Зона Посещения. Бродяга Дик - Максим Хорсун

Само собой, она не стала говорить, что запланирован еще и нелегальный выход в Зону с местными сталкерами, о котором они, правда, пока не подозревают. И именно лихая, рисковая вылазка должна стать кульминацией, а не скучная прогулка вдоль вешек в компании одетых в неповоротливые защитные скафандры ученых и охранников.

Чед Байрон поиграл желваками, покивал, похрустел суставами пальцев.

– Вы хотите увидеть Зону? – спросил он, подавшись к Ким. – Что ж, нет ничего проще.

Он передал ей кружку со свежезаваренным кофе, Ким побрезговала его пить, потому что увидела на краях следы помады. Она поставила кружку на стол, но пиарщик не обратил на это внимания, потому что был уже у дверей.

– Идемте-идемте.

Старый лифт ехал долго и неровно, точно хромая лошадь. В свете единственной лампы они молча смотрели друг на друга. Ким поняла, что по какой-то причине Байрон намерен поставить ей подножку: или распоряжения какие-то имеются, или из вредности, или из принципа.

– Шестнадцатый этаж, – объявил пиарщик, когда двери открылись.

Площадка перед лифтом была залита солнечным светом, и Ким невольно прикрыла глаза. Байрон прошел вперед, решительно распахнул широкое окно, впустив в коридор дыхание летнего дня.

– Посмотрите, какова она, – предложил пиарщик, вынимая сигареты.

Ким подошла к окну. Байрон закурил, нещадно дымя.

Земля как земля. Четко просматривается на много километров вдаль – до размытых жаркой дымкой серо-сиреневых гор на горизонте. Отвалы породы – словно бородавки, рыжая паутина ржавых железнодорожных путей. В груде железа, растянувшейся гусеницей вдоль одной из паутин, угадывается древний состав с паровым локомотивом. Руины металлургического завода как из компьютерной игры – наверняка этот антураж уже кто-то успел использовать в стрелялке на модную постапокалиптическую тему. Старый гараж с прохудившейся крышей, кровельные балки торчат из-под сгнившего рубероида и битого шифера, точно ребра из омертвевшей плоти. На фоне разрухи и запустения контрастно выделяются и цепляют взгляд новенькие грузовики, припаркованные на стоянке возле гаража. Ким решила, что институтские оставляют часть своей техники на окраине Зоны, чтоб не гонять всякий раз туда-обратно.

– Вот Зона, которую вы желали увидеть. Ничего особенного, – как Байрон ни старался, Ким все равно уловила в его голосе нотки благоговения. – Десятки квадратных километров пустоши. Щебень, пыль и старое железо. И смерть…

Ким вдохнула-выдохнула.

– Похоже, из этого окна были сделаны самые известные снимки Зоны, – признала она. – «Ю-Эс-Эй Тодей», «Нью-Йорк Таймс», «Нэшнл Физикс»… Прекрасная точка для съемки. Почти видовая площадка.

Байрон горячо кивнул, с присвистом затянулся и посоветовал:

– Вот и вы воспользуйтесь. Крайне сожалею, но в Зону мы вас выпустить не сможем.

Ким фыркнула.

– Как так? У меня же есть аккредитация.

– А у нас строгие правила, Ким, – развел руками Байрон. – Допуск в Зону имеют лишь сотрудники Института, прошедшие специальную подготовку.

Ким надула губы. Она мысленно представила план будущей статьи. Получалось, что пункт, с реализацией которого не ожидалось проблем, грозит обернуться проволочкой. Конечно, вылазка с научной группой была не столь ценна, как вылазка со сталкерами, но все равно Ким возмутилась.

– Вы только что сказали, будто Зона – это ничего особенного! – сказала она сухо, не глядя на Байрона. – Я уверена, что прилегающие к городу области Зоны исхожены и исследованы вдоль и поперек. И особого риска не будет…

– Ки-и-им, – морщась протянул Байрон. – Есть правила, за нарушение которых нам поснимают головы. Да и вы рискуете оказаться на скамье подсудимых. К тому же у нас есть утвержденный график выходов за пределы Периметра, я его не видел, но вполне возможно, что экспедиции не запланированы ни на сегодня, ни на завтра, ни на весь последующий месяц.

– Чед, что вы мне зубы заговариваете? – Ким едва справлялась с раздражением. – Вы даже свои машины оставляете в Зоне! Я не прошу сопровождать меня на завод или в горы, я говорю лишь о короткой вылазке, за забор и обратно.

– За Периметр, – машинально поправил Байрон и встрепенулся: – Позвольте! Машины? Какие это машины мы оставляем в Зоне?

– Вот стоят! У вас перед носом, Чед! – с презрением буркнула Ким.

Байрон поперхнулся дымом.

– Да будет вам известно, что эти грузовики стоят возле гаража с ночи Посещения. Больше сорока лет стоят, и ничего с ними не делается. Видите, как сияют стекла на солнце? К ним даже пыль не пристает. А краска на кабинах? Она только ярче год от года.

Видя, что Ким растерялась, Байрон продолжил давить:

– А знаете, что случится с человеком, если он сдуру решит пройти между грузовиками? Вы когда-нибудь видели, как закипают и взрываются глазные яблоки?

И тогда Ким не выдержала.

– Чед, приберегите ваши страшные истории для внуков! Я смогла выбраться из обстрелянной бандитами горящей «галоши», а никто из моих попутчиков – здоровяков-военных! – увы, не выжил! На меня напал счастливчик, и я опять-таки цела и невредима! Не думаю, что на расстоянии пятидесяти ярдов от обоссанного забора, который вы упорно называете Периметром, есть хотя бы одна неизвестная вам аномалия! Так что не пудрите мне мозги! Вы можете обеспечить мне безопасный выход в Зону! Можете, но по какой-то причине не хотите! Посему сам собой возникает вопрос – а не скрывает ли Институт в Зоне что-то, что посторонним глазам видеть не полагается?

«О… Да здравствует ПМС…» – догадалась Ким, когда под высоким потолком коридора умолкло эхо ее тирады. Судя по выражению лица Байрона, он пришел к аналогичному выводу.

– Прошу прощения, – послышался знакомый голос.

Ким обернулась и тут же прыснула в кулак. Посреди коридора стоял, пытливо глядя на них с Байроном, Строгов. Белый комбинезон его изрядно полнил, на правом рукаве влажно поблескивало свежее пятно – то ли джем, то ли солидол. Все двери были закрыты, и казалось, будто Строгов возник из ниоткуда.

– Да ты следишь за мной! – Ким не собиралась обижать русского, но фраза прозвучала агрессивно, в ней ощущалась желчь ссоры с Байроном, и Строгов моментально изменился в лице.

– Я вообще-то здесь работаю, – холодно ответил он.

– Позвольте-позвольте! – вмешался Байрон. – Поправьте меня, если я ошибаюсь, но вы знакомы, так?

– Знакомы, – подтвердил Строгов. – Хармонт – городок маленький. И все в нем как селедки в бочке. А из-за чего, собственно, сыр-бор?

Байрон не стал таить.

– Ким для статьи необходимо побывать в Зоне. Но ты же знаешь наши правила.

Ким мысленно поблагодарила Байрона за корректное описание проблемы.

– Действительно, – потер подбородок Строгов. – Зона – не место для прогулок. Чед, давай подумаем, чем мы можем помочь Ким.