Похищенные - Константин Калбазов

– И на фига попу баян? С тобой все понятно. Ты у нас маньяк до всего стреляющего, еще и в княжестве вряд ли усидишь. А значит, и гражданство наверняка не примешь. Вон какие для тебя перспективы. Ну а мне-то это зачем?

– Неужели со стороны все так плохо? – скосив взгляд на товарища, поинтересовался Игорь.

– А ты сам посуди. «Атаман» твой раза в два дороже той же чешской мелкашки. А посидел бы чуток на сайте, обождал, так обязательно нарвался бы хоть на такой же «тозик». Но нет, тебе понадобилась обязательно пневматика. Еще и заправочная станция с баллоном к ней. И стрелял ты, с твоих слов, полнотелыми пулями, то есть ни разу не стандартом, а это как минимум пулелейка. Не подскажешь, сколько ты мог купить патронов к мелкану? Причем не обычных, а забугорных. Ну и кто ты после этого, как не маньяк?

– Н-да. Ну нравится мне.

– Да я не против, Игорек. Только не надо по себе мерить всех. Ну не нужен мне тот глушитель. А хочешь, я продам тебе свой «тозик»?

– Это с его-то золотым боеприпасом?

– Ну а когда тебя это останавливало?

– Кхм. Н-да. Нет уж, спасибо. Пока воздержусь. У меня не так все хорошо с заработками, как у некоторых, чтобы замахиваться на дорогие игрушки. Но это не окончательно, – поспешил поправиться Игорь.

– Да бога ради. Ты думаешь, тут в очереди стоят за такими стволами?

– Ну, в оружейном я ни одного не вижу.

– Иногда появляются. Но о-очень редко.

– Слушай, я все спросить хотел. А как так получилось, что ты принял гражданство, а в армии не служил?

– Личным указом князя. Он посчитал, что от меня будет больше толку за письменным столом. Классные специалисты, обладатели знаний, также не служат. Так, только курсы по обращению с оружием и азам тактики.

– Резонно, – вынужден был согласиться Игорь.

Остаток дня и ночи ничем примечательным не отличались. Забрали из ателье заказ. Отметились у дежурного ополченской роты по поводу выезда. Посидели в трактире, без фанатизма, опрокинув за ужином только по одной кружке пива. Спать легли не поздно. Лапин так и не смог сесть за работу. Даже не пытался. Волнуется мужик. Бородин откровенно веселился, наблюдая эту картину со стороны.

Поднялись с утра пораньше. Быстро позавтракали принесенным вчера из трактира. Проверили еще раз снаряжение. Запустили газогенератор и выехали на улицу, освещенную едва появившимся солнышком. Пожелали самим себе доброго пути и покатили к дому Михайловой, уже поджидавшей их.

Девушка оказалась очень даже боевой. На поясе, блеснувшем рядом латунных гильз, кобура с «бульдогом». Оно и правильно, «смит-вессон» для нее слишком тяжелый и громоздкий. За спиной рычажный карабин, один в один винчестер. Этот под револьверный патрон, с дальностью действительного огня до двухсот метров, с семью патронами в трубчатом магазине. И судя по всему, обращаться с оружием она умеет.

Алина Витальевна по-хозяйски задрала оба пассажирских сиденья. Обнаружила коробы, под завязку забитые березовыми чурками, и подняла недовольный и одновременно вопросительный взгляд на Лапина. Тот виновато пожал плечами:

– А что делать, Алина Витальевна, без запаса топлива никак. Сами посудите, где в дороге брать хорошо просушенную березу?

– Я понимаю, но ведь и багаж нужно где-то разместить. И приданое невесты.

– Да нужно мне ее приданое! Здесь все купим.

– Только не сморозьте это при ее родителях. Как только девочке исполняется лет пять, родители начинают собирать это приданое. А вы вот так, с легкостью от него отмахнетесь. Оскорбите не на шутку.

– Понял. Учту. А что до места, то его и в салоне хватает, и один из коробов освободится. Разместим, не сомневайтесь.

– Это если она пожелает расстаться со своим сундуком.

– Нет, ну сундук – это уже перебор, ей-богу, – всполошился Александр.

– Хорошо. С этим разберемся. Ну что, поехали?

Михайлова устроилась в авто, тут же замотала лицо платком, натянув на глаза очки и вооружившись книгой. Вот и умница. Вот так и сиди. Не хватало еще всю дорогу выслушивать твои колкости. А так сидит себе да книжку читает.

Очки, кстати, и на мужчинах. Такой уж транспорт. Мало того что пыль, так еще и насекомых разных хватает. Пусть скорость и невелика, а вероятность попадания точно в глаз небольшая, лучше уж перестраховаться.

– А это что, сурепка, что ли? – спросил Игорь, ткнув пальцем вправо, где раскинулось обширное поле, полыхнувшее желтым цветом.

– Одуванчики, – бросив взгляд в указанном направлении, пояснил Александр.

– Ни хрена себе. А что это такое большое и удобное поле стоит бесхозным? Да еще и вблизи от Невьянска.

– С чего ты взял, что оно бесхозное?

– Ты же сам сказал, что это одуванчики.

– Правильно. Но только не бесхозные, а очень даже возделываемые. Тут гевеи^[4] нет, как нет и нефти, вот и выходит, что единственный источник каучука – одуванчик. Есть и другие каучуконосные травы, но в этом цветочке его больше всего. Двадцать пять процентов. Говорят, что у нас на Земле таких показателей и близко не было.

– Тогда, получается, скоро будем кататься на нормальных шинах?

– Ага. Размечтался. Со ста гектар в лучшем случае получают десять тонн каучука. А возни с его возделыванием столько, что мама не горюй. Так что это стратегическое сырье, и использовать его на покрышки и камеры никто не станет.

В бодром темпе добежали до Лесного. Поселок, как и Невьянск, расположен на излучине реки, только куда более крутой и узкой. Название поселок получил из-за лесозаготовок на противоположном берегу и большой лесопилки, снабжающей пиломатериалами все княжество. Здесь же располагались и столярные мастерские, где изготавливали все, от оконных рам до мебели.

Правда, сам поселок остался километрах в трех в стороне от тракта, где имелась пограничная застава. Отметились и покатили по Диким землям. Теперь уже предоставленные сами себе.

Н-да. Игорь ожидал чего угодно, но только не наезженной серой ленты дороги. Она вилась вокруг лесных массивов, по открытым холмам и балкам. За автомобилем поднимался довольно густой шлейф пыли. Но такое возможно только при частом использовании.

– А чему ты удивляешься? – хмыкнул Александр. – Места тут, конечно, слабо обжитые, но люди все же обитают. Хутора разрастаются, становится тесно, появляются выселки. Между ними обязательно существуют проселки, которые сливаются вот в этот общий тракт. Порой проще выйти на тракт и сделать крюк по нему, чем ладить переправу через какой глубокий овраг. Ну и купцам нужно как-то передвигаться.

– И что, тут настолько активная торговля?

– Активная – не активная, но она есть, как и движение по тракту. Да ты и сам обратишь внимание, когда нам начнут попадаться встречные.