчина. — Но в вашем лазарете наверняка есть средства от кашля. Даже пираты, бывает, схватывают простуду…

— Не пираты, а предприниматели, — перебила его Дина. И обернулась к двери. — Принесите аптечку.

— Но она для экстремальных ситуаций…

— Несите!

— Кашлевой рефлекс останавливает кодеин, — вставил Диего. — Он есть почти во всех аптечках первой помощи. Действует без побочных эффектов.

— Если бы отправить её на Сурс, там Клодах дала бы ей свой сироп, — вздохнула Банни.

— Это да, — улыбнулась предпринимательница О'Нил. — Мы обязательно туда заглянем, когда закончим некоторые дела.

— Преступления, вы хотели сказать, — презрительно заметила Мармион.

Дина О'Нил лукаво взглянула на нее, словно Мармион выдала что-то веселое и остроумное.

— Но сперва действительно нужно остановить кашель, или она не захочет заключать с нами никакие соглашения.

Яна отрицательно замотала головой, показывая, что, невзирая на кашель, она ничего не собирается с ними заключать. Тут вернулся охранник с аптечкой, притом довольно большой. Дина отступила и передала коробку доктору Менделайну.

— Пожалуйста! — взмолилась Банни, поддерживая слабеющую на глазах Яну. — Найдите там что-нибудь для нее.

— Я, собственно, астроном, а не доктор…