Север и Юг. Великая сага. Книга 1 - Джон Джейкс

– В половине пятого, – кивнул Форбс, когда оба вопросительно посмотрели на него.

Престон перевел взгляд на часы из золоченой бронзы, стоящие на изящном рыжевато-коричневом комоде, прямо под висевшей на стене старой саблей.

– Тогда у нас еще уйма времени.

– Я бы все-таки предпочел поехать прямо сейчас. Не хочется рисковать, вдруг мы их упустим?

– Да, не хотелось бы, – согласился Престон с кривой ухмылкой.

Джастин тоже улыбался. Вразвалку подойдя к стене, он облизнул большой палец и стер с блестящего сабельного лезвия ему одному видимое пятнышко. На солнце, бьющем сквозь фрамугу окна, металл вспыхивал ослепительным светом.

– Удачи, ребята, – сказал Джастин, еще раз проводя пальцем по клинку. – Вы сослужите обществу большую службу, если убьете молодого мистера Хазарда. Пусть в армии янки станет на одного офицера меньше. Да и Монт-Роял получит заслуженный урок.

– Лучше не скажешь, – ухмыльнулся Форбс, но взгляд его оставался жестким.

– Буду ждать вестей о вашем успехе! – крикнул Джастин им в спину.

Удовлетворенно вздохнув, он направился обратно в кабинет. Однако после нескольких шагов вдруг услышал негромкий шум на лестнице.

– Какого черта ты там делаешь, Мадлен? – внезапно охрипшим голосом спросил он.

Это было и так очевидно. Она подслушивала.

Отступив в тень, Мадлен крепко держалась за перила лестницы. Потом спустилась еще на две ступеньки – с необычной живостью, как показалось Джастину. Он вдруг встревожился. Может быть, последние дозы лауданума были слишком малы?

Стискивая перила побелевшими пальцами, Мадлен спустилась еще на один шаг и еще… Лиф ее черного шелкового платья поднимался и опускался, словно ей было трудно дышать. В глазах, обведенных темными кругами, явственно читалось отвращение.

Джастин понял, что сейчас нужно действовать решительно как никогда. Он вышел на середину холла, широко расставил ноги и грозно спросил, засунув большие пальцы за ремень:

– Значит, подслушиваешь наших гостей?

– Не нарочно. Я… – Голос Мадлен окреп. – Я шла в швейную комнату. О чем вы говорили, Джастин? Кого они собираются убить?

– Никого.

– Я слышала фамилию Хазард.

– Тебе показалось. Возвращайся к себе.

– Нет.

Она спустилась еще на две ступеньки, потом закрыла глаза и перевела дыхание. Бледный лоб покрылся испариной. Джастин понял, что Мадлен все еще сопротивляется действию наркотика.

– Нет, – повторила она. – Я не уйду, пока ты не объяснишь. Наверняка я что-то не так поняла. Ты же не мог послать своего племянника убивать кого-то.

Джастина охватила паника.

– Ты глупая шлюха, вернись в свою комнату! – рявкнул он. – Сейчас же!

Но Мадлен снова качнула головой, собираясь с силами, чтобы продолжить свой медленный и мучительный путь по лестнице.

– Я ухожу, – заявила она.

Ей понадобилось добрых десять секунд, чтобы одолеть еще две ступени. И только тогда Джастин понял, что паниковать глупо. Даже если Мадлен что-то услышала, она была слишком слаба и не могла представлять серьезной опасности. Он слегка расслабился и даже изобразил на лице изумление:

– Вот как? И куда же, позволь узнать?

– Это… – Она вытерла лоб платком, сжатым в руке. – Это мое дело.

Как только Джастин произнес имя Хазарда, она бессознательно, даже толком не понимая причины, решила, что медлить нельзя. Теперь же, когда она наконец добралась до конца лестницы и услышала затихающий стук копыт на подъездной дороге, это чувство только окрепло. Страх прибавил ей сил, помогая одолеть ужасную вялость. Она шагнула к парадной двери. Джастин загородил ей дорогу.

– Пожалуйста, дай мне пройти, – сказала Мадлен.

– Я тебе запрещаю выходить из дому!

В резком голосе Джастина прозвучали визгливые нотки. Для Мадлен это послужило окончательным доказательством того, что здесь действительно замышлялось злодейство. Кого-то из Монт-Роял хотели убить. Она не знала почему, но точно знала, что должна помешать этому… если сумеет.

Мадлен начала обходить мужа. Он схватил ее за руку, дернул влево и ударил сбоку по голове. Она вскрикнула и упала на пол.

Изумленно и, как ей показалось, бесконечно долго она смотрела на него снизу вверх, потом наконец, задыхаясь, с трудом оперлась на руки и кое-как встала. Когда она снова направилась к двери, Джастин ударил ее еще раз. Падая, Мадлен сильно ударилась затылком об угол комода и громко закричала. Но уже скоро снова поднялась на одно колено, упорно думая только о том, что должна во что бы то ни стало выйти из дому.

Открылась боковая дверь, и в тот момент, когда Джастин навис над женой, в проеме появились два черных лица.

– Если ты хочешь вести себя как упрямое животное, с тобой и будут обращаться как с животным! – Он с силой ударил жену ногой под левую грудь.

Мадлен опять отлетела к комоду. Комод стукнулся о стену, подвешенная над ним сабля с грохотом упала, а золоченые часы опрокинулись на пол и разбились. Задыхаясь, Мадлен лежала на полу, ничего не видя вокруг от застилавших глаза слез.

Джастин резко развернулся и быстро пошел в сторону боковой двери.

– А вы какого черта таращитесь? Живо закройте дверь, или я с вас шкуру спущу!

Перепуганные рабы исчезли. Взгляд Мадлен немного прояснился, и, ухватившись за край комода, она собрала последние силы и встала.

Когда Джастин снова повернулся к жене и увидел, что она на ногах, он громко выругался и бросился к ней через холл. Мадлен слышала стук его каблуков за спиной и его грозные проклятия. Плохо понимая, что делает, в отчаянной попытке спастись, она вдруг схватила лежавшую на полу саблю и, повернувшись, взмахнула ею.

Острое лезвие рассекло лицо Джастина от левой брови до середины подбородка. На мгновение из-под взрезанной кожи показалась розовая плоть, но тут же из раны хлынула кровь, стекая по щеке и заливая рубашку.

– Чертова шлюха! – вскрикнул Джастин и прижал ладонь к лицу.

Протянув вперед вторую руку, он ринулся к жене. Мадлен инстинктивно отскочила в сторону, а Джастин не успел остановиться и со всего размаху ударился головой в стену, как какой-нибудь балаганный актер. Потом он медленно упал на колени, опустил окровавленное лицо на грудь и тихо застонал.

За дверью топтались двое других рабов, привлеченных шумом. Мадлен узнала одного из них.

– Изикиел, идем со мной. Мне нужна коляска. – Она махнула рукой второму рабу. – Присмотри за мистером Ламоттом.

Через две минуты Мадлен уже гнала коляску по аллее к речной дороге.

* * *

«Молодой. Он сказал: „молодой“».