Хроники Джанфрокстона. Орден Крови - Екатерина Дмитриева

Я ничего не ответил. Меня подставили. Убийство вервольфа Генри Уолберга ещё можно было повесить на меня. Это случилось очень давно, когда я только начинал охотиться. И там была скорее самозащита, чем убийство. Но вот об убийствах Лукаса Томсона и моего отца полиция знать не могла. Это было известно только Рэйчел. И Бенджамину Уокеру, которому несколько часов назад я хвастался своими успехами в охоте. Именно он меня и сдал.

Я знал, что по нашим законам для пожизненного заключения я должен убить минимум пять человек. Лейтенант назвал лишь троих, Гвен была четвертой. Значит остальные мои убийства ему неизвестны. Да и к тому же, среди тех, кого я убил, в основном были мелкие демоны и тролли, а их убийства не подходят под обычные законы. В общем пока что я был в безопасности. Доказательств моей вины у них нет и не будет, а единственная свидетельница моих преступлений ни за что меня не сдаст. Я слишком хорошо знал Рэйчел, чтобы убедиться, что она точно не способна на предательство.

– Как твоё имя? – спросил Мерлин. Я задумался на секунду, не зная, что сказать – Хард или Блэквульф. Давно мне не приходилось называть своё полное имя. Спустя пару секунд раздумий я наконец ответил: – Зовите меня Джон Сварт.

Это прозвище возникло у меня в голове как-то совершенно случайно. Я вспомнил, что первым, кого я убил, был демон Свартор, и я просто укоротил его имя. Лейтенант усмехнулся и отправил меня в камеру. Я должен был просидеть там до утра, чтобы дождаться следователя и адвоката. Но, как только везде погасили свет и лейтенант Мерлин ушёл, я открыл дверь с помощью магии и сбежал.

Я сразу отправился к Уокеру. Он явно не ожидал меня увидеть, но очень обрадовался, узнав, что я убил ведьму. Я еле сдержался, чтобы не напасть на него сразу же. Но это было бы слишком опасно. В ОхоКе десятки человек. Они все отлично натренированы и хорошо стреляют, даже моё бессмертие и магия могут не справиться с ними. Поэтому я решил проникнуть в организацию окончательно, а затем развалить её изнутри.

Уокер провёл меня в какую-то комнату, похожую на что-то среднее между лабораторией и операционной. В центре комнаты стояла кушетка, а вдоль стен была различная медицинская аппаратура и шкафы с препаратами. Однако, в этой комнате было слишком темно и напрочь отсутствовали всякие санитарные условия. Но это как раз меня нисколько не пугало, вряд ли я мог умереть от заражения. Бессмертие ведь должно лечить не только раны. В комнату вошёл человек в белом медицинском халате и маске на лице.

– Мы сделаем тебе инъекции сыворотки вампира и оборотня. Это сделает тебя сильнее и быстрее.

Самопровозглашённый врач уложил меня на кушетку и надел перчатки. Затем меня пристегнули ремнями, исключая всяческую возможность вырваться.

– Разве это обязательно? – спросил я, начиная нервничать. Вряд ли бессмертие распространяется на яд вампира и оборотня. Прежде проверять это мне не приходилось, но экспериментировать тоже как-то не хотелось.

– Через эту процедуру проходят все новички. Если ты откажешься, то мы тебя убьём. Сыворотка нужна тебе, чтобы сражаться с сильными монстрами. Она даёт улучшенную регенерацию, силу и скорость практически равные вампирским и оборотническим.

Человек в белом халате открыл стеклянный пузырёк и набрал оттуда полный шприц блестящей перламутровой жидкости. Несмотря на отсутствие стерильности в помещении, врач похоже все-таки был профессионалом. Он затянул мне жгут на руке и аккуратно ввёл иглу в вену. Сыворотка медленно проникла в мой организм.

Первым же ощущением от введения сыворотки было сильное жжение. Мне отстегнули от кровати, и я попытался сесть. В тот же момент подступила какая-то слабость, ноги стали словно ватные. У меня резко подскочила температура, кровь в голове пульсировала, словно пытаясь вырваться наружу. К тому же я чуть не потерял сознание от сильной боли, растекающейся по венам. Мой организм явно пытался бороться с инфекцией, но вирус вампиризма ещё и в совокупности с вирусом оборотня были куда сильнее. Яд вампира смертелен для оборотня, как и яд оборотня для вампира. Страшно представить какой эффект будет от смешения их в одном флаконе.

Меня заперли в одной из комнат, где не было даже мебели. Я сел на пол, прислонившись к прохладной каменной стене у окна. Как ни странно, но я даже не попытался выбраться. Сил на магию не было. Мне было настолько плохо, что я отключился уже через несколько минут. Меня разбудил голос, который звал меня по имени:

– Джон, очнись. Тебе надо уходить.

Я открыл глаза. Дверь была открыта, а на пороге стоял один из членов ОхоК. Это был высокий парень с длинными светлыми волосами и очень бледной кожей. Он держал фонарик в руках, но мне казалось, что светится не только фонарь, но и глаза, и даже кожа этого парня. Я все ещё был слаб, но жар похоже отступил. Собравшись с силами, я попытался улыбнуться и спросил, уж не собирается ли он предать своё руководство ради меня. Парень дал мне флакон с густой черной жидкостью и сказал:

– Я эльф Лайонел. Я никогда не работал на Уокера. Я здесь по особому поручению. Это лекарство исцелит тебя от яда вампира и оборотня. Но ты должен убраться отсюда немедленно. ОхоК ещё долго будет существовать. Простым людям этого не изменить.

Я хотел поспорить насчёт простого человека, но из-за слабости не стал сопротивляться. Я готов был принять помощь даже от эльфа, хоть и с трудом верил в его существование. Сейчас он казался мне какой-то галлюцинацией. Но как только я выпил лекарство, мне полегчало. Боль прошла, прибавились силы. Я быстро встал и поспешил уйти из этого здания. Но оставлять все так просто я не мог. Я вспомнил заклинание, которое перед смертью применила ведьма Гвен. Повторив его, я поджёг все здание ОхоКа. Впрочем, мои действия оказались совершенно бесполезными. Эльф Лайонел, который только что спас мне жизнь, тут же потушил пламя.

Мои попытки в одиночку справляться со злом в очередной раз не увенчались успехом. Я медленно побрёл в сторону дома, размышляя о том, простит ли меня Рэйчел после нашей последней ссоры и согласится ли в очередной раз мне помочь. Погода стояла холодная и давно уже наступила ночь, а потому я поспешил на ближайшую остановку, чтобы не тащиться пешком несколько кварталов. Но стоило мне подойти как любимый тридцать первый трамвай отъехал от остановки. В итоге я все же решил, что быстрее дойду, чем дождусь злополучный трамвай. Я побрёл через дворы, чтобы сократить дорогу.

– Джон? – услышав голос я резко обернулся. Показалось, что в тени стоит кто-то. Я сделал несколько шагов, к силуэту. Но как только я приблизился, тень исчезла. Я подобрал с земли какую-то палку и поджёг её, чтобы сделать факел. На земле я разглядел следы. Они заканчивались на том самом месте, где только что стоял силуэт. Но если человек и был, то он растворился в воздухе. Из моих знакомых такой способностью обладала лишь Рэйчел, но следы на земле были явно мужские. Я резко развернулся и вместо своего дома пошёл обратно в центр.

Когда я подошёл к дому, где жила Рэйчел, я снова почувствовал эту негативную энергию. Правда теперь она не просто стояла в воздухе в виде ауры, а была сформирована в мощную охранную магию возле самого подъезда. Просто человека или слабого мага, может быть, это заклинание и могло сдержать. Но я чётко видел его границы, а потому аккуратно обошёл. Рэйчел открыла дверь квартиры едва я вошёл в подъезд.