Ангелофрения - Максим Хорсун

– Прошу вас, – настойчиво повторил Миллер. – Иначе директор будет мною недоволен…

Она бы села в паромобиль и приказала механику отвезти ее домой, но черной машины не оказалось перед проходной. Она бы села в экипаж и велела кучеру мчать отсюда, но поблизости не было ни одного экипажа. Она бы повернулась на каблуках и побежала бы подальше от конторы, от завода и от этих людей, но такой поступок выдал бы ее с головой. Она бы попросила о помощи, но поблизости не было ни одного друга. Только разномастная птичья стая наматывала круги над двором, избегая приближаться к чадящим трубам.

Миллер открыл перед ней двери.

Внутри конторы пахло лежалыми бумагами и теплым воском. Магдалину провели по полутемному коридору к каменной лестнице, ведущей на второй этаж. Заглянув в приоткрытую дверь, Магдалина увидела бухгалтеров и экономистов, сидящих за длинными столами, загроможденными стопками бумаг и арифметическими счетами. Люди сосредоточенно работали, скрипели перьевыми ручками, небрежно перебрасывали костяшки на счетах. Все это выглядело обыденно, и тревога отступила.

Они поднялись на второй этаж. Повернулся ключ в замке, открылась очередная дверь.

– Это мой кабинет, – сказал Миллер. – Проходите, пожалуйста, и чувствуйте себя как дома. А я распоряжусь подать напитки.

Магдалина поглядела на длинный стол для совещаний, на письменный стол управляющего, на шкафы вдоль стен… На столах царил образцовый порядок, не то что у дяди Матвея. На полках – ни дюйма свободного места, сплошная стена из ледериновых корешков гроссбухов и плотного картона скоросшивателей.

Магдалина прошла к столу Миллера. Толстый хорасанский ковер глушил звук шагов. В окно лился ослепительный свет солнца, янтарные лучи обжигали, точно щупальца медузы. Солнце словно старалось удержать Магдалину подальше от секретов Миллера.

В коридоре и на лестнице – тишина. Лишь щелкают костяшки счет.

Наверное, этот и был шанс, ради которого она сюда прибыла. То, что Мосдею доставили активные артефакты, Магдалина видела своими глазами. Теперь найти бы документ, в котором шла бы речь о применении магии…

Магдалина сделала глубокий вдох, затем наклонилась над столом. Потянулась к бронзовому пресс-папье, изображающему черепаху с «земным диском» на панцире. Магдалина ощущала себя рыночной воровкой, у нее сильно дрожали руки.

Скорее! Миллер должен появиться с секунды на секунду!

Первая бумага из стопки: реестр рабочих, занятых на разгрузке угля… Вторая: температурные графики газогенераторных котлов… Третья: объяснительная провинившегося бухгалтера…

Четвертая: договор с Роландом Ронсевальским!

Магдалина схватила документ, не заботясь о том, что бумага мнется в ее пальцах.

«Производственная компания «Промышленность Мосдея», именуемая в дальнейшем Посредник, в лице генерального директора Юджина Мердока Мосдея, действующего по законодательству Нового Царства, жреческий синклит храмов Рамзеса и Нефертари, именуемые в дальнейшем Заказчик, и Роланд Ронсевальский, именуемый в дальнейшем Перевозчик, заключили настоящий Договор о нижеследующем…»

Дверь распахнулась бесшумно, Магдалина ощутила лишь сквозняк, который двумя невидимыми лианами оплел ей ноги.

Не оборачиваясь, Магдалина швырнула договор в стопку. Она уже не заботилась о переложенных с места на место реестре, графиках и объяснительной. Неловким движением сбила пресс-папье на пол, и бронзовая черепаха упала на паркет со звуком, неотличимым от револьверного выстрела. На первом этаже стих перестук костяшек.

– Ох, простите! У нас и в мыслях не было пугать вас! – раздался бодрый голос Мосдея.

Она медленно повернулась, испытывая желание провалиться сквозь землю.

В дверях стояли трое: Мосдей, Миллер и незнакомый бородач в полицейском мундире. На стене за спинами вошедших раскинула нетопырьи крылья серая тень.

– А что, прошу прощения, вы делаете? – насмешливо поинтересовался Мосдей. – Вы отбили голову А’Туину – любимой черепашке моего дорогого Клауса! Право, ну как можно!

– Сдается, господин директор, она здесь шпионила, – сказал Миллер, прожигая Магдалину взглядом. – Полюбуйтесь, каков беспорядок на моем столе!

– Шпионила? – Мосдей изумленно захлопал глазами. – Неужто? Да быть такого не может!

Миллер подошел к Магдалине, заглянул ей в глаза. Магдалина ответила управляющему негодующим взглядом.

– Она смотрела техническую документацию по газогенераторам. Температурные графики, расход угля. Это точно промышленный шпионаж.

– Решительно невозможно! – выпалил Мосдей. Он приблизился к столу с другой стороны. – Не могу поверить глазам… – волосы на его бакенбардах встали дыбом. – Действительно… Магдалина, скажите, что вы наделали! Я ведь так вам доверял!

Магдалина ощущала себя, словно на краю расстрельной канавы. От нее ждали объяснений, причем объяснений убедительных; будь на ее месте человек, более ловкий на язык, он бы и камня на камне не оставил от обвинений Миллера. Но Магдалина не умела врать, к тому же страх мешал думать.

И ей пришлось себя одернуть. Она могла быть любой: удивленной, дерзкой, негодующей… Но только не испуганной!

– Что вы искали? – спросил Миллер. – Кто вас прислал?

– Меня пригласил господин Мосдей, – с неподдельным недоумением проговорила Магдалина. – Чтобы показать завод. Прочие вопросы неуместны!

– Да! Показать производство! Но не совать свой нос в служебную документацию! – заорал вдруг Мосдей. Магдалина кинула опасливый взгляд на старикашку. Похоже, промышленник рассчитывал лишить ее равновесия таким неожиданным уходом от амплуа дамского угодника.

– Мадемуазель, вы знаете, насколько строга буква закона, когда в стране введено чрезвычайное положение? – грозно проговорил незнакомец в полицейском мундире.

– Полковник Парваиз, ваше присутствие оказалось весьма кстати, дорогой мой, – в голос Мосдея зазвучали обычные слащавые нотки. – Вот, Магдалина. Это – полковник Парваиз, начальник северного полицейского управления Мемфиса.

Магдалина исподлобья поглядела на полковника и пожала плечами. Не ей должен был угрожать служитель правопорядка, а старому негодяю Мосдею. Но в мире, давшем трещину, все встало с ног на голову.

– Вы отдаете себе отчет, Магдалина, что вас поймали за руку? – осведомился полковник Парваиз.

– Признавайтесь, зачем вы рылись в бумагах? – стоял на своем Миллер.

– Полковник, вы сможете составить протокол на месте? – пытливо заглянул в глаза Парваиза Мосдей.

– Скажете тоже! – отмахнулся полковник. – У меня машина стоит на пару, отвезем девицу в управление, где этим досадным делом займется какой-нибудь комиссар.

Мосдей и Миллер переглянулись.

– Пожалуй, так и сделаем, господа, – решил владелец завода.