Без объявления войны - Сергей Ким

Когда я еще умел по-настоящему любить и ценить жизнь.

А теперь… теперь я просто цепляюсь за нее, хотя зачем? На кой ляд? Я прожил неплохую жизнь, у меня есть и дети, и внуки… Но все равно, стоило осознать, что смерть прошла рядом со мной, что еще немного – и я бы навсегда распрощался с миром…

Проклятие, я ведь до дрожи боюсь умереть, но не верю в речи священников о загробной жизни. В Бога верю, а в Ад и Рай – нет. Я знаю, что там меня ждет лишь только пустота… Пустота и, надеюсь, покой…

И все равно я хочу остаться здесь подольше.

Сегодня совершенно незнакомый мне человек отдал жизнь, чтобы жил я. Он был здоровым мужчиной, он бы нашел свое место и на войне, и в мирной жизни, а я… я… я просто старый трусливый старик…

Почему, вот почему все эти люди находят свое счастье в войне, в этом самом богопротивном занятии, которое только измыслило человечество? Убийство другого разумного, будь то человек или дракон, неважно – не это ли самое мерзкое занятие?

Узаконенные убийцы, вот кто они все по своей сути.

Но они относятся к этому, словно к простой работе – и если у кого-то имеется другое мнение на этот счет, то ему никогда не стать по-настоящему хорошим солдатом.

А с другой стороны, ведь их ремесло ничуть не хуже любого другого. Вот сейчас, например, началась война – на нас напали, и вот эти люди, которых упекла на рудники родная страна, без разговоров и пререканий готовы ее защищать. Как я услышал, что говорил один солдат: «Да пущай хоть опосля войны меня обратно загонят на рудник, главное – победить. А моя судьба пущай никого не волнует».

Главное – победить, а уж моя судьба…

Нет, не понимаю я таких людей. Ставить свою родную страну выше своей собственной жизни – я, наверное, так бы не смог. Все же жизнь у меня одна, а страна… нет, ну что страна? Мало других людей, что ли?..»

Осип крепко сжал ладонями виски.

«Вот поэтому, из-за таких мыслей – эти воины и честнее, чем я.

Они – свободны, а я – нет.

Одна их жизнь способна вместить сотню моих. Смерть в постели для них – непозволительная роскошь. Как там говорится в старой сказке? «Я живу двадцать лет, но ем только свежую дичь, и нет никого сильнее меня, а ты, ворон, живешь сто лет, и сто лет ты питаешься падалью!»

Вот так-то, Осип. Ты – старый ворон, а они – ястребы. И ты скорее всего переживешь эту войну, даже если Рарден проиграет, а вот они – нет.

Чую, ох нутром чую, будет эта война жестокой, самой жестокой из всех, что были доселе – или мы врага, или враг нас.

Третьего не дано.

Все в руках этих солдат, которые сейчас вновь почуяли сладкий запах свободы и беззаботно окунаются в омут прежней жизни. А быть может, уже всего лишь через месяц или пару дней они погибнут на каком-нибудь безымянном поле.

Но исход войны теперь не только в их руках, теперь, Осип, ты тоже на войне.

Но понимаю ли я этих людей? Да, порой.

Уважаю ли я их? Да, безусловно.

Завидую ли им?..

Да.

Мне никогда не стать таким, как они. У меня не хватит духу пойти грудью на вражеский строй или стоять под колдовским обстрелом. Я до мозга костей гражданский обыватель, но я сделаю, сделаю все, что только в моих силах. Всю жизнь, всю свою жизнь я не делал ничего плохого, но не делал и ничего хорошего – я был обычным человеком.

Но теперь, на исходе лет, у меня появился шанс что-то исправить, сделать что-то наконец не только ради себя, но и ради других. Чтобы хоть кто-то потом меня вспомнил кроме родственников и сказал: «Да, Осип Шеин был хорошим человеком».

Можно прожить хорошую жизнь, но глупо умереть – тебя будут помнить за всю твою жизнь, за все твои поступки.

А можно умереть так, чтобы твою прошлую жизнь даже не вспоминали, а запомнили только последние деяния».

* * *

– Ну, что – сидите, отдыхаете?

Голос Аристарха отвлек Осипа от самокопания. Бургомистр и Петр оторвали взгляд от ночного неба и посмотрели на подошедшего к костру генерала.

Вид у Морозова был достаточно довольный.

– Раскололся ворог? – поинтересовался епископ.

– А куда он денется? – ответил Аристарх, присаживаясь рядом с ними. – Подготовка и выдержка у него, конечно, оказались на уровне – ну да ничего, и не таких кололи.

– Что-нибудь интересное рассказал? – спросил, в свою очередь, Осип.

– Много чего он рассказал, сейчас попробую изложить все это вкратце.

Генерал устроился поудобнее на принесенной из избы лавке и начал рассказ:

– В общем, зря мы грешили на лейтенанта Симонова – не предатель он.

Епископ и Шеин в изумлении уставились на Аристарха в ожидании объяснений.

– Лейтенант Симонов, а также двое сержантов… м-м-м… – Спицын и Самохвалов, кажется? – были убиты около двух месяцев назад на Дальневосточном тракте ниаронскими наймитами еще по пути к месту дислокации. Их места заняли эти подменыши… Да-да – это именно подменыши. Не знаю, как вам, но мне вот показалось странным, что рарденский офицер, пускай даже и предатель, дерется в нехарактерном стиле. Нет, господа, – это ниаронцы, хорошо подготовленные и замаскированные. Знание языка и обычаев – великолепные, тела приведены в соответствие с оригиналами путем пластической магии, ауры тоже изменены. Раздолбайство в бюрократической системе армии, конечно, все-таки имеется – при более тщательной проверке их бы, наверное, все же разоблачили, но процедура эта долгая и нудная. Вот они и дали кому-то из чинуш «на лапу» и успешно ее избежали…

Но теперь самое интересное – об их диверсионном задании.

После начала войны они должны были тихо отравить всю охрану лагеря и дожидаться подхода основных сил. Карьер-то наш – объект стратегический, богатое и к тому же открытое месторождение медной руды, необходимой для производства корабельной брони. А учитывая, что недалеко от нас есть еще и законсервированные разработки полиметаллических руд… Короче, зэ… – генерал запнулся, – заключенных намеревались оставить для дальнейшей разработки рудника – со смерть-ошейниками они все равно бы никуда не делись. И как итог, плохая новость – Ниарону стало известно, что на Монероне имеются большие запасы ценных полезных ископаемых, нет, не золота, хотя и оно здесь имеется. Медная и железная руда на юге острова, качественный каменный уголь в центре и нефть на севере – вот чего так не хватает Островной империи, и, соответственно, силы для высадки выделяются гораздо большие, минимум сорок тысяч. Времени для высадки, правда, потребуется несколько больше, так что нам нужно в срочном порядке укреплять оборону острова.

– Сколько у нас времени? – спросил Осип.

– Пара недель, не больше, – буднично ответил генерал Морозов.

Бургомистр вновь поднял взгляд в ночное небо – Дорога Света сияла невероятно ярко. Внезапно небо начали перечеркивать яркие дорожки падающих звезд-метеоров – начинался июньский звездопад, «волчья пыль» – так называли его в народе.