Поражающий фактор - Михаил Гвор

«Козлики», подпрыгивая на ухабах, летят вниз. Не меньше сорока километров в час. Для дороги, где и двадцать считается лихачеством, такая скорость – верх безрассудства. Мне легче, просто повторяю выкрутасы полковника. А вот как он умудряется не расталкивать бампером стены ущелья – уму непостижимо. Но гоним. Таким темпом до Пасруда доскочим минут за сорок. Из-за перегиба выскакиваем на склон над Маргузором и молим бога. Из кишлака этот участок как на ладони, если бандиты уже там – заметят за милу душу. Не снижая скорости, проскакиваем серпантин и врываемся на улицу поселка.

– В засаду бы не влететь, – бормочет рядом Малыш. – Ногами прямо в жидкий маргарин.

Но Маргузор тих. Бахреддин тормозит у большого кирпичного дома и начинает стучать в калитку. Видимо, хочет предупредить о нападении. Потап перескакивает ко мне в машину:

– Погнали, они догонят. Ты что здесь делаешь?

Это он обнаруживает дочку, впрыгнувшую в машину в последнюю секунду. Гнать было некогда.

– Стрэляли, – голосом Саида из «Белого солнца…» произносит девчонка. – Все бегут, а Машка что, рыжая?

Потап выдает фразу, которую я при дамах точно не произнесу. Да ладно я, такого и Леха не скажет, а он у нас известный матерщинник. Но девать фройляйн уже некуда. Жму на газ. Выскакиваем из кишлака и вновь петляем по серпантинам. Наконец крутяк заканчивается. «УАЗ» объезжает скальный гребень. То, что вижу…

В нескольких метрах стоит такой же «козлик», как у нас, но с пулеметом, присобаченным на самодельную турель. За этим устройством расположились двое в камуфляже. Часовые. По сторонам не смотрят. Кругом горы, эка невидаль, а под носом все намного интереснее. Во все глаза любуются на собственных товарищей, увлеченно насилующих прибалтийских девчонок. А парней не видно. Но разбираться некогда, действуют рефлексы.

Резко давлю на тормоз. «Козел» взбрыкивает, колдобится, но замирает в метре от бандитской машины. Над головой рубит воздух неожиданно громкая очередь потаповского автомата. Пулеметчиков вышвыривает из кузова. Наши горохом сыпятся наружу. Чуть задерживаюсь, выбираясь из-за руля. Тот, кого себе наметил, успевает привстать и развернуться. Тянет руку к оружию. По-футбольному бью под челюсть. Клиент кулем валится обратно на девчонку. Но уже спиной и мертвый: этот удар – гарантированный перелом основания черепа. Оглядываюсь. Все. Можно не торопиться. Остальные сработали не хуже. Даже Машка спокойно вытирает нож о куртку трупа. С самого начала видно было: непростая девочка.

– Машка, девчонок посмотри. А вы, мастера… – цедит Потап. – Хоть одного живым взять догадались?

– Обижаешь, майор! – Малыш за шиворот поднимает своего противника. – Есть язык. Пока не отрезал.

– Мой тоже жив, – откликается Леха. – Временно…

Мне похвастаться нечем. Погорячился маленько. Мог и полегче стукнуть.

– Олег, ты таджикский знаешь? – Потап задумчиво смотрит на пленных.

– Плохо.