Потрошитель - Дэвид Линн Гоулмон

– Это не оправдание. Найди номер хранилища и направь туда наших архивистов.

– «Европа» уже нашла это хранилище. Оно в Арлингтоне, в старом комплексе. Насколько я понимаю, президент Франклин Рузвельт приказал плотно закрыть это хранилище и его оставить там, когда отдел перенес свою деятельность в Неваду.

– Ценная информация, доктор Голдинг, но какое она имеет отношение к тому, что происходит сейчас? – спросил Менденхолл, досадуя на медлительность происходящего.

– Может быть, никакого, но, может быть, и очень значительное, – ответил Пит, постукивая пальцем по экрану. – Официальной целью вторжения в Мексику Восьмого кавалерийского полка было взять в плен или убить мексиканского бандита Панчо Вилью. Теперь, согласно истории и военным донесениям, выясняется, что Вильи во время вторжения не было вблизи приграничного города Нуэво-Ларедо, однако полк провел два дня в Ларедо и возле поместья с названием «Врата погибели». Три постройки были сожжены дотла, несколько человек были убиты американскими военными. Газеты в Мехико подняли из-за этого большую шумиху. До сих пор мы не нашли объяснения налета Першинга на имение и причастности к этому налету группы «Событие». Но если сможем проникнуть в хранилище номер ноль-ноль одиннадцать в старом комплексе, то, возможно, найдем путь и в поместье.

– Может быть, она представляла собой убежище Панчо Вильи, – сказал Эверетт.

– Этого не могло быть. И вот что самое интересное. Этой самой землей еще два года назад владел не кто иной, как Рамон Карбахаль, очень близкий друг и союзник Вильи. Из документов следует, что Панчо Вилья никогда не бывал там и приказал своим людям ни в коем случае не соваться в эту часть Мексики! Эти показания дали бывшие члены его революционного совета. И вот что еще более странно… Земля и поместье не принадлежали мексиканцу; они были проданы американскому гражданину, профессору Лоренсу Амброзу. Мы сейчас собираем о нем сведения. Однако я отвлекся. Этот профессор Амброз и является причиной того, что у нас есть поэтажный план, подробный чертеж, сделанный капитаном инженерного корпуса во время вторжения Першинга. Судя по координатной сетке на этом чертеже, действовали они очень систематично, словно искали что-то. Вот почему «Европа» может сделать догадку о местонахождении заложников.

– Замечательно, Пит, – сказал Эверетт. – Можем мы получить распечатку этих чертежей?

– У ФБР есть доступ к ним? – спросил Джек.

– Нет, я еще не отправлял наших сведений через президента.

– И не отправляй. Пусть они пока остаются внутренними, – сказал Коллинз и взглянул на Найлза, тот нехотя кивнул.

– Согласен, Джек, – пока что. Однако нам требуется ждать решения президента, когда переходить границу.

– Каково состояние мистера Райана? – спросил Джек, стыдясь того, что подумал о своем лейтенанте лишь во вторую очередь.

– Американский консул в Нуэво-Ларедо приехал к нему до того, как его отвезли в операционную. Потом его охраняла группа оперативников ФБР, и сейчас его транспортируют в Лас-Вегас. Состояние его серьезное, но врачи говорят, что он выкарабкается. Показаний он пока не давал.

– Полковник, зачем его транспортировать сюда? Раз ему нужна операция, почему мы не оставили его на месте, не предоставили хирургам возможность оперировать его там? – спросил Менденхолл, беспокоившийся о своем близком друге.

– Как думаешь, что сделает этот Гусман, узнав, что мы оставили свидетеля убийства двух мексиканцев и похищения двух американок?

Не сказав больше ни слова, Коллинз повернулся, вышел из компьютерного центра и пошел в тактический отдел, где он мог обдумать все сведения, предоставленные Питом.

Уилл кивнул и последовал за полковником.

Карл Эверетт чуть помедлил, потом взглянул на директора отдела.

– Найлз, ты знаешь, что Джек отправится туда и без распоряжения президента.

– Знаю, только нужно дать ему время все хорошо спланировать, – объяснил Комптон и взял у Пита распечатку плана. – Изучите и найдите путь туда. Мне нужно точно выяснить, почему наша группа была там почти сто лет до того, как мы узнали о «Вратах погибели», и почему эта операция не была зарегистрирована в наших архивах. Найдите и вызволите Сару!

Эверетт с улыбкой взял поэтажный план.

– В этом, мистер директор, можете не сомневаться.

Нуэво-Ларедо.

10 миль южнее границы

Новенький вертолет «Сикорски» С-76С++, окрашенный в превосходные темно-бордовый и золотистый цвета, сделал два круга, пока летчик не увидел человека, который вошел на вертолетную площадку в центре усадьбы и двумя ярко окрашенными лопатками стал показывать ему, чтобы он садился рядом с уже стоявшим вертолетом. Потребовалось три минуты разговора по радио с человеком, утверждавшим, что он не знает английского, прежде чем им разрешили сесть. Все это время пассажир в заднем отсеке интуитивно знал, что на них наведена отнюдь не одна ракета с тепловой системой самонаведения.

Когда ярко раскрашенный «Сикорски» медленно садился на тщательно прибранную вертолетную площадку, его тут же окружили десять человек с автоматами, выглядевшие довольно зловеще. Летчик оглянулся на задний отсек и покачал головой.

– Похоже, тут группа приветствия, сэр, – произнес он в микрофон.

Высокий мужчина в заднем отсеке не ответил; он только снял наушники и провел пальцами по белокурым волосам. Когда вертолет мягко сел, он подался в кабину летчика.

– Не вылезай и будь готов немедленно взлететь снова!

Летчику не понравилось это распоряжение, но он все-таки кивнул.

Из темноты усадьбы вышел человек в белом деловом костюме и пошел навстречу вылезшему из вертолета высокому блондину. Костюм встречающего был шелковым, и блондин видел на нем темные пятна пота. Белая рубашка была испачкана чем-то у воротника, лицо мужчины было небритым.

– Мистер Джонс, мой наниматель удивился, получив весть от вашего представителя. После провала наших последних переговоров мы решили, что нашим отношениям пришел конец.

Человеку, которого встречающий назвал Хэновером Джонсом, было противно пожимать протянутую руку. Ногти на руках встречающего были грязными, пахло от него если не отвратительно, то, по меньшей мере, неприятно. Винты вертолета перестали вращаться, и Анри Фарбо, пряча брезгливость, пожал руку этого человека.

– Кстати, о моем компаньоне. Он должен был встретить меня в Ларедо, но не появился. Я получил только текстовое сообщение, что мне нужно лететь сюда, – сказал Анри, выпустив руку, которую пожимал, и едва сдержал желание вытереть ладонь о свои черные брюки.

– Видите ли, мистер Гусман настоял, чтобы ваш человек уступил его гостеприимству и остался в усадьбе. Не беспокойтесь, сеньор, с вашим человеком хорошо обращаются!

Фарбо увидел по глазам, что этот человек лжет, сразу же, за секунду до того, как он надел дорогие темные очки.