Волшебная мясорубка - Станислав Буркин

– Нет! – ответил, корчась от боли Тариэл. – Я не шпион, я защитник отчизны.

– Вот трибунал и разберется, – гнусаво ответил кажд, – чьей отчизны ты защитник.

Тариэл немного испугался, потому что обвинение в шпионаже, как и предательство, сулило ему в лучшем случае унизительное разбирательство.

– Нет, я никого не подслушивал, и я не шпион! – настаивал Тариэл. – Господин офицер, пожалуйста, отпустите меня. Мне надо домой, делать уроки.

– Пойдем-пойдем, дэвианское отродье, – поволок его за собой кадж.

– Но я просто играл здесь в прятки с друзьями! – продолжал мальчик.

– И где эти твои друзья? – брызжа слюной, шипел кадж.

Юноша, надо признаться, был уже не на шутку испуган, ведь он боялся, что о подозрениях в шпионаже сообщат в школу, его не возьмут на фронт, и тогда новые товарищи вечно будут считать его трусом и предателем.

– Где эти твои товарищи? – скалясь, повторил полицейский.

– Вон, – вдруг, не ведая, что творит, сказал Тариэл и указал на девочек.

– Ага! – сказал кадж. – Маленькие сообщницы!

«Что я наделал! – подумал юноша, – теперь я точно лгун и предатель. Теперь пусть делают со мной, что хотят. Главное – выручить девочек».

В это время на помощь к каджу подоспели два других сотрудника – мужчина и женщина.

– В чем дело, господин офицер?

– Вот эти мерзкие школьники шпионили за почтенными начальниками, – обвинительным тоном сказал тот.

– Нет-нет, это я один! – взмолился Тариэл, – тех девочек я впервые вижу!

– Врешь, подлое отродье! – зашипел кадж. – Все вреш-шь!

Трое полицейских с задержанным подошли к девочкам.

– Вы знаете этого молодого человека? – спросила женщина-полицейский.

– Нет, – помотали головой они, внимательно всматриваясь в его лицо.

– Вот видите… – начал, было, Тариэл.

– Замолчи! – заорал кажд. – Замолчи! Тебя никто не спрашивал. Я знаю, что они твои сообщницы!

– А что, собственно, произошло? – спросила самая миленькая из девочек.

– Вы все арестованы! – объявил им кадж. – Арестовать их, – приказал он другим полицейским.

– Подождите, подождите, – возмутились девочки, – а в чем нас обвиняют?

– В шпионаже в пользу врага! Вот этот гаденыш подслушивал вон тех начальников, а вы красовались перед ними, отвлекая внимание.

– Вон у тех? – засмеялась одна из девочек. – Но ведь это коллеги моего отца, один из которых еще и мой родной дядя.

Кадж попытался нахмурить свое плоское лицо, но вместо этого только вздыбил местами чешуйки.

– Ладно, – сказал он, – сейчас узнаем.

Всех их подвели к скамейке с двумя важными каджами.

– Простите, уважаемые, – обратилась женщина-полицейский, – вам знаком кто-нибудь из этих подростков?

– Ну, конечно! – воскликнули каджи, – это же дочь мудрого начальника Хсема и ее друзья.

– Между прочим, юная Нестан, – указывая на красавицу, сказал один кадж, – моя племянница.

Глаза каджа-полицейского блеснули белесым светом растерянности.

– Простите, ради Великого дракона, – расплылся он в ненатуральной улыбке. – Сами знаете, времена нынче неспокойные, враг у ворот. Но я уверен, – загнусавил он, – если народ наш будет отважен и бдителен, то окончательная победа не за горами. Между прочим, за все минувшие столетия мы никогда не были так к ней близки…

Полицейские извинились и спешно скрылись прочь. Важные каджи немного пошутили с девочками и продолжили свой разговор, а те пошли обратно к перилам. Тариэл, конечно же, думал как можно скорее и незаметнее улизнуть от девчонок, но пока плелся сзади, боясь, что его схватят, когда поймут, что он не с ними.

– Ты чего-то хотел от нас, храбрый воин? – хихикая и переглядываясь, спросили удивленные девочки, заметив, что он не отстает от них.

– Да нет, – сконфузился Тариэл, – я просто гулял… Тут очень мило.

– А это не из-за тебя ли нас чуть не арестовали? – улыбаясь, спросила красавица.

– Да, возможно, – робко признался Тариэл. – Я гулял там, за скамейками, и вдруг тот чересчур бдительный господин ко мне привязался.

– А почему он решил, что мы твои сообщницы? – продолжала девочка.

Тариэл покраснел и опустил глаза. На его счастье в этот момент над городом завыла оглушительная и протяжная сирена.

– Внимание! Внимание! – раскатилось механическим голосом из установленных по всем ярусам города репродукторов. – Говорит штаб гражданской обороны. Граждане! Воздушная тревога! Воздушная тревога! Угроза химического нападения!

И вновь полилась отрывистая сирена.

– Бежим! – сказали девочки и помчались в укрытие.

Самая красивая обернулась к Тариэлу, который стоял на террасе, как вкопанный.

– Идем! Чего стоишь? – махнула она рукой.

Он бы не пошел с ними, а воспользовавшись случаем убежал прочь, но дело было в том, что он, кажется, влюбился. Кругом, придерживая шляпы, спешили граждане.

Перед тем как скрыться под навес улицы, Тариэл, бегущий в толпе рядом с девочками, поднял голову и увидел в городской дымке медленно летящие боевыми порядками вражеские самолеты.

– Дэвиане! – презрительно сказал он.

В этот момент прекрасная девочка схватила его за рукав и потащила за собой.

– Идем же, сумасшедший, не успеем!

Через десять минут они устраивались в хорошо оборудованном убежище в недрах города. Так как это был центр, народу здесь было битком, и все скамьи оказались заняты. Школьники остановились в углу просторного зала с шершавыми стенами, увешанными инструкциями, объявлениями и театральными афишами.

Тариэл снял свой школьный ранец и предложил его одной из девочек в качестве сиденья. Конечно же, не той, что ему больше всех понравилась, чтобы никто не догадался.

– Спасибо, я пешком постою, – сказала в ответ девочка, и все рассмеялись.

– Ну что, будем знакомиться? – сказала красавица. – Я Нестан, это Тамара, а это Мариэтта.

– Тариэл, – угрюмо сказал юный воин.

– Очень приятно, – сказали девочки.

– А ты в какой школе учишься? – спросила Тамара.

– В обычной.

– Ух, какой нелюдимый, – засмеялись они.

– А мы в необычной, – гордо сказала Нестан. – В гимназии Аспироз.

– Это там, где учатся дети начальников-каджей? – с ноткой презрения сказал юноша.

– Да, а чем они тебе не нравятся? Каджи милые, – сказала Мариэтта и, смеясь, добавила: – Ты, просто, наверное, бедняжка, ни одного не знаешь. Кроме, конечно, того, с красной повязкой. Ну, там, на террасе…