Level Up. РЕСТАРТ - Данияр Сугралинов

В ожидании вызываю Марту, переключившись на мысленные команды:

– Привет, Марта!

– Приветствую, Фил! – ее голос звучит только в моей голове, но ощущение, что я это слышу. – Сразу хочу заметить, что вам необходимо принять лежачее положение и провести в состоянии покоя не менее…

– Не могу, – перебиваю ее. – Слушай, ты можешь визуализироваться? Я как будто с голосами в голове говорю, пахнет безумием.

– Да, это возможно. Какой образ вы хотите лицезреть?

– Выведи все возможные варианты.

– Определите предпочитаемые критерии.

– Молодая женщина 18–35 лет, брюнетка… М-мм… Вывод.

Поле интерфейса тут же забивается пестрой бессмысленной картинкой.

– Марта?

– Я могу принять образ любой из биологически активных особей планеты. Выведены все возможные варианты согласно вашим критериям: четыреста восемьдесят два миллиона триста пятьдесят две тысячи девятьсот сорок одна особь.

Почти полмиллиарда пикселей. Выбирай – не хочу!

– Марта, мне жизни не хватит, чтобы всех отсмотреть. Помогай.

– Я могу смоделировать образ, который с вероятностью девяносто семь процентов будет соответствовать вашему текущему идеалу женской красоты.

– В мозгах у меня поковырялась и выпендриваешься. Моделируй!

От неожиданности я чуть не вскрикиваю. Ну, почти… Короткое русское междометие «Б…!» отлично отражает все, что я успел подумать в долю секунды.

– Панфилов, спокойнее себя веди, – ворчит капитан Кравец.

Как же, спокойнее. В трех шагах от меня абсолютно реальная, невероятно красивая девушка лет двадцати трех, ростом под сто восемьдесят, с роскошными длинными темными волосами. На ней рваные джинсовые шорты, кеды и обтягивающая (а там есть что обтягивать!) белая майка в контраст с загорелой кожей. Лицо чистое, нет даже намека на косметику. Она жует жвачку и улыбается. Улыбка ослепительная и искренняя, в глазах бегают чертенята. Она подмигивает:

– Привет, Фил! Ну, как ты?

Я вскакиваю со стула, не могу сидеть в присутствии женщины.

– Марта?

– Вот это дедукция! Растешь, Фил!

Что? Она меня подначивает? И голос другой, очень приятный и задорный, не спорю, но…

– Какая Марта, Панфилов, сядь уже, угомонись! – рычит Кравец.

Марта прикладывает палец к губам:

– Тсс!..

– Понял, – отвечаю мысленно. – А ты… Ты совсем другая!

– Прости, Фил. Я изучила твои вкусы, и оказалось, что для тебя важна не только внешность. Чтобы обеспечить тебе максимальный комфорт в общении со мной, мне пришлось смоделировать характер, голос и поведенческие шаблоны, основываясь на твоих мечтах, любимых образах в книгах, видеоиграх и кино, вычленить наиболее частые объекты самоудовлетворения…

– Что? – я снова не сдерживаюсь и кричу вслух.

– Так, Панфилов, ты мешаешь работать! – Кравец привстал. – Выйди пока на улицу, подыши воздухом!

– Фап-фап, – одними губами дразнит Марта.

Не спорю с представителем власти и выхожу на крыльцо отделения. Марта берет меня под руку и выходит со мной! Я чувствую ее прикосновение, запах – запах свежести и моря, какой-то знакомый парфюм, но какой? Пытаюсь вспомнить.

Полное ощущение присутствия, сплошное 3D и Dolby Atmos!

На улице вытаскиваю смартфон, включаю камеру и навожу на нас с Мартой. На экране я один.

– Фил, я у тебя в голове, угомонись, как говорит капитан Кравец.

– Но… Как?

– Так же, как ты видишь перед собой интерфейс и все ему сопутствующее! – клянусь, в ее голосе есть интонации. – Ты помнишь, как называется платформа?

– Платформа дополненной реальности?

– Ну конечно, Фил! Ключевые слова – «дополненной реальности».

– И ты теперь всегда будешь рядом?

– Фил, ничего не изменилось, ты хотел визуализировать помощника, ты его визуализировал. Ты можешь скрывать и вызывать меня так же, как и раньше.

Визуализировал на все сто. Я-то рассчитывал на говорящую аватарку в пределах плоскости поля интерфейса, что-то типа скрепки из «Офиса», максимум на движущуюся голову где-то в уголке поля зрения, может даже в 3D. Но это… в голове пока не укладывается. Она действительно невероятно красива! И не только внешне, мне нравятся ее нахальство, ирония, естественность поведения и характер девчонки с соседнего двора. Черт, надо будет попросить ее сменить образ на менее провоцирующий. Иначе, боюсь, мне уже никогда не понравится ни Яна, ни любая другая женщина.

К отделению подъезжает патруль. Мысленно прошу Марту исчезнуть. Лопнув надутый пузырь, она исчезает, слизывая с губ налипшую жевательную резинку.

Патрульный подзывает меня и открывает заднюю дверь УАЗа.

– Твой? – закуривая, спрашивает он. – Жаль, довели пса. К ветеринару его надо.

В кабине лежит Ричард. Он тяжело дышит, высунув язык. Лишь бы не подвел.

– Ричард! – Я искренне радуюсь, что пса нашли. – Иди ко мне!

Он встает и, виляя хвостом, недоверчиво обнюхивает мою руку. Другой рукой я глажу его по холке, треплю за ухом, говорю ему, какой он хороший, что он молодец, нашелся, и теперь все будет хорошо.

– Ладно, все, забирай своего пса, нам ехать надо.

– А цыгане?

– А слились твои цыгане! Мы приехали, все обыскали – нет их нигде, а пес под забором лежал, приметы совпали. Так что скажи «спасибо»…

– Спасибо большое!

– «Спасибо» на хлеб не намажешь… – намекает патрульный.

Достаю и открываю бумажник перед ним.

– Видишь? На мели я.

– Жаль, – вздыхает он. – А может, хоть сигареты есть?

– Не курю, – отвечаю и собираюсь уйти.

– Стой! Там это… – Он сплевывает. – Капитан просил зайти.

Заходим с собакой в отделение. Кравец прямо говорит, что лучше забрать заявление.

– Собаку нашли? Нашли. А цыган тех теперь и не найдешь нигде, а у нас показатели, ты пойми.

Я его понимаю. Или ромалэ уже все развели на месте с патрульными, заплатив «штраф», или на самом деле скрылись, и искать их бесполезно. В обоих случаях мое дело повиснет в их статистике мертвым грузом. Открываю карту – да вот же они, на рынке. Значит, отмазались.

– Да не вопрос, капитан, – соглашаюсь и покидаю отделение.

Ричи плетется рядом, еле перебирая лапами.

В небольшом скверике, расположившись под развесистым кленом, скармливаю псу булочку и пою его из пластикового стаканчика, который купил в ларьке по дороге. Он жадно лакает, расплескивая воду и задевая шершавым языком мои пальцы.