Обман Инкорпорэйтед - Филип Киндред Дик

– А ну, вон! – крикнул он. – Убирайтесь отсюда!

Он сделал пару шагов в их направлении. Бонни даже не шевельнулась. Но Элси взвизгнула и убежала.

Встав на колени, Чарли схватил Фэй за ворот рубашки и усадил ее на пол. Рядом валялись осколки керамической пепельницы, которую она разбила. Придерживая жену правой рукой, он начал собирать острые куски и складывать их на стол. Фэй вяло уткнулась головой в бок мужа.

Ее глаза открылись, губы безвольно раздвинулись. Она тупо смотрела в пол и морщила лоб, словно осмысливала происходящее. Затем Фэй расстегнула две пуговицы на рубашке, просунула ладонь внутрь и ощупала грудь. Она была слишком ошеломлена, чтобы говорить.

Чарли попытался объяснить ей свой поступок:

– Ты знаешь, что я чувствовал, когда покупал эту чертову дрянь? Почему ты сама не можешь позаботиться о себе? Почему я должен привозить тебе все эти бабские тампоны?

Она медленно приподняла голову и посмотрела на него. В ее глазах клубилась та же непонятная тьма, что и в глазах девочек. Все они отвечали ему отчуждением этим непрерывным бегством за грань, которую он не мог ни понять, ни проследить. Они трое вместе… а он отдельно от них, способный лишь смотреть и оценивать внешние проявления. Куда они уходили? Он не понимал. Куда-то от общей семьи и дружеских советов. Их глаза сияли безмолвным обвинением, они ничего не говорили, но он видел этот блеск. Даже стены дома излучали неприязнь к нему.

Фэй поднялась на ноги и с трудом прошла мимо него. Ей пришлось опереться на Чарли, и ее пальцы в толчке опрокинули его на спину. В любом движении она превосходила его. Фэй сбила его с ног. Отпихнула в сторону, чтобы встать и уйти. Мелькнули руки, каблуки… Она переступила через него и направилась к выходу, цокая подковками по плитам пола. Каждое прикосновение давало ей твердую опору. Такие, как Фэй, не падали никогда. Однако в дверях ей стало дурно. Она пошатнулась, ухватилась за ручку и какое-то время не могла идти дальше.

Он вскочил и побежал за ней.

– Куда ты уходишь?

Ответа не предполагалось. Он и не ждал его.

– Признайся, ты же знала, насколько я буду смущен. Могу поспорить, что ты заранее вычислила мои действия… Что я зайду в «Западный бар» и выпью пару стаканов. Но мне удалось удивить тебя, верно?

Она открыла дверь и пошла по аллее, покрытой кипарисовой хвоей. Он видел только ее спину и волосы, плечи, ноги и каблуки. «Демонстрирует мне свое презрение, – со злостью подумал Чарли». Она шла к машине, к ее «Бьюику», припаркованному в гараже. Чарли остановился в дверном проеме, наблюдая за ее удалявшейся фигурой. Боже, как быстро она двигалась… Чуть позже длинный серый «Бьюик» выкатился на дорожку. Слепящий свет фар. Через открытые ворота и дальше к трассе. «Куда? В дом шерифа? Она сама довела меня до этого, – подумал он. – И я поддался. Избиение жены…»

«Бьюик» исчез из виду, оставив облачко дыма. Он все еще слышал шум мотора и представлял себе, как машина едет по узкой дороге, поворачивая то налево, то направо. Никаких ошибок. Фэй прекрасно знала дорогу и не съехала бы с нее даже в сильный туман. «Она здорово водит машину, – подумал Чарли. – Я снимаю шляпу перед ней. Она либо вернется с шерифом Чишолмом, либо уедет навсегда». Внезапно он вздрогнул от неожиданности. «Бьюик» снова появился в поле зрения, свернул на дорожку и промчался мимо створа ворот. О господи! Машина развернулась и остановилась в метре от него. Хлопнув дверью, Фэй направилась к нему.

– Ты вернулась? – с фальшивой бесстрастностью спросил он.

– Я не хочу оставлять детей наедине с тобой, – ответила она.

– Черт! – проворчал ошеломленный Чарли.

– Похоже, мне придется забрать их с собой. Ты не против?

Ее слова сыпались как горох.

– Решай сама, – с трудом ответил он. – Ты надолго уедешь? Когда? Сейчас?

– Не знаю.

– Может быть, обсудим это дело? Сядем и подумаем? Заходи, не бойся.

Фэй прошла мимо него и, не оборачиваясь, сказала:

– Ты не возражаешь, если я успокою детей?

Ее фигура исчезла за кухонным шкафом. Чарли услышал, как жена звала девочек, которые прятались где-то в задней части дома. Он пошел за ней следом.

– Ты можешь больше не бояться. Я тебя не трону.

– Что? – спросила она, выглянув из ванной комнаты, которая предназначалась для девочек.

– Просто я вышел из себя, – преградив ей проход, признался Чарли.

– Ты не видел их? – спросила Фэй. Они не выходили во двор?

– Я не знаю. Но если даже и вышли…

– Может, дашь мне пройти?

Ее голос дрожал от напряжения. Она по-прежнему держала ладонь под рубашкой и прижимала ее к груди.

– Кажется, ты сломал мне ребро, – со стоном сказала Фэй. – Я едва могу дышать.

Тем не менее она держалась уверенно и спокойно.

Полный контроль над собой. Чарли видел, что она не боялась его, хотя и была настороже. Абсолютная бдительность и быстрота реакции. Но десять минут назад она не смогла увернуться от его ударов. Он отправил ее в полет, и никакая бдительность не помогла. «Нет, – подумал он, – Фэй не такая уж крутая. Будь она действительно в прекрасной форме, и если бы от ее утренних упражнений была реальная польза, ей бы удалось блокировать удары. Да, она неплохо играет в теннис, гольф и пинг-понг. Тут Фэй вне конкуренции. И фигура у нее лучше, чем у любой другой женщины в округе… Могу поспорить, что у нее самое красивое телосложение во всем Марин-Каунти».

Пока Фэй искала и успокаивала детей, он бродил по дому в поисках какой-нибудь работы. Чарли вынес из кухни картонный ящик с отходами и отправил его в мусоросжигательную печь. Затем он пошел в мастерскую и завинтил все медные шурупы на ремешке ее кожаной сумочки. Они время от времени раскручивались, и Фэй складывала их в маленький кармашек. «Что бы еще сделать», – с тоской подумал он. Радио в гостиной перестало транслировать классическую музыку и перешло на легкий джаз. Чарли решил найти другую станцию. Настраивая приемник, он вдруг вспомнил об ужине и отправился на кухню посмотреть, что там имеется. Судя по всему, он отвлек Фэй от приготовления салата. На боковом столике стояла полуоткрытая банка с анчоусами. Рядом лежали латук, помидоры и зеленый перец. На электрической плите, встроенной в стенку по личному заказу Фэй, в кастрюле кипела вода. Он перевел рукоятку с «высокого» накала на «низкий», затем взял нож и начал счищать кожуру с авокадо… Фэй плохо удавалась такая работа. Она была слишком нетерпеливой. Обычно Чарли брал очистку кожуры на себя.