Гладиатор из будущего. Рим должен быть разрушен! - Виктор Поротников

До Мельничного переулка было совсем недалеко. Овощная лавка Жермы находилась на первом этаже приземистого двухэтажного дома, довольно неуклюже втиснутого между двумя более высокими и добротными домами из белого камня. Недавно овдовевшая Жерма выкупила весь первый этаж дома и арендовала второй этаж, где она поселила своих родственников, а пустующие комнаты сдавала всем желающим за весьма умеренную плату. Объявления о сдаче комнат в наем Жерма писала углем или мелом прямо на стенах домов на всех главных улицах Амитерна, выходивших на рыночную площадь и к трем городским воротам.

Мелинда, прибывшая в Амитерн из будущего для встречи со мной, прочитала одно из объявлений Жермы и вселилась в одну из ее комнат два дня тому назад. Меня удивило и восхитило то, насколько свободно владеет латынью Мелинда. Конечно, ей не составляет труда войти в доверие к любому здешнему человеку, расспросить кого угодно о чем угодно, выдав себя за приезжую из Рима или любого другого города.

По каменным ступеням темных лестничных пролетов мы с Мелиндой поднялись на второй этаж, слыша шум из женских и детских голосов, звучавших на весь дом. Где-то совсем рядом за стеной происходило бурное выяснение отношений каких-то женщин со своими непослушными чадами. Оказавшись в узком коридоре с закругленным потолком, куда прорывался тусклый вечерний свет через большое круглое окно, Мелинда быстро юркнула в одну из четырех находившихся здесь комнат. Толкнув дверь плечом, она потянула меня за собой.

В комнате было темно, так как два узких окна были завешаны кусками плотной материи. Здесь пахло пылью, луком и благовониями, которые люди этой эпохи часто используют в повседневной жизни, воскуряя ароматный фимиам на домашних алтарях в честь Ларов и Пенатов, хранителей домашнего очага. Я услышал, как Мелинда заперла дверь на засов, потом она подошла к окнам и отдернула грубые занавески. Стало заметно светлее. В комнате у одной стены стояла кровать на высоких ножках, у другой стены стояли стол и скамья, возле одного из окон стоял длинный узкий сундук для хранения одежды. В углу за занавеской виднелись чан для омовений, сосуд для воды, умывальные принадлежности на полке и еще одна скамейка.

На столе стояла бронзовая масляная лампа. Мелинда зажгла ее с помощью горячих углей насыпанных в круглую глиняную миску с крышкой. Она сунула в угли пучок сухой травы и легонько подула на них, через мгновение жгутик из травы вспыхнул, по нему запрыгали маленькие рыжие язычки пламени. Мелинда плавным движением поднесла крошечный факел к фитилю масляной лампы. Родился новый огонек, еще более яркий; запахло оливковым маслом.

Мелинда пригласила меня сесть на скамью у стола, сама села рядом со мной.

Я разглядывал Мелинду с каким-то детским жадным любопытством, она была какая-то другая, словно разлука, разделившая нас столь внезапно, сделала ее еще серьезнее, напитала некой умудренной взрослостью.

– Что? Я сильно изменилась, да? – промолвила Мелинда с какой-то несмелой улыбкой. Она тут же добавила: – Просто на мне парик, а эта одежда не очень подходит для моей фигуры.

– По-моему, ты выглядишь прелестно, – сказал я. – Настоящая римлянка эпохи поздней Республики!

– Ты тоже смотришься великолепно в этой военной тунике, кожаном панцире и красном плаще! – в тон мне проговорила Мелинда. – Настоящий римский военачальник из знатного сословия! И на латыни ты уже изъясняешься свободно. Я слышала, как ты общаешься со своими воинами и с гражданами этого города.

– Как поживает профессор Пазетти? – спросил я. – Передал ли ему Макс мои условия?

– Да, мой шеф в курсе твоих проблем, – ответила Мелинда. – Он просит тебя крепиться и довести начатое дело до конца. Конечно, Андрей, ты рискуешь жизнью не за просто так. После выполнения задания тебе причитается соответствующее вознаграждение.

– Сколько же мне причитается, если я уцелею в этой мясорубке? – Я посмотрел Мелинде в глаза.

Она отвела взгляд и негромко произнесла:

– Пятьдесят тысяч евро.

У меня вырвался короткий нервный смех. Мелинда взглянула на меня с легким беспокойством.

– Чертовски щедрый гонорар! – язвительно воскликнул я, облокотившись на стол. – А не желает ли сам профессор Пазетти поучаствовать в этом деле за такие же деньги? Или, может, бакалавр Паоло Пикарди согласится на это?

– Андрей, пойми, все мы делаем одно общее дело, каждый на своем месте, – сказала Мелинда, мягко взяв меня за руку. – Тебе, конечно, труднее, нежели всем нам, кто пребывает в будущем. Однако иного выхода нет ни у тебя, ни у нас! Андрей, надо идти до конца!

– Почему же нет иного выхода? – Я изобразил на лице наивное недоумение. – К примеру, американский агент, с которым я встречался в Левках, предлагал мне миллион долларов за мой выход из игры. Ни много ни мало!

– Не обольщайся, Андрей, – промолвила Мелинда, убрав свою ладонь с моей руки. – Американцы могут пообещать тебе и пять миллионов, лишь бы вытащить тебя отсюда и спутать все наши планы. На деле же ты этих денег не увидишь. Люди из ФБР просто припрут тебя к стенке. Они либо заставят тебя переметнуться на их сторону, либо уничтожат. Андрей, из этой игры просто так не выходят, всякий агент должен определиться в конце концов, на чьей он стороне.

– Не забывай, Мелинда, что я оказался в этой заварухе не по своей воле! – резко обронил я. – Покуда я верчусь здесь, как уж на сковородке, в это самое время моя любимая женщина, пребывающая в Москве, собирается порвать со мной. Регина возмущена тем, что я так внезапно исчез. Она-то полагает, что я просто сбежал от нее на раскопки в Италию!

– Да, да, я понимаю твое душевное состояние, Андрей, – сочувственно произнесла Мелинда. – Я сама поговорю с Региной, если ты не против. Я сумею убедить ее, чтобы она не бросала тебя.

– Не вздумай этого делать! – рассердился я и стукнул по столу кулаком. – Я не нуждаюсь ни в твоей заботе, ни в сочувствии с твоей стороны. Раз уж ты здесь, дорогая моя, поговорим начистоту. – Я встал и нервно заходил по комнате. – Я не гожусь в спасители России. Меня уже тошнит от этой крови, которая потоками льется вокруг. Меня уже трясет от римлян и гладиаторов, от всей этой древнеримской дребедени! Я сыт этим по горло! – Метнувшись к Мелинде, я решительно провел ладонью у себя под подбородком. – Мне не нужны ни деньги, ни слава, ни ордена, ни почетные грамоты! Я хочу выбраться отсюда, и как можно скорее! Надеюсь, я понятно излагаю?

Застыв на месте, я бросил взгляд на Мелинду. Она молча покивала головой, увенчанной пышной прической из завитых локонов.

– Вот и отлично! – Я уселся на сундук возле окна. – А теперь я готов выслушать тебя, моя дорогая.

– Андрей, немедленно выйти из игры тебе не удастся, – заговорила Мелинда после долгой паузы. – Мой шеф это не одобрит, и тебе лучше с ним не ссориться. Могу предложить тебе план действий, который ускорит твое возвращение в будущее.

– Что еще за план? – угрюмо спросил я.

– Тебе нужно проникнуть в Рим и убить Красса, – сказала Мелинда. – Смерть Красса неизбежно приведет римлян к целой череде поражений от войск Спартака, поскольку стоящих полководцев в данное время в Риме нет, а Помпей и Лукулл вернутся в Италию лишь через год. За этот год восставшие рабы смогут поставить Римскую республику на край гибели. Понимаешь?