Астрологический суд - Владимир Афанасьев

Комнаты бывают разные. Спальня, ванная, кухня, кабинет, столовая, гардеробная. Оказавшись в комнате, в большинстве случаев вы без труда определите ее назначение. Эта – комната, скажете вы, в которой спят, эта – в которой принимают ванную, в этой готовят пищу, а в этой работают. Для того чтобы определить назначение комнаты, хватит секунды. А вот на то, чтобы перечислить (хотя бы мысленно) предметы, учет и соотнесение которых послужили основанием для вывода, потребуется гораздо больше времени…

Впрочем, с назначением все очень просто. Совсем другое дело – определить характер хозяина по его комнате. Обстановка в ней во многом зависит от личности того, кто в ней обитает, но достоверно охарактеризовать человека, видя только комнату, получается не всегда и не у всех.

Допустим, вас привели в незнакомую комнату и спросили: «Чье это жилище?». Как вы станете рассуждать, имея в своем распоряжении только поверхностные впечатления?

Если вы мыслите непоследовательно и противоречиво, то, скорее всего, попадетесь на уловку вопрошающего и решите искать то, что может рассказать вам о хозяине этой комнаты. При таком подходе следует рассчитывать лишь на удачу. Ведь вы ищете предметы, которые могут рассказать о конкретном человеке, о котором вы сами ничего не знаете. Может ли поиск, в основу которого положено незнание, увенчаться успехом? Разве что случайно…

Если же вы мыслите последовательно и не противоречиво, то в зависимости от своих склонностей прибегнете либо к синтетическому, либо к аналитическому методу. В первом случае вы обратитесь к собственному опыту соотнесения внешнего вида комнат с обликом их хозяев. Во втором случае будете рассматривать саму комнату непосредственно, надеясь, что обстановка в целом, предметы быта, их соотношение сами расскажут вам о хозяине.

Николай Андреевич в студенческие годы частенько забавлял себя и приятелей, среди которых был ныне его друг и подчиненный Константин, демонстрацией своих аналитических способностей. Он с легкостью рассказывал о прошлом незнакомого ему человека, выдавал подробности происходящего за спиной, точные заключения о развитии предстоящих событий. За это он получил прозвище – Сенс! Несмотря на то, что он не скрывал своих методов, люди считали его обладателем сверхъестественных способностей. Свидетели этих демонстраций рассуждали примерно так: «Он может то, чего не могу я, да и большинство. Способности, которые есть у нас, не дают нам таких возможностей. Значит, он обладает особенными способностями, которых у нас нет».

Сначала Николая Андреевича возмущали такие глупости, он пытался открыть людям глаза и узреть очевидное, он доказывал аксиомы, но в один прекрасный день проснулся и понял, что, для того чтобы помочь окружающим, не стоит пытаться изменить их…

Итак, в одном из зданий «Чайки» есть Соулярная комната. Когда-то здесь была бухгалтерия завода. Затем несколько лет комната пустовала. И, наконец, не так давно – лет двадцать назад – она приобрела свой нынешний облик.

Посреди просторного светлого помещения стоит громоздкий деревянный стол. На нем – керосиновая лампа. Около него – несколько маленьких табуреток. Окно заклеено пленкой. Когда дует северо-западный ветер, проникающий через небольшие щели в окне, она надувается, как парус. Но особенность Соулярной комнаты заключается не в этом.

Иногда по одному, иногда группами сюда приходят сотрудники «Чайки», с тем чтобы как следует пожалеть себя и поругать окружающих. Такое назначение эта комната обрела случайно. Как-то раз, посреди рабочего дня, обиженная на весь мир Оля бродила по коридорам «Чайки» в поисках места, где можно поплакать. Она вспомнила о бывшем бухгалтерском кабинете, который на тот момент пустовал, и направилась туда. По дороге Оля встретила зареванного Рената. На вопрос, что с ним случилось, он без промедления ответил, что пребывает в ужасном настроении и хочет побыть один, для чего идет в бывшую бухгалтерию. Оля удивилась совпадению и тут же поделилась своим намерением с Ренатом.

Не сговариваясь, забыв о желании побыть в одиночестве, они зашагали к бухгалтерии вместе. Дверь оказалась открытой, но комната – занятой. Там уже сидел Николай Андреевич и плакался в жилетку Василию Пигмалионовичу. «Молодежи» было позволено войти. Оказалось, что первым нашел эту комнату подходящей для того, чтобы выплакаться, Константин. Он рассказал о ней Николаю Андреевичу, и они в шутку окрестили ее Соулярной.

Слухи об этом замечательном месте разошлись быстро, и вскоре оно стало едва ли не самым посещаемым помещением «Чайки». Каждого, кто был хоть раз в Соулярной комнате, неудержимо тянуло в нее. Николай Андреевич в шутку объяснял это явление так: «На том месте, где плачешь, остается частичка тебя. Если ты плакал по-доброму, то место потом будет тебя притягивать, а если по-злому – отталкивать». Все были согласны с тем, что это достоверное объяснение, потому что Соулярная комната никого не отталкивала.