Лед под кожей - Вилма Кадлечкова

Только теперь герданка обернулась к Аш~шаду. Их глаза встретились лишь после того, как закончились поклоны и представления.

Лукас ожидал, что Йеегонеи тут же бросится к Аш~шаду и снимет мерки своим коронным герданским способом, но она просто стояла и смотрела на него.

– Даже не знаю, смогу ли я, – наконец сказала она. – Понятия не имею, какой цвет для тебя выбрать, гроф Аш~шад.

Лукас не верил своим ушам. За все время, что он ходил сюда, – а он не один год заказывал здесь для себя лучшую одежду! – от Йеегонеи он подобного признания не слышал. Она никогда не колебалась. У нее было двадцать швей, которые все наряды деталь за деталью шили вручную; но все решения, что именно нужно сшить, принимала исключительно она сама. Лукас приводил сюда своих знакомых, и герданке удавалось каждому из них подобрать одежду подходящего цвета и идеально сидящего фасона. Требовала она страшные суммы. Но никогда не ошибалась.

Аш~шад улыбался.

– Цвет я выберу сам.

Йеегонеи переступила с ноги на ногу.

– Я стараюсь максимально идти навстречу своим клиентам, но никогда не создаю нарядов, с которыми не согласна, – сказала она. – Уже случалось такое, что мы с клиентом не смогли прийти к общему решению, потому я была вынуждена отказаться от работы. Честнее было бы попрощаться с тобой, гроф Аш~шад. Так как я заранее знаю, что не буду уверена, соглашусь ли принять заказ.

– У меня другое предложение, – сказал Аш~шад все с той же улыбкой. – Цвет выберет Лукас. Ты ведь доверяешь его вкусу.

Йеегонеи подняла глаза на Лукаса.

– Да, – допустила она.

– Я тоже, так что мы точно договоримся, – заявил Аш~шад.

Лукасу показалось, что в его улыбке проскользнула толика коварства.

Йеегонеи кивнула.

– Хорошо, давайте попробуем, – сказала она и повернулась к Лукасу: – Гроф, могу я предложить тебе стаканчик «гленморанджи»? Или чего-либо еще?

Лукаса не удивляло, что герданка вместе со всеми его мерками и массой тела носит в голове и его любимую марку виски. Обычно он приходил вечером, потому что другого времени у него не было; но в половине десятого утра стаканчик алкоголя его, скорее всего, убьет.

– Лучше кофе, Йеегонеи, если будешь так любезна.

– Как пожелаешь.

Йеегонеи помнила и то, что кофе он пьет черный и без сахара, налила его в узкую стеклянную чашку с ручкой и отвела Лукаса в заднюю часть магазина, где располагался столик с мягкими креслами, обитыми розовым бархатом, и стеллажами с искусно оформленными тканями. Затем незаметно приблизилась к фомальхиванину. Ее ручки мелькнули в воздухе и оказались на его лопатке и груди.

– Как хорошо! – произнесла она. – Широкие плечи, твердые мышцы. Ты много тренируешься. В твоем случае важно подчеркнуть преимущества, а не скрыть недостатки. Эта рубашка Лукаса тебе мала, но в хорошо подобранной одежде ты будешь выглядеть как король. Пойдем в раздевальню, гроф Аш~шад. Для начала я попрошу тебя снять одежду. Мне нужно видеть все твое тело.

Аш~шад без возражений последовал за ней. Лукас с ухмылкой сел и откинул голову на розовый бархат. «Так сколько? – подумал он. – Сколько моих денег стоит оставить в наследство Софии? В сущности, нисколько. Мне все равно ее не убедить, что тратить нужно только проценты, а инвестиции не трогать – эта ее иррациональность в мать. В общем, у меня нет причин экономить, и я не буду. Король – какой фарс! Но Йеегонеи права. Нужно отнестись к этому с великодушием». Вдруг ему пришла в голову мысль, и Лукас подскочил и направился к раздевальне.

– Йеегонеи?.. – позвал он через штору. – Кроме приличного костюма, нам нужно также кое-что слегка экстравагантное. Почти театральное. Подумай об этом. Попробуй что-нибудь из того, что, по твоему мнению, мог бы носить волшебник.

Аш~шад в раздевальне прыснул со смеху. Энергичным движением он раскрыл штору и высунул голову.

– Эй, Лукас, ты не перегибаешь палку?

– Совсем нет. Если ты действительно собираешься кормить себя психотроникой, правильный имидж – это необходимая основа, – сказал Лукас.

Глазами он невольно скользнул по его голой груди и несколько опешил.

– Приличные шрамы, – ухмыльнулся он. – Прямо ассорти.

– С детства над этим работаю, – заверил его Аш~шад.

Улыбка на его лице постепенно угасала, и теперь вместо удовольствия она выражала скорее иронию.

– Как всем нам известно, в аргиа~луйских школах боль – основное учебное пособие.

Он повернулся к герданке.

– Что-то еще нужно, грофесса Йеегонеи?

Маленькая женщина улыбнулась и сложила руки на поясе.

– Только смотреть на тебя и размышлять. Волшебник, – забормотала она под нос. – Но да. Лукас прав.

– Нужно отобразить пристойное соотношение таинственности и серьезности, – продолжил Лукас свою мысль. – Добавить каплю помпезности… но она не должна превратиться в напыщенность. Никакого алого бархата, никаких мантий! В подобном ты будешь выглядеть как идиот, Аш~шад. Никогда не надевай ничего красного.

Аш~шад застегнул пряжку на брюках, но за рубашкой не потянулся.

– Согласен, – произнес он. – Продолжай.

– Но нельзя выбирать и мышиные цвета, которые ношу я. Никакого сланцевого серого! Для меня самый шик – серебристо-синий, а уверенность в себе и мире – черный. Но ты совсем другой. Твой цвет – зеленый.

Аш~шад оперся о дверной косяк и посмотрел на Лукаса.

– Ты очень уверенно говоришь об этом. А вдруг ты ошибаешься?

Лукас задумался.

– Нет, – наконец сказал он. – Зеленый.

– Хорошо, – согласился фомальхиванин. – Знаешь что? Я встану у белой стены. Выбирай не цвет, а оттенок. И попробуй сделать это точно.

Он отошел от двери. При каждом движении на его теле проступали мышцы – переливались то тут, то там, будто были расположены под кожей в свободном порядке и жили своей жизнью. Лукас заметил, что у фомальхиванина нет ни грамма жира. Вообще. А затем, к своему удивлению, также отметил, что его движения уже не так элегантно грациозны, как раньше. Они излучали внутреннее напряжение. Фомальхиванин молча прошел мимо стеллажей и нашел подходящее местечко с нейтральным фоном.

«Теперь мне не хватает ружья, а ему повязки на глазах», – невольно подумал Лукас.

В этот момент Аш~шад закрыл глаза.

Лукаса вдруг охватило странное состояние. Ему казалось, что в магазине слишком спертый воздух. Йеегонеи стояла возле него, еще бледнее, чем раньше. Лукас хотел попросить ее включить кондиционер, но не успел он произнести и слова, как она покачала головой.

– Не пытайся отвертеться, гроф Лукас, – певуче произнесла она и выдавила из себя смешок. – Давай выбирай скорее, чтобы я начала работу.